Спасительная близость - Адриана Алекс

– Да вы герой, – лицо Бориса рассекла кривая усмешка.

« И у меня руки чешутся набить тебе морду», – подумал Дима.  

– Не беспокойся, я не собираюсь занять твое место, – сказал он.

– Можешь попробовать, я посмотрю, как у тебя это получится, – с издевкой сказал Борис. К Соломону как раз подошла медсестра и он не заметил между парнями этой перепалки.

– Твоему отцу после выписки потребуется сиделка, – сказал Дима и посмотрел в бледно–голубе глаза Бориса. Они показались ему отталкивающе холодными.  – Сможешь ему это обеспечить?

– Нет конечно, – спокойно ответил Борис. – Я  сейчас еле вырвался, чтобы навестить его.

– И как же быть?

– Ну него же есть ты, – сказал Борис и окинул его внимательным взглядом. – На что ты рассчитываешь, возясь с ним? У него нет миллионного состояния, если ты вдруг не в курсе.

– Миллионы я и сам могу заработать, – сказал Дима. Борис болезненно поморщился, словно только что услышал несусветную глупость. – Я просто хочу поддержать его.  

– Так я тебе и поверил, – холодно сказал Борис. Медсестра ушла и они замолчали.

– Мальчики, я так рад что вы познакомились! – довольно проговорил Соломон. – Очень надеюсь, что вы подружитесь!

Он посмотрел на сына и виновато улыбнулся.

– Мне пора, – бросив взгляд на запястье, на котором ничего не было, сказал Борис. Наклонился к отцу и поцеловал его в щеку. – Выздоравливай.

– Когда ты снова придешь? – быстро спросил Соломон, взяв его за руку. Дима догадался, что он не хочет отпускать его, что хочет выторговать еще минуту общения с ним.

– Не знаю, пап. У меня много работы, – небрежно сказал Борис, стараясь отстраниться. – За тобой тут хорошо ухаживают, так что отдыхай.

– Ты звони мне, ладно? –  дрожащим голосом попросил Соломон. – Хотя бы на пару слов, чтобы я мог услышать твой голос. Мне же много не надо, Боренька.

Борис стиснул челюсти и кивнул. Диме показалось, что он изо всех сил сдерживается, чтобы не психануть. Он резко выпрямился и быстрыми шагами покинул палату. В помещении стало сразу легче дышать. Дима посмотрел на Соломон. Тот сразу погрустнел и осунулся.

– Боря всегда был очень занятым, – словно стараясь оправдать сына, произнес Соломон. – И я сам в молодости был таким же.

– Конечно, – садясь на край койки, сказал Дима. Соломон быстро захлопал ресницами, будто прогонял слезы.

– Как страшно становиться пустым местом, когда больше ничего не можешь дать другому, – прошептал он. – Когда только тратишь на себя чужое время и только.

– Ну что вы такое говорите! – возмущенно сказал Дима  и взял Соломона за руку. – Вы можете дать свою любовь, дружбу, опыт.

– Только всем нужен свой опыт и дружба с кем–то более успешным, чем умирающий старик, – горько усмехнулся Соломон.

– Вы не умираете, я говорил с врачом, – уверено произнес Дима, хотя поводов для такой уверенности у него не было. – Вам с каждым днем лучше. Скоро будем гулять в парке и кормить голубей. Погода сейчас очень подходящая!

– Дима, Дима не трать на меня свое время! Живи свою жизнь! Я ничего не смогу тебе дать, увы, – тяжело вздохнув, сказал Соломон.

– Это и есть моя жизнь, – сказал Дима и подумал, а каким он будет в таком возрасте, как сейчас Соломон? Будет ли кто–то рядом с ним? Какой смысл всевышний вложил в старость? Делать мудрее молодость? Или возможность понять, что на деле и сеть любовь? – И мне нравится проводить время с вами, чтобы вы там не говорили.

Соломон поджал сухие губы и на его морщинистую щеку скатилась слеза.

Дима сидел в кабинете своего кафе и просматривал бухгалтерские отчеты. Ему очень хотелось, чтобы Макс как можно скорее вернулся к своим обязанностям, потому что без него он чувствовал себя как без рук. Ему приходилось уделять внимания делам, о которых он раньше даже не задумывался, и рабочий день мог тянуться до полуночи. Пару раз у него даже возникла мысль – а не взять ли кого на замену? Но представив, сколько уйдет времени на то, чтобы ввести новичка в курс работы, проще будет подождать Макса.

Из–за этого Дима уже два дня не мог встретиться с Радой и это угнетало его. Они созванивались по телефону, но это никак не могло заменить ему необходимость видеть девушку. Один раз он предложил ей приехать в кафе, но она отказалась сославшись на усталость. Голос у нее в тот вечер и правда звучал так себе, словно она серьезно простыла, но Рада заверила его, что это не так и ему пришлось ей поверить.

В дверь раздался короткий стук и в кабинет вошла Иветта. Дима вопросительно уставился на нее.

– Мне казалось, что все точки расставлены, – сказал он, откинувшись на спинку кресла. Иветта выглядела потрясающе. Волосы уложены в пучок, лишь паря прядок небрежно выбилась по бокам. На губах красная помада. Алое платье подчеркивало плоский живот и высокую грудь. Высокие каблуки делали ее ноги еще более длинными и совершенными.

– Не все, – сказала Иветта и вытащила из маленькой сумочки такой же маленький пистолет. Диме показалось, что ему перекрыли кислород. Он втянул носом воздух и не ощутил вдоха.

– Ив, это неразумно с твоей стороны, – хрипло проговорил он, глядя, как дуло пистолета смотрит ему в грудь. – Здесь повсюду камеры, тебя арестуют. Какой смысл будет в том, что меня не станет?

– Неразумно было потакать всем твоим желаниям и забыть о себе, – сказала Иветта и вцепилась в пистолет обеими руками.

– Ив, у нас ведь были и счастливые моменты, зачем ты так сгущаешь краски? – как можно дружелюбней проговорил Дима, хотя лбу у него выступали ледяные капли пота. – Я никогда не говорил тебе этого, но я был влюблен в тебя.

– Ты запоздал с признанием, мне это уже не интересно, – холодно сказала Иветта и облизала губы.

Дима не понял, что случилось в следующий момент. Раздался хлопок, боль обожгла ему плечо и тут же разлилась по всему телу. Он инстинктивно прижал руку к очагу боли и невольно зажмурился. Иветта громко закричала.