Будет больно - Юлия Еленина

Сразу девушка чувствует себя неловко, но вскоре расслабляется и с улыбкой, уже без стеснения смотрит мне в глаза. Они у нее красивые, карие. И я снова вспоминаю строки стихотворения, которое читала мама:

Карие глаза — песок,

Осень, волчья степь, охота,

Скачка, вся на волосок

От паденья и полёта.

Не зря о синих глазах, наверное, было написано, что это ежедневная стена неизбежного прощанья.

— Вадим? — немного с испугом произносит Катя, когда я снова ухожу в себя, вспоминая эту невыносимую женщину. Где она сейчас? Укатила к своему братцу прогуливать деньги? Или уже ищет нового мужа?

Черт! Это не мое дело.

Улыбаюсь и отвечаю:

— Извини, отвлекся.

До вечера я не появляюсь на фирме — не зря же я плачу человеку, который в этом разбирается лучше меня. Катя тоже никуда не торопится, и мы до вечера сидим в кафе. Она мне рассказывает об учебе, я ей — о жизни в Европе. И все вроде бы хорошо, девочка мне нравится.

Уже на улице я предлагаю:

— Встретимся еще?

— Вадим, — она кладет мне ладонь на грудь, — откуда такой вдруг интерес? Ты пытаешься через меня абстрагироваться от какой-то женщины?

— Ты же вроде не на психолога учишься? — смеюсь в ответ, хотя на самом деле мне ни хрена не смешно. — Давно не виделись, вот и стало интересно, какой ты стала. Вижу, что очень красивой.

Правда, не настолько красивой, как… Блядь! Три раза!

— Буду рада тебя еще увидеть, — Катя снова краснеет и опускает глаза, а я приподнимаю рукой ее подбородок и целую.

Она отвечает, обнимает меня, но я, черт возьми, ни черта не чувствую. Нет того накала, того опьянения. Ни с кем не было никогда, кроме этой синеглазой ведьмы. Но я упорно заставляю себя что-нибудь почувствовать.

Катя отстраняется первой и спрашивает:

— Домой меня подвезешь?

— Конечно, — киваю я, и она хмурится.

Неужели думала, что потяну ее к себе, то есть в постель? Наверное, я бы так и сделал. Раньше. Но я не собираюсь трахать сестру друга, вспоминая, как трахал жену отца.

— Ты очень изменился, — серьезно говорит Катя, когда я останавливаюсь напротив подъезда.

— И что, теперь уже не нравлюсь? — перевожу все в шутку.

— Нравишься, — теребит девушка ремешок сумки. — И я надеюсь, что оказалась не права.

Сразу понимаю, что она имеет в виду. И тоже надеюсь, что я не вымещаю одну женщину другой.

Мы прощаемся, но ненадолго…

В течение недели мы встречаемся почти каждый день. И я безуспешно пытаюсь разбудить в себе потухший вулкан. Почему все так сложно? Рядом со мной красивая девочка, которая мне подходит, которая мне нравится, а я думаю о той, которую послал на все четыре стороны.

Добивает меня звонок мамы. Две недели молчания, а тут сразу со словами:

— Вадим, что-то у меня сердце не на месте.

Я отрываюсь от ноутбука и, потерев глаза, спрашиваю:

— Может, к кардиологу?

— Ты мне хамишь, что ли?

— Извини, — говорю. — Что случилось?

— У тебя все нормально? — мама, кажется, не на шутку беспокоится, только вот не о чем.

— Да. Занимаюсь делами фирмы, встречаюсь с хорошей девушкой…

— Что?! — вопрос звучит так, будто я сказал, что собираюсь в экспедицию на Аляску.

— Ну, мама, я как бы взрослый мальчик, так что…

— Вадим, только не торопись, — перебивает она меня, даже будто не слышит.

— А вот я жениться на ней собираюсь, — вырываются слова, которых сам от себя не ожидал.

Мама замолкает, а потом спокойно говорит:

— Встретимся скоро. Когда поминки на фирме по отцу?

— В пятницу.

Я не думал, что мама приедет, но если ей так хочется, то пожалуйста.

— Заодно познакомишь со своей девушкой.

— Без проблем.

Не прощаясь, мама отключается, а я снова думаю, что надо бы предупредить Лизу. Но нет… Пусть идет к черту, они поладят.

Мать больше ни разу не позвонила. А я все так же встречался с Катей, и мне казалось, что ей уже самой как-то непонятно, почему я не пытаюсь затащить ее в постель. Но меня как будто на привязи к своему телу держит другая женщина, которую я пытаюсь выбросить из головы. Но чем больше пытаюсь, тем крепче она опутывает мой мозг.

В пятницу Катя стоит рядом со мной в конференц-зале, а сотрудники — вокруг стола со скорбными лицами. Я все жду, когда приедет мама, но неожиданное молчание привлекает мое внимание в двери.

— Какого черта? — слетает едва слышно с моих губ.

Выглядит она не очень. Бледная, круги под глазами, даже как будто морщины появились, хотя я помню каждый миллиметр ее лица — их не было. Зачем она здесь?



— Это кто? — спрашивает Катя, привстав на цыпочки и почти касаясь моего уха губами.

А я смотрю только на нее. И уже не понимаю, то ли радость, то ли злость меня захлестывает.

— Жена отца, — машинально отвечаю Кате, но смотрю на Лизу, которая не отводит взгляда от рук моей вроде как невесты, которые обвивают меня.

— Симпатичная, жаль, что твой отец не дождался пополнения.

— Что?! — мой вопрос разрывает тишину конференц-зала.

Я в курсе, что Катя учится в медицинском, но вот так определить… А ведь я уже понимаю, что она права. И не курила Лиза при мне в последнее время, и мать на что-то непонятное намекала.

Только тогда возникает вопрос: от кого она умудрилась залететь?