Дикарь - Мари Князева

- Нет-нет-нет, пожалуйста, Тим...

- Ниикаа... - прорычал я и сделал ещё несколько последних судорожных толчков бёдрами. Из моих глаз посыпались звёзды, а распластанная на стене девушка вскрикнула жалобно, сладко и хрипло, содрогаясь всем телом.

Нас обоих ещё несколько минут били судороги - не знаю, как дошёл до ближайшего стула. Упал на него вместе со своей ношей, чуть не опрокинувшись.

Мы сидели, обнявшись, горячо дыша друг другу в шею.

Мы так и не разъеденились - я всё ещё был в ней, ощущал её огненную влажную тесноту, и возбуждение опять нарастало.

Восстановив дыхание, Ника чуть отстранилась, и я смог увидеть её сияющие глаза и румяные щёчки.

- Прости... - пробормотала она. - Не знаю, что на меня нашло...

Это звучало забавно - я рассмеялся:

- Я знаю. Ты распутница.

Ника мгновенно перешла от смущения к гневу - нахмурилась, попыталась соскочить с моих причиндалов. Разумеется, я не пустил.

- Это ничего, я согласен жениться на распутнице, если, конечно, она пообещает распутничать только со мной... Буду даже рад.

Ника продолжала сердиться:

- Отпусти меня, наглец! Хам! Животное!

- Дикарь, - подсказал я, с умилением наблюдая её трепыхания и возбуждаясь от её подскакиваний на мне.

- Чёрта с два я за тебя выйду, грубиян!

- А куда ты денешься, если мы с тобой зачали сейчас маленького дикарёнка?

Эти слова отзывались в моей собственной груди сладостной дрожью. Ника внезапно успокоилась, пытливо заглянула мне в глаза:

- Тебя это не пугает?

- Шутишь? Я хочу этого с первого дня нашей встречи!

- Разве я не раздражала тебя в первый день нашей встречи?

- Да, немного, но генотип у тебя и вправду зачётный.

Она опять подпрыгнула:

- А ты так выбираешь мать для своих будущих детей? Сколько у тебя уже отпрысков по стране?

Я покачал головой:

- Ни разу не занимался сексом без контрацепции. Только с тобой мне так башню срывает...

Ника коротко чмокнула меня в губы и уткнулась в плечо, бормоча оттуда:

- Это всё так странно... Мы с тобой, наверное, оба сумасшедшие. Может, мне таблетку выпить?

- Не вздумай. Это ведь не стопроцентный залёт.

- Сыграем в русскую рулетку?

- Неуместное сравнение. Я хочу жениться на тебе и завести детей.

- Тогда почему ты прячешься от меня в офисе?

- Я же объяснял, мне было сложно держаться в рамках, которые ты задала.

- Значит, теперь станешь зажимать меня в каждом углу?

- Только если ты не переедешь сегодня же в мою комнату и не отдашь мне ночь.

Ника притворно надула губки:

- Чёрт! А я-то надеялась... Видимо, придётся забаррикадироваться в своей комнате на ночь.

- Ну, если вопрос стоит так, то не беспокойся - я вполне в состоянии зажимать тебя круглыми сутками. - Я поиграл бровями. - Продолжим?

Ника засмеялась:

- Неет, сейчас отпусти, мне нужно в душ. Но... в доме без тебя скучно.

Мы вернулись туда вместе, уже не скрываясь. Да и что тут скрывать, если Ника ушла из дома в брюках, а вернулась без них, в рабочем халате сотрудника фабрики? Штаны я, оказывается, безнадёжно порвал. Отец остановил взгляд на наших соединённых руках, как будто вздохнул с облегчением и расплылся в своей фирменной доброй улыбке. Ника порозовела, как маленькая девочка, и мне сразу захотелось ещё раз её зацеловать.

Батя мялся, не зная, что сказать, как выразить свой восторг по поводу того, что их со Львом Алексеевичем план сработал.

- Я знаю, пап, - снисходительно похлопал я по хрупкому родительскому плечу.

- Мы всё знаем! - с улыбкой и кивками подтвердила Ника.

- