Когда ты ушла - Морган Мэтсон

– Звучит прикольно, – заметила Слоан.

Тем временем мы уже подошли к дверям. Мама коротко постучала и, не дожидаясь ответа, распахнула дверь. Весь проект «Театр в гостиной» задумывался как неформальный, и начало спектакля всегда было хаотичным, так что хозяевам было не до того, чтобы открывать и закрывать двери за каждым.

Мы вошли. На первом этаже толпился народ – в основном коллеги моих родителей с обоих факультетов и их дети, которые всегда были желанными гостями на представлениях Театра в гостиной, за исключением тех случаев, когда ставили Дэвида Мэмета: на его пьесы действовало ограничение «Не младше 13». Люди собирались в компании по интересам, болтали, актеры ходили с текстами в руках и повторяли свои роли, большинство собралось вокруг накрытого стола.

Я старалась вести себя как можно незаметнее, но не тут-то было, потому что Слоан прошептала мне на ухо: «Ты его уже видела?». Я покачала головой, чувствуя, что заливаюсь краской.

Памела Карри, коллега моего отца с английского факультета, переехала с двумя своими детьми в этот дом примерно год назад. Ее дочь и сын оканчивали старшую школу, когда я только перешла на второй курс, и по-настоящему я была знакома только с дочерью – Эми, потому что она удивила всю школу: никогда прежде новичку не доставались все главные роли в спектаклях. При этом я была тайно влюблена в Чарли Карри – совершенно безнадежно. Он был капитаном теннисной команды и, кажется, вообще не замечал тех, кто не играет в теннис, не говоря уже о том, чтобы обратить внимание на младшекурсницу.

– Андреа! Скотт! – Памела Карри радостно приветствовала моих родителей, улыбнувшись и нам со Слоан. Беккет тем временем уже умчался куда-то в направлении стола с закусками. – У нас серьезный кризис.

– Представлений Театра в гостиной без кризиса не бывает, – мудро заметил мой папа.

– У нас нет младшей сестры, – объяснила Памела. – Сьюзен Грин заболела.

То, что Сьюзен, коллега моей мамы, была ее на десять лет старше, режиссеров Театра в гостиной не волновало: они умышленно закрывали глаза на возрастные несоответствия.

– В «Преступлениях сердца»^[14]? – ужаснулся мой отец. – Это правда катастрофа.

– Я знаю, – скривилась Памела. – И с Бейб тоже проблемы, если актриса не справится…

– У тебя же дочь прекрасно играет, почему ты ее не поставила на эту роль?

– Потому что она со своим парнем сейчас путешествует по Европе. Иначе я бы ее непременно подрядила. – Памела перевела взгляд на нас со Слоан. – Так, может, кто-то из вас возьмется?

– Э-э-э, – протянула я, стараясь не замечать, что мать мне одобрительно кивает. – Только не я. Слоан, давай ты попробуешь?

– С удовольствием, – легко сказала та, оглядываясь на Памелу. – Но, Эмили…

– Превосходно! – Памела выдохнула с огромным облегчением. – Я уже думала, что мне самой придется играть, чтобы спасти положение, и, поверьте, вы бы не захотели это увидеть! Так, пойдем, я дам тебе текст роли.

Моих родителей окликнул кто-то из коллег, и они отошли на другую сторону гостиной. Слоан взглянула мне в глаза.

– Почему ты не захотела играть? Я уверена, ты с этой пьесой в сто раз лучше меня знакома – с учетом того, что я о ней вообще впервые слышу.

– Просто не хочется, – заверила я, хотя и не вполне искренне.

И даже нельзя было соврать, что я боюсь опозориться на глазах у Чарли, потому что его нигде не было видно. Я попросту знала, что Слоан справится с ролью куда лучше меня.

* * *

– Не уверен, что я к этому готов, – сказал Фрэнк, проходя из столовой в гостиную.

Диван придвинули к стене, чтобы освободить побольше места для импровизированной сцены; перед сценой поставили все стулья, которые нашлись в доме, а для оставшихся гостей на пол набросали подушки. Мы с Фрэнком так и были в спортивных шортах и кроссовках после пробежки. Я, конечно, могла сходить переодеться, но не хотела, чтобы Фрэнк оставался единственным из гостей, кто пришел в спортивной форме, коль скоро мои родители его втянули в это дело. До назначенного времени оставалось пять минут, и Фрэнк выглядел бледным и напуганным. С учетом всех событий последнего часа я могла его понять.

– Я тебя пыталась предупредить!

Он только кивнул, уткнувшись в распечатку роли. Кажется, мои слова плохо подходили для утешения.

Увидев, что приближается торнадо под названием «Театр в гостиной», я честно пыталась отмазать Фрэнка раньше, чем мой отец нагрузит его работой.

– Уходи сейчас же, – сказала я. – Я серьезно.

Фрэнк бросил быстрый взгляд в гостиную, откуда послышался крик моего отца. Тот в суматохе наступил Годо на хвост, и кот не замедлил ему отомстить, впившись в ногу острыми когтями.

– Но твоим родителям, кажется, и правда нужна помощь.

Я затрясла головой.

– Правда, спасайся скорее, пока не поздно.

Я знала, что случайных зрителей очень часто привлекали к участию в спектакле. Два года назад водопроводчик, зашедший устранить протечку, через четверть часа уже играл Меркуцио и едва не упал в обморок на сцене.

– Эм! – мама налетела на меня как ураган с пачкой распечатанных пьес в руках. – Быстро выбери что-нибудь подходящее, хорошо?

– Вы еще даже пьесу не выбрали? – ужаснулась я масштабу катастрофы.

– Здравствуйте, – Фрэнк протянул маме свободную руку. – Я Фрэнк Портер, друг Эмили.

При этих словах я быстро взглянула на него и поняла, что они весьма правдивы. Он действительно мой друг, к чему я все никак не могу привыкнуть.

– Приятно познакомиться, – мама быстро улыбнулась мне, отвечая Фрэнку на рукопожатие. – Вы с Эмили вместе бегаете, не так ли?

Этот вопрос показал, что мой отец не был так уж слеп и рассеян тем утром, когда он впервые встретил Фрэнка на нашем пороге.

– Да, она помогает мне поддерживать форму.

– Да ладно тебе, – отмахнулась я.

Мама многозначительно посмотрела на меня, а я только покачала головой, не зная, как еще объяснить ей, что это совсем не то, что она думает. У Фрэнка есть девушка, мама ошибается.

– Мы очень рады, что ты к нам сегодня присоединился, – сказала она, и я не успела возразить, что Фрэнк зашел всего лишь на минутку, чтобы выпить стакан воды.

Но мама уже тащила его в сторону дивана.

– У тебя не было травм спины? – на ходу расспрашивала она. – Чего-то, что не позволяет тебе двигать тяжелые предметы?

«УХОДИ» – одними губами прошептала я Фрэнку, но он был достаточно хорошо воспитан, чтобы так просто сбежать. Так что через пару секунд он уже поднимал диван за один край, а я поспешно листала разные пьесы, считая количество действующих лиц. Я как раз пыталась понять, осилим ли мы «Шум за сценой»^[15], всегда мне нравившийся, когда услышала обрывки разговора, который Фрэнк вел с моим папой. «Ваша работа… «Большой Джус»… Бродвей…»