Наследник для Буйного - Алиса Франц

— Не хочу, чтобы ты обо мне думала, как о мужчине, который в свой дом и в постель всех подряд тащит. Уже сказал, что такого не было. Второй раз говорю. Трижды повторять не стану, Синичка. Верь мне! — потребовал он и впился в губы алчным поцелуем.

Уничтожил все разумные мысли, подавил волю…

Всхлипнув, я поддалась его напору, обняла в ответ и поцеловала жарко.

— Может быть, не поедем в клуб? — спросила, чувствуя нарастающее желание.

— Не хочу. Надо. Есть разговор к хозяину, — отозвался Марат. — И теперь я буду брать тебя с собой чаще. Чтобы ты видела, чем я занимаюсь и не думала дурное.

***

— Клуб для взрослых, — предупредил Марат перед входом.

Внутренне я собралась, однако когда оказалась в атмосфере басов, красных огней и разврата, все равно оказалась не готова к разгульной атмосфере.

Марат лишь крепче обнял меня и повел через толпу. Пытаться что-то сказать ему было бессмысленно — музыка громкой, Марат бы меня не услышал. Я лишь гадала, зачем ему могла понадобиться я. Поневоле в голове снова закрутились дурные мысли, поток которых я не могла никак уменьшить и ждала подвоха буквально отовсюду.

Буйный протиснулся через толпу, занял свободный столик и подозвал официанта, сделав заказ. Для себя — крепкий виски, для меня — безалкогольный коктейль.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Здесь было намного тише, можно было говорить громким голосом и надеяться, что собеседник услышит.

— Зачем мы здесь? — все же спросила, не удержавшись.

Марат прижал меня к себе, поцеловал за ушком, лизнул мочку, выдохнув:

— Мне нужно поговорить с хозяином заведения. Он мне задолжал, тянет с оплатой. А ты…

Он посмотрел на меня темным взглядом, в котором плясали красные и синие огни танцпола.

— Раньше я бы здесь все тупо разгромил, — снова выпил спиртное. — Но сейчас думаю иначе.

Причем здесь я?

Нахмурилась…

— Не понимаешь, Синичка, — кивнул Марат. — Просто будь рядом. Такая, какая есть. Мне этого достаточно. Вернее, иногда даже не хватает. Как воздух… — снова начал целовать шею, обнимая. — Всего день не видел, словно вечность прошла.

Я начала таять под его поцелуями. Однако прилюдно не могла так откровенно целоваться и зажиматься. Пусть столик стоял в небольшой нише, все, кто попало, заглянуть не мог, однако мы были не наедине. Ладонь Марата скользнула под мою попу, я извернулась и пересела подальше, поправив на себе кофточку.

— Мы не одни, — напомнила ему.

— Для меня никого нет.

— Но не для меня. Я не хочу напоказ. Мне неприятно… — нахмурилась я, обняв себя за плечи.

— Скромница моя, — внезапно широко заулыбался Марат и присел ближе.

Я напряглась, однако на этот раз мужчина не стал меня обнимать и трогать всюду, просто набросил на плечи свой пиджак, окутав теплом, поцеловал в висок.

— Как иногда задевает то, что говорят другие, — выдохнул. — Шамиль не только тебе настроение испортил, но и мне наговорил дерьма.

— Что он сказал? — похолодела я.

— Грязь всякую, что ты ему глазки строишь и не прочь задницей покрутить, стоит только отвернуться.

— Он врет тебе, — сказала с першением в горле. — Все врет! Неужели ты ему поверил?!