В то давно минувшее лето... - Сандра Мартон

К тому же она непрестанно думала о том, что произойдет, когда Алекс вернется завтра домой. Она беспокойно заметалась, вспомнив о его телефонном звонке.

– Мы должны кое-что обсудить, Уитни, – сказал он, – и я больше не хочу это откладывать.

Она вздохнула и поставила чайную чашку на прикроватный столик. Развод – вот что он хочет обсудить. Больше всего она боялась, что не выдержит и хлопнется в обморок.

Она постарается облегчить ему задачу. «Алекс, – скажет она, – нам не о чем говорить. Я немедленно встречусь с адвокатом и…»

Она вздрогнула, когда дверь ее спальни распахнулась настежь. Алекс стоял в дверном проеме, не спуская с нее глаз.

– Ты напугал меня до смерти, – сказала она.

– Похоже, это входит у меня в привычку. – Он шагнул в комнату и прикрыл за собой дверь. – Ты помнишь тот первый день в Сан-Франциско? Ты была в моей спальне, и я взлетел по ступенькам. – Он неуверенно улыбнулся. – Я не мог дождаться, когда же наконец окажусь рядом с моей любимой женой.

Уитни уставилась на него.

– Алекс? С тобой все в порядке?

– Лучше не бывает. Разве ты не собираешься спросить меня, что я делаю дома сегодня?

– Ты уверен, что с тобой все в порядке? Ты выглядишь…

Пьяным. Вот как он выглядел. Глаза остекленевшие, а на скулах выступили багровые пятна. Она почувствовала, что дрожит от страха.

– Почему бы тебе не умыться, пока я буду надевать халат, а тогда мы могли бы спуститься вниз, и я приготовлю тебе…

– …кофе. – Он хихикнул, подходя ближе к ней. – Это ты хотела сказать, не так ли?

Она натянула на себя одеяло и взяла халат в изголовье кровати.

– Прекрасное предложение – кофе, – сказала она, хотя только при одной мысли об этом ее чуть не вырвало. – Дай мне минутку, и…

Он схватил рукой ее запястье.

– Нет. – Улыбка исчезла с лица Алекса, оставив его рот печальным и сжатым.

– Отпусти меня, пожалуйста. Он склонил голову набок.

– Всегда леди, – сказал он тихо. – «Отпусти меня, пожалуйста», – говорит она, несмотря на то что сердце у нее трепещет, как у оленя, за которым гонятся охотники.

Рука его сжималась все сильнее, когда он вытаскивал ее из постели. Слабый запах виски донесся до нее.

– Ты пьян!

Рот его скривился.

– Нет. Не пьян, любовь моя. Просто слегка ане-сте… анесте…

Уитни подняла подбородок.

– Пьян, – повторила она холодно. Алекс хихикнул.

– Слегка смазан – для того, что ждет меня впереди.

Сердце ее вздрогнуло.

– Впереди тебя ничего не ждет. Убирайся из моей спальни.

– Из твоей спальни. – Губы его скривились. – Правильно. Прости меня, я совсем забыл, что эта спальня принадлежит владелице усадьбы.

– Алекс…

У нее перехватило дыхание, когда он притянул ее к себе.

– Так вот, это и моя спальня, дорогая. Теперь я оплачиваю счета, а не твой папаша.

Уитни сжала зубы, пытаясь освободиться от него.

– Убирайся отсюда, Алекс. Мы поговорим завтра, после того как ты…

Брань, такая же грубая, как и его рука, сорвалась с его губ.

– Я не желаю разговаривать, – сказал он и накрыл ее губы своим ртом.

Ее охватил страх. Тело его было напряжено, руки держали крепко. От запаха виски она содрогнулась.

Алекс отступил и взял ее за плечи.

– Поцелуй меня, черт тебя побери. Поцелуй меня, ты же хочешь этого.

Тошнота подкатила к ее горлу.

– Пожалуйста, – прошептала она, – не делай этого. Я… я себя неважно чувствую.

Лицо его потемнело.

– Я презираю тебя, это ты хотела сказать?

– Нет. Я просто… Алекс, пожалуйста.

Он взял ее лицо обеими руками и склонился над ней. Рот его прижался к ее губам, она почувствовала острый укус его зубов и затем соленый привкус крови. Волна тошноты поднялась из глубин ее живота.

– Умоляю тебя, – прошептала она.

– Вот именно, умоляй меня. Я хочу услышать, как ты будешь умолять меня, чтобы я тобой овладел. Потому что я больше не хочу тебя, черт тебя возьми! Ты слышишь меня, Уитни? Я не хочу тебя!

Слезы навернулись у нее на глаза. Вот чего она боялась, вот о чем догадывалась, чего ждала со страхом. Алекс хочет, чтобы она ушла из его жизни. Господи, о Господи…

– Ну? – Он повернулся к ней лицом. – Я жду, любовь моя. Что ты теперь скажешь?

Отчаянье, гораздо большее, чем она ожидала, навалилось на нее, но она все-таки заставила себя посмотреть ему в лицо и сказать слова, которые должна была сказать.

– Первое, что я сделаю завтра утром, – свяжусь с адвокатом.

Алекс выдохнул сквозь зубы:

– Отлично. Но скажи ему, я хочу, чтобы это все закончилось как можно скорее.

– Да. – Она кивнула. – Скажу. И как только я найду место, где поселиться, я соберу свои вещи и подготовлю их к отправке.

Он поморщился.

– Не беспокойся, – сказал он. – Дом – твой. Черт, он всегда принадлежал тебе. Эта вычурная кучка кирпича является владениями Тернеров. Я всегда был тут чужим.

Он окинул ее долгим взглядом, а потом развернулся и зашагал к двери. Уитни зажала рот руками. «Алекс, – мысленно кричала она, – Алекс, не оставляй меня! Я люблю тебя».

– Алекс, – его имя вырвалось у нее шепотом. Она сделала шаг вперед, протягивая руки, и он оглянулся. – Алекс, – повторила она, и тогда тошнота накатилась на нее. Глаза ее закрылись, и она, потеряв сознание, рухнула к его ногам.