Таинственный свет луны - Шеннон Дрейк

— Даниэль?

— Ну да. Моя подруга. У нее на первом этаже ресторан. В свое время она ходила в школу с моей сестрой.

— Так. — Мэгги впилась в него глазами. — Не возражаешь, если я займусь готовкой? — Она повернулась к холодильнику. — Как ты смотришь на яичницу с беконом, гренки и поджаренные булочки с джемом?

— Я считаю все это манной небесной. Пойду-ка пока приму душ, поскольку неизвестно, что день грядущий мне готовит.

— Тебе что, снова придется ехать в офис или в морг?

— Скорее всего весь сегодняшний день мне придется провести в баре.

— Не может быть!

— Конечно, это звучит странно, но я расскажу тебе все подробнее, когда мы сядем за стол.

Красивый и свежий, Шон вышел из душа и рассказал Мэгги все о последней жертве.

— По крайней мере, — добавил он, — у меня есть теперь вполне реальная зацепка — портрет парня, прикончившего Бесси.

— Портрет? — насторожилась Мэгги.

— Я же говорил тебе, что этот парень обедал в ресторане у Мамми и попросил ее найти ему девочку. Девочкой этой оказалась Бесси Жиро, и ее убили в той самой комнате отеля, которую сняла для любовных утех Мамми. Это уж потом тело Бесси выловили из залива.

— Как же убийца вышел из номера, да еще утащил с собой залитый кровью труп? — спросила Мэгги.

— А черт его знает!

— Может, в таком случае парень из ресторана вовсе не был убийцей? А что, если после того, как он ушел, Бесси затащила в комнату еще одного клиента?

— Все может быть… Но что ты хочешь сказать? Пытаешься уничтожить мою единственную соломинку? — Мэгги говорила вполне разумно и логично, но, как ни крути, у Шона был теперь подозреваемый, которого ему предстояло отыскать, даже если бы ради этого пришлось прочесать весь город.

— Я, как всегда, пытаюсь оценить перспективу, — заметила Мэгги. — У тебя нет копии наброска, который сделал ваш художник со слов этой женщины?

— Конечно, есть. Весь город теперь видел эту копию. — Поднявшись, Шон вышел из квартиры и вынул из почтового ящика адресованную ему почту. Швырнув прессу на стол, он открыл первую попавшуюся газету.

Заголовок гласил: «Прорыв в деле насильника: вы когда-нибудь видели этого человека?»

Он сунул газету прямо под нос Мэгги. Глаз она не подняла, но Шон понял, что тут дело нечисто.

— Ты знаешь этого человека? — спросил он.

Она покачала головой:

— Нет… по-моему…

— Нет так нет. Я вот подумал: может, ты проведешь со мной день в безделье?

Мэгги наконец подняла на него глаза. В них застыло странное выражение: казалось, она о чем-то напряженно думала.

— День в безделье? Я полагала, у тебя…

— Хотел прошвырнуться с тобой по Вье-Карре. Просто так. Полюбоваться архитектурой, выпить кофе с молоком, постоять у реки. А потом, ближе к вечеру, двинуть в ресторан Мамми и выпить там в баре. Не спеша посидеть, поболтать, посмотреть по телевизору какую-нибудь чушь, после чего долго и со вкусом обедать. Ну, как ты на это смотришь?

Она кивнула.

— И все это ради того, чтобы засечь этого человека?

— Если тебе так больше нравится — да.

Мэгги постучала ноготками по заголовку газеты.

— А не кажется ли тебе, что он, заметив, какое повышенное внимание к нему проявляют в городе, просто-напросто подожмет хвост и уберется в какое-нибудь другое место?

— Едва ли.

— Почему?

— Видимо, мы имеем дело с парнем, которому нравится играть с полицией в азартные игры. Узнав, что его ищут, он испытает приятное возбуждение. Ему нравится думать, что полицейские полные идиоты. Впрочем, мы можем расширить сферу поисков. Зайдем, к примеру, в гостиницу, потолкуем с тамошними служащими. Ну так как, ты в игре? Я, честно говоря, не должен брать тебя с собой, поэтому ты имеешь полное право поехать к себе на плантацию и принимать там солнечные ванны. Но мне хотелось бы подольше побыть с тобой.

— Я не слишком люблю сидеть на солнце. Кроме того, мысль, что ты будешь шляться по улицам один, мне не по душе. Боюсь, найдутся другие женщины, которым предложенные тобой развлечения придутся по вкусу.

В следующее мгновение они снова заключили друг друга в объятия. Расстегнуть пуговицы рубашки было для Шона делом одной минуты.

Они занялись любовью на диване в гостиной.

После близости Шон ощутил не только удовлетворение, но нечто большее.

Позже, когда Мэгги свернулась калачиком рядом с ним и задремала, Шон смотрел в потолок, размышляя о том, как жил до появления этой женщины, но ответа не находил.

Хотя Мэгги уютно лежала в его объятиях, она по-прежнему казалась ему загадочной и недоступной. Настолько, что Шон вдруг испугался, как бы не потерять ее.

Она пошла в душ, а вернулась уже полностью одетой и готовой к выходу.

— Дашь мне две минуты? — попросил Шон.

— Пять, — улыбнулась Мэгги.

Он побрился и собрался за пять минут — не хотел, чтобы она слишком долго оставалась без присмотра, даже у него в квартире.

Шон словно опасался, что Мэгги растворится в воздухе и исчезнет.