Венганза. Высшая мера - Юлия Герман

Это было сладкое безумие, и я окунулась в него с головой, так как обычно окунаются в первую любовь. Без оглядки, до полного погружения. Я не просто его любила, мне казалось, что я им дышу. Я могла часами после его ухода лежать голая на нашей постели и вдыхать запах на его подушке, глупо улыбаться и трогать опухшие от поцелуев губы. Он был ненасытен, он терзал меня с диким голодом, заставляя сходить с ума, терять голос от криков наслаждения и ходить, держась за стены после сумасшедших ласк, от которых болели все мышцы и подгибались колени. Только я хотела его еще и еще, словно превратилась в голодное животное. Все, что он делал со мной, было так восхитительно, порочно и завораживающе. Всегда на грани и бесконтрольно, до полной капитуляции, когда я сама теряю всякий стыд и готова позволить все, что угодно, лишь бы он не останавливался.

Потом я засыпала в его объятиях, а утром просыпалась от того, что Диего тихо уходит. Я всегда чувствовала, когда он ушел. Остро. Физически. Несмотря на крепкий сон, еще до рассвета я открывала глаза и видела, что осталась одна, но через несколько часов Диего непременно позвонит и спросит, что я делаю, а у меня сердце забьется сильнее и захватит дух от любви к нему. Он скажет что-то, от чего я покраснею и натяну одеяло по самые уши или начну улыбаться. Божеее, так не бывает.

Он шокировал меня своей непредсказуемостью. Однажды мы уехали на несколько дней, а когда вернулись — я не узнала нашу квартиру — он изменил в ней все и вручил мне ключи. Меня баловали, а я радовалась, как ребенок от того, что мы ходим по вечерним улицам, я держу его за руку, и мы ни от кого не скрываемся. Неужели он мой? Мне так хотелось в это верить.

Гораздо позже, анализируя все и вспоминая, я пойму, в чем был подвох, я ужаснусь масштабам этого подвоха, но не в тот момент, когда мир сверкал разноцветными красками и вращался вокруг него. Иногда у меня захватывало дух от невозможности всего происходящего. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но мне было плевать. На все. Пока я видела, как горят его глаза для меня, можно было забыть о чем — то еще. Я не задавала вопросов, я знала, что придет время, и Диего сам все расскажет о себе. Может быть. Я готова была принять любую правду, даже ту, о которой узнала позже от отца. Этим утром Диего уехал, сказал, что вернется через два дня, а я пыталась себя чем-то занять, чтобы отвлечься. Правда, он звонил по нескольку раз в день, а я отсылала ему смски, но это так мало, как капелька воды для умирающего от жажды. Без него наша квартира всегда казалась пустой и огромной для меня одной, а когда он появлялся — в ней становилось тесно и уютно.

Мое счастье окончилось ровно через восемь дней. Мне кажется, я даже знаю, через сколько часов, минут и секунд. Закончилось в тот момент, когда мне позвонил отец. Я еще никогда не слышала, чтоб у него был такой голос. Он говорил со мной совсем иначе. Не так, как всегда. Потребовал немедленно с ним встретиться. Я не была к этому готова, а, точнее, я не хотела, но он сказал нечто, что заставило меня мгновенно одеться, схватить ключи от машины и выехать на встречу. Он сказал, что, если я не приеду, у Диего будут большие неприятности. Я знала, что отец способен на многое ради своих амбиций и политической карьеры, но я даже не предполагала, на что именно.

В тот момент я вообще не думала, какая я маленькая пешка в большой игре, в невероятно страшной игре, о которой никто даже представления не имеет. Отец рассказал мне все о Диего. Сказал, чем он занимается и как пытается надавить на моего отца. Какую грязную игру ведет за моей спиной. Во что я влезла. Предоставил фотографии, документы, доказательства. Да, я была в шоке, да, я ужаснулась, но даже тогда я не ни на секунду не предполагала, что оставлю Диего. Я бы просто хотела услышать эту правду от него. Отец говорил, что Диего я не нужна, что таким образом он пытается надавить на папу, а я отрицательно качала головой и заламывала пальцы, чтоб не завыть. Я не верила. Нельзя так играть. Или я настолько наивная идиотка.

