Телохранитель для невесты - Мария Коваленко

На итог, мало напоминавший обычный, смотреть без слез было тяжело. Яйца снизу сгорели, верхние так и остались сырыми. Возможно, позволь я прожариться глазунье ещё пару минут, всё было бы не так печально. Но заполненная дымом кухня пугала сильнее, чем голод.

* * *

Выбросив сковороду с содержимым в пакет для мусора, приготовлением кофе я занимался лично. Желудок, заполненный двумя наспех сделанными бутербродами, молчал. Точно так же молчали все в домике.

Алиса больше не рвалась геройствовать. Она грустно смотрела на пакет со сковородой и кусала губы. Девчонки пялились на неё как на шоу фокусника по телевизору. Единственное, что поменялось, — во взгляде дочек исчезла настороженность. Соседка по жилплощади больше не представляла угрозу, а когда лицо Рыжей стало совсем уж печальным, Даша сунула ей в руки своего плюшевого жирафа.

За несколько лет работы няней Татьяна, как я помнил, такой чести не удостаивалась. Ей отдавали разбитые чашки, грязные платья, но никогда не вручали любимые игрушки.

Скорее всего, это было хорошим знаком — сколько девчонкам предстояло жить под одной крышей, не знал никто. Но задуматься о знаках я не успел. Опель Саши, которого я оставил за главного, притормозил на полянке, и дела снова заняли все мысли.

По моим прикидкам, времени на допрос у Саши должно было хватить. Пока я собирал вещи в квартире и петлял по улицам Питера, он в гараже общался со своими «клиентами». На идейных борцов те совсем не походили. Такие обычно через час начинали говорить и сдавать заказчиков. Исключения мне пока не встречались.

Однако, как и в случае с яичницей, здесь тоже ждал провал. Саша не стал ходить вокруг да около и признался сразу — выбить нужное признание не удалось. Ни один из двоих бойцов ничего не знал про еврея. Деньги им платил некий Исмаил из Горелово. Он же помог выйти на Татьяну и заставить её сотрудничать.

Коротко говоря, это был тупик. Кто такой Исмаил, не знал ни я сам, ни Саша. Его имени не было в том самом чате с заказом, и никто из участников, насколько мне было известно, не работал с питерскими посредниками.

— Может, у полиции есть выход на этого Исмаила, хотя я что-то сомневаюсь, — вздохнул Саша.

— Слишком много посредников, — пришлось согласиться. — Шиммер сильно трясётся за свой зад. Страхуется, словно на нас Пентагон работает.

— Да, и Ми-6 заодно.

— Но попытайтесь вытрясти их этих гандонов ещё что-нибудь. Места встреч, общие контакты. Костю подключи, пусть камеры поищет. Вдруг записи какие-нибудь сохранились. Сейчас они на каждом столбе и в каждой дырке.

— Уже. Ребята как раз «доброго полицейского» отрабатывают.

— Хорошо… — Ничего хорошего на самом деле не было, но в Саше я не сомневался. — Как признание для следствия запишете, перешли мне на почту. Сам потом разберусь.

— Будет сделано, босс. Я ещё через свои каналы попробую Исмаила пробить. Мало ли!

— Пробивай. Только аккуратно. Без засветов.

— Обижаете, Дмитрий Тамирович.

Саша встал с крыльца, на котором мы вдвоём сидели. Но вместо того чтобы пойти в машину, продолжил стоять.

— Ещё что-то? — Не нравилось мне эта пауза. В театральщине Саша замечен не был. Если хотел что-то сказать, всегда говорил прямо.

— Нам бы Шиммера сюда! И очную ставку между ним и сегодняшними двумя. Обошлись бы без Исмаила. — Он зло сплюнул в траву. — Хороший следак за пару часов раскрутил бы цепочку на допросе. А там — в наручники всю компанию и лет на пятнадцать.

— Размечтался.

— Под любым предлогом бы его сюда заманить. — Саша оглянулся в сторону двери.

Намёк был прозрачнее некуда. Больше всего банкира заботила одна проблема — Алиса. Ради неё он устроил настоящую облаву, задействовав огромное количество людей. Ради неё готов был тратить сумасшедшие деньги на ликвидацию нас обоих.

Лучшей приманки и не придумать.

— Нет! — Я поднялся. — Интерполу хватит признаний исполнителей и юриста.

— Но под контролем с нашей стороны риски минимальны, — не сдавался Саша.

— Ещё раз повторяю — нет! Следите, чтобы Швед никуда не улетел, и продолжайте колоть тех, кто уже есть.

— А если откажутся возбуждать дело?

— Значит, будем искать другие доказательства.

Саша явно надеялся услышать от меня что-то другое. Бывший опер в нём так и рвался собрать доказательную базу привычными способами и поскорее закрыть дело. Несколько лет службы невозможно было вычеркнуть из памяти.

— Хорошо. — Он опустил голову. По сутулой спине было видно, как нелегко ему далось согласие.

— Раз хорошо, тогда выполняй.

Тратить время на разъяснения я не стал. Они были бесполезны. Я сам проходил через что-то подобное, когда, перестав быть военным, учился работать телохранителем. Из-за моей смелости Берг дважды чуть не лишился жизни в первый год нашей работы.

Рисковать Алисой я не мог совсем.