Обретенный рай - Кэти Максвелл

Джулия, стараясь погасить злость и обиду на мужа, сделала глоток теплого крепленого вина. Лакей, стоящий за ее спиной, тут же шагнул вперед и подлил еще вина в ее бокал.

Брейдер, сидевший напротив, наблюдал за девушкой. С его лица не сходило хмурое выражение.

Джулия подумала о том, какое же прегрешение она совершила на этот раз. После довольно долгого молчания он, наконец, поднял ложку и произнес:

— Думаю, погода скоро улучшится. — Понимая, что правила этикета требуют, чтобы она ответила, Джулия, покосившись на слуг, сухо отозвалась:

— Да.

— Впрочем, стоит типичная для ноября погода.

— Несомненно.

Наступила неловкая пауза.

И снова Брейдер.

— Будем надеяться, что в декабре погода изменится.

Джулия уловила едва различимую иронию в голосе мужа. Она прищурилась и посмотрела на него поверх канделябра. Так оно и было: его черты смягчились, в глазах танцевали золотистые искорки. Джулия сделала еще глоток вина и мысленно послала Вульфа к дьяволу.

Брейдер ответил на безмолвное послание с обманчивым видом святой невинности. Его взгляд напомнил Джулии об обязательстве быть очаровательной и обворожительной сегодня вечером. До настоящего момента ее планы терпели фиаско. Но она не позволит вечеру пропасть даром и обязательно найдет общий язык с Брейдером! Прежде всего, нужно перестать злиться. Однако она вынуждена была признать, что восемь футов, разделяющих их за столом, и толпа лакеев не создавали романтическую обстановку в гостиной.

Погрузившись в раздумья, она сделала еще два больших глотка вина. Внезапно ее сознание озарилось первыми робкими проблесками идеи, потрясающей своей дерзостью и абсурдностью. Стоит ли рискнуть?

Несомненно, стоит, решила девушка, хотя Фишер и не станет разговаривать с ней, презирая за нарушения правил этикета.

С грациозностью великой герцогини Джулия начала отодвигать кресло от стола. Фишер повелительно щелкнул пальцами, и один из лакеев моментально подскочил к хозяйке, чтобы помочь.

Дворецкий встревоженно наблюдал за действиями Джулии. Ощущая на себе пристальный взгляд Фишера, Джулия с огромным удовольствием устроила настоящее театрализованное представление, церемонно передавая лакею блюдо с бульоном, тарелку и ложку. Затем она степенным шагом, с величественностью, достойной приема при дворе, обошла вокруг стола и приблизилась к Брейдеру.

Остановившись рядом с ним, она повернулась к вытаращившему от изумления глаза лакею, который послушно нес блюдо и ложку, и властно произнесла:

— Можешь поставить тарелку здесь.

Фишер наконец-то понял, чего хотела хозяйка. Он быстро отдал несколько кратких указаний. Три остальных лакея мгновенно пришли в движение, передвигая кресло Джулии к креслу мужа и перенося столовые приборы и бокал с вином на выбранное ею место.

— Благодарю, Фишер, — проронила она вполголоса, усаживаясь в любезно поданное кресло. Затем повернулась к Брейдеру, который наблюдал за действиями жены с нескрываемым восхищением.

— Бог мой, превосходно, мадам!

Джулия от души рассмеялась, довольная похвалой. Обида на Брейдера и злость улеглись.

Вульф расслабился и навалился на спинку кресла.

— Фишер, ты и твои подручные можете быть свободны сегодня вечером.

Лицо Фишера покрылось пятнами. Он пробормотал что-то невнятное себе под нос, прежде чем собрался с мыслями и ответил:

— Конечно, господин Вульф.

Щелкнув пальцами, он отправил лакеев на кухню. Затем сам двинулся вслед за слугами, но в дверях нерешительно задержался и, повернувшись к хозяину, уточнил.

— Чем еще могу быть вам полезен, господин Вульф?

Брейдер, не сводя глаз с Джулии, ответил:

— Приготовьте тарелки для второго. На этом все. Благодарю.

Джулия скромно потупила взор, разглядывая чашу с бульоном. Дворецкий в это время вернулся с двумя тарелками, наполнил бокалы с вином и с низким поклоном удалился из гостиной.

— О, нет, только не вздумай снова менять место, — шутливо взмолился Брейдер.

Джулия рассмеялась.

— Мы, очевидно, вызвали ужасный переполох на кухне. Думаю, Фишер никогда не простит мне сегодняшний вечер.

— Он уже привык к моим причудам, так что скоро привыкнет и к твоим. К тому же через некоторое время у него появится новое увлечение. Я уверен, что он ждет не дождется, когда же я, наконец, взойду на высшую ступень!

— О какой именно ступени ты говоришь? — Джулия подняла бокал к губам.

— О дворянском звании.

Девушка удивленно округлила глаза. Брейдер, игнорируя ее изумление, отрезал кусочек бифштекса.

— Королевская власть вознаграждает тех, кто ее эффективно поддерживает. А я профинансировал несколько эксцентричных проектов принца-регента. Так что ничего невозможного нет.

Джулия, наконец, обрела дар речи.

— У меня сложилось впечатление, что ты более чем равнодушен не только ко мне, но и ко всем людям моего звания. А теперь, насколько понимаю, ты жаждешь получить титул и стать одним из нас?

Брейдер улыбнулся.

— Ешь лучше бифштекс, а то вслед за Фишером повар тоже обидится. — Он смотрел, как Джулия изящным жестом отрезала кусочек мяса. — Ошибаешься, я вовсе не жажду титула. По крайней мере, уже не жажду. Было время, когда получить аристократическое звание было одной из моих важнейших целей. Хотя и тогда я стремился к титулу не ради собственного тщеславия, а ради мамы. — Он украдкой бросил на девушку испытывающий взгляд. — Ты знала, что твоя бабушка и моя мать были кузинами?

Вилка Джулии застыла в воздухе.

— Нет, не знала…

— Когда я был моложе, то мечтал вернуться в Кимбервуд, вышвырнуть твоих предков отсюда и усадить мать на место, принадлежащее ей по праву. Я горел желанием отомстить и хотел, чтобы справедливость восторжествовала. И вот, наконец, я в Кимбервуде.

Джулия внезапно забыла о голоде. Она вынуждена была сделать глоток вина, чтобы прийти в себя.

От цепкого взгляда Брейдера не ускользнуло, как отрешенно опустилась ее рука с вилкой.

Он нахмурился.

— Такие чувства я испытывал много лет тому назад. Но сейчас подобные чувства мне чужды.

— А какие чувства испытываешь ты сейчас?

Прежде чем ответить, Брейдер серьезно обдумал вопрос.

— Не знаю. Я хочу, чтобы мама была счастлива. Что же до титула? — Он неопределенно пожал плечами. — Пожалуй, это будет неплохой сделкой. Что касается личных амбиций, то я сегодня выше этого и воспринимаю себя таким, каков я на самом деле, а не таким, каким воспринимают меня другие.

Он вопросительно поднял бровь.