— Ты дура, Марина. Он использовал тебя, когда понял, что не может до меня добраться. Такие, как ты, для него на один зуб. Зачем ты ему? Думаешь, он завтра женится на тебе? У вас есть будущее? Он затянет тебя в болото!

— Я люблю его! Понимаешь? Я его люблю! Мне плевать, кто он! Я с ним счастлива! — кричала я, а отец смеялся мне в лицо.

— Любишь? Это блажь! Счастлива? Пустая иллюзия — выкинет, как только станешь не нужна! Это временное помешательство! Как ты можешь его любить? За что?

— Не любят за что-то, папа. Это тогда не любовь!

— Чушь собачья! Он использует тебя, получит от меня то, что хочет, и выкинет, как собаку, на улицу, а я уже не приму тебя обратно! Более того, очень скоро я лично похороню его. Если у меня не будет тех бумаг, с помощью которых он собрался меня подставить — я буду вынужден его устранить, ты понимаешь, что я имею в виду?

У меня похолодело внутри, даже сердце стало биться медленней, я не верила, что слышу это от своего отца. Мне все еще казалось, что люди, окружающие меня, не способны на подлость…

— Ты не сделаешь этого…

Отец наклонился, и мне стало холодно от его взгляда.

— Еще как сделаю! Не задумываясь! Ни на секунду! Я не поставлю свою карьеру под удар. Не доставлю ему такого удовольствия. Хватит того, что моя дочь, как шлюха, раздвигает перед ним ноги! Более, чем достаточно, чтобы умереть!

Меня бросило в дрожь, я смотрела на отца, и мне казалось, я вижу совершенно чужого человека. Мне вообще казалось, что мое сердце почти не бьется и я вся покрываюсь инеем.

— Ты такая же шлюха, как и твоя мать, Марина! Ты думаешь, она умерла? Нет! Она разбилась на машине вместе со своим любовником! Поняла? А я! Я вырастил тебя! Я дал тебе будущее! Так ты меня благодаришь?

В горле застряли слезы… мне хотелось заорать, но я словно онемела, с трудом выдавила из себя:

— Ты говоришь мне это сейчас? Сейчас? Зачем? Ты столько лет молчал, чтобы потом сделать мне больно!

Отец схватил меня за руку и дернул к себе.

— А мне не больно, что ты позоришь меня с этим…? Родители Майкла еще не знают о расторжении помолвки! И мне не нужно, чтоб они узнали! Поняла? Мне нужно, чтоб ты вышла за него! Мне нужно, чтоб ты принесла мне бумаги своего любовника и вышла за Майкла, он готов тебя принять даже после того, что ты натворила!

Я выдернула руку и посмотрела отцу в глаза:

— Я не выйду за Майкла и я не оставлю Диего! Если я уже позорю тебя — то лучше я останусь его шлюхой, чем продаться твоим партнерам по бизнесу!

Отец ударил меня по щеке, впервые в жизни, наотмашь, и я почувствовала, как из глаз брызнули слезы.

— Ты, маленькая дрянь, сделаешь, как я тебе говорю, иначе я уничтожу его. Поняла? У меня не будет другого выбора! Твой любовник мне его не оставил! Завтра же я отдам приказ об уничтожении, и какой-нибудь ловкий снайпер прострелит ему голову! Ты ж не думала, что в политике все чисто, Марина? Это огромные деньги, не мои деньги! А эти бумаги, проклятые бумаги, которыми твой… шантажирует меня, они поставят крест на моей карьере! Более того, расторжение помолвки оставит меня банкротом! Я завишу от родителей Майкла! Они вложились в мою предвыборную кампанию! Поэтому ты сделаешь, как я говорю. Я даю тебе пару часов! Ты поедешь домой, найдешь проклятые бумаги, привезешь мне и выйдешь за Майкла уже завтра на рассвете! Потом вы отправитесь во Францию, и ты забудешь Диего, или как там его, как страшный сон, поняла?