Долг оплачен - Татьяна Анина

— Нет, не ошиблась, — уже всё осознав, горько улыбнулась. — Я Солнце, ты звонила мне.

Именно звонила, потому что писал совершенно другой человек.

— А-а!!! — радостно протянула она, потом погрустнела. — Это у тебя, бедняжки, мама раком болеет?

— Да, — помялась я, подкусывая губы. — Скажите, пожалуйста, кто просил звонить мне?

— Так Александр Константинович. Он меня на работу взял, я ему всегда рада помочь, — она хитро прищурила маленькие глазки. — Стеснялся, что ли, тебе сам звонить?

— Не знаю, — замогильным голосом ответила я, горестно улыбаясь. — Спасибо.

— Да не за что, — пожала она плечами.

***

Я так ослабла, так сильно заболела, что хотелось умереть. Это настоящее предательство, оно переносится очень тяжело. Даже злобы не было, ничего. Выжженная пустыня. Слишком много эмоций. Они варились, крутились и взорвались, ничего не оставив после себя.

Меня пугало почти всё.

Сатир знает обо мне слишком много. Такие подробности, которые просто так не всплывут даже после долгого знакомства с мужчиной. Мой начальник, мой босс Александр Константинович знает, что три дня назад у меня закончились месячные, что на правой груди у меня родинка, что сплю я на животе, распластавшись в позе звезды, что очень хочу попробовать близость, а всё некогда. И на темы для взрослых мы тоже общались.

И это я не малолетка, и не жила в лесу без компьютера. Я знала, что интернет — зло и сплошной обман. И были у меня подозрения, но Роза заполняла моё одиночество своим участием, и я, глупая, повелась. Попалась в сети адского сатира, и мне больно, стыдно и очень, очень горько.

Меня обманули, и я теперь понимала, что испытывала Анжелика, когда её бросили на произвол судьбы после того, как приручили. Это невыносимо. И если Анжелика кинулась во все тяжкие, то я, пожалуй, замкнусь и совсем уйду в себя. Никогда больше не буду доверять людям, они этого недостойны.

С почтовыми пакетами в обнимку я поднялась на пятый этаж и в ближайшем туалете пугала унитаз конфетами Максима. Меня рвало и мутило. Минут десять умывалась и полоскалась холодной водой из-под крана, но прийти в себя так и не смогла.

Обида вдруг стала перерастать в злобу.

Я вышла в коридор и медленно направилась к приёмной, строя планы мести. Неожиданно появился на моём пути Иннокентий. Видимо, вид мой оставлял желать лучшего, потому что он подскочил ко мне, схватил за плечи и попытался заглянуть в глаза.

— Миля, что случилось? — обеспокоенно спросил он.

Коварству женщин нет предела. Я криво усмехнулась.

— Ты был прав, — кивнула я и посмотрела в его тёмные глаза. — Ему только одно нужно.

— Я же говорил, — он раздосадовано всплеснул руками. — Ты можешь обвинить его в домогательстве.

— Я не могу уволиться, но я не хочу ему девственницей достаться. Ты можешь мне помочь?

У Кеши отвисла челюсть. Он попытался собраться, но с первого раза не получилось. Стал нервничать, расправлять галстук, проезжаться пальцами по русым волосам.

— Конечно, — усмехнулся он, а в глазах появился нездоровый блеск.

— Я сниму номер в отеле. Сегодня, — решительно говорила я, но от негодования подкусывала нижнюю губу. — Только чтобы света было мало и чтобы красиво.

— Конечно, — ещё раз сказал он, не веря такому джекпоту. — Как снимешь номер, кинь мне сообщение, — он обнаглел, подошёл ближе и проехался по моему лицу ладонью. — Всё будет как ты захочешь.

— Хочу, — смело заявила я и, увильнув от него, пошла в приёмную, низко опустив голову.

Гости и хозяева ушли, в кабинет была открыта дверь, там делали влажную уборку и проветривали.

Лолы тоже не оказалось на месте, поэтому я села за свой стол и принялась за работу. Я старалась, делала всё правильно.

В обеденный перерыв я заказала номер в отеле. В самом дорогом, который смогла себе позволить. Администрация выслала после оплаты открытку на почту с названием отеля, номером комнаты и временем, на которое она забронирована. Эту открытку я отослала Иннокентию, и тот спросил, что мне подарить. Цветы, что ещё дарят девушкам.

Солнце: «Хочу мести и жести».

Влад: «Это ко мне, я за любой кипиш».

Солнце: «Пригласи Анжелику в этот номер, сделай так, чтобы она разделась и легла в кровать. Сможешь?»

Влад: «Она безотказная. А мне что делать?»

Солнце: «Не появляйся там».

Влад: «Кого решила развести?»

Солнце: «Парочку юристов из “КАN-транс”».

Влад: «Что мне за это будет?»

Солнце: «Свидание, хочу узнать, почему долг оплачен».

Влад: «Ок, всё в лучшем виде сделаю».

Санчес в этот день больше не появился. Я закончила работу и отправилась домой. Сегодня у Андрея был концерт, я собиралась играть на флейте. Дома перекусила вафлями и с коварной улыбкой послала Розе сообщение.

Солнце: «Смотри, я купила номер в отеле. Сегодня случится то, о чём я мечтала так долго. Моя первая ночь с мужчиной! Один парень с работы предложил, я согласилась».

Санчес долго не отвечал. Я видела, как он писал сообщение, потом стирал, потом опять писал и ничего не отправил. Пришлось пощекотать его подлые нервишки ещё.

Солнце: «Почему не отвечаешь? Помнишь, я тебе описывала, как хочу свой первый раз обставить? Ты за меня не рада?»

Роза: «А как же любовь?»

Солнце: «А любовь — дело наживное. Буду с ним встречаться. На работе удобно в коридорах целоваться».

А в ответ — тишина. Давай, сатир, вали на разборки к Анжелике и Кеше. Вам сегодня будет весело втроём.

***

Клуб «Викинг» был переполнен. Из тёмных стен торчали борта драккаров, свисали с потолка сети и рваные тряпки, похожие на паруса с мачт. Сновали в полумраке официанты в рогатых шлемах и разносили пиво в деревянных кружках. Все столики были заняты, стулья у стойки бара тоже. Народ толпился у ярко-освещённой сцены.

Я была в ударе. Ожесточение смешались с нервозностью. Мне хотелось истерично смеяться, рвать и метать, поэтому перед самым выступлением я выдала пару зажигательных мелодий на флейте, светя резинками от чулок в разрезе короткого платья. После каждой композиции широко улыбалась и шарила глазами по залу. Приметила Максима, нашего охранника. Он сидел за столиком в компании брутальных бородатых байкеров, пил пиво и пялился на меня с улыбкой.

Концерт начался, я импровизировала, что всегда нравилось Андрею. Тролль иногда со своей гитарой поворачивался ко мне и подмигивал. Народу нравилось, и как никогда мне казалось, что мы исполняем настоящую музыку, у которой есть будущее, и она не потеряется в миллионе подобных. Зрители радостно приветствовали нас перед каждой композицией, и накатывала эйфория. Удовольствие от славы приводило к опьянению, хотелось стараться и выкладываться по полной. Что, собственно, и произошло. Публика была нашей, не то, что в клубе «Винера». Здесь все свои, поэтому так и реагировали бурно, не сдерживая эмоций. И даже танцевали, а давние поклонники Тролля ещё и подпевали.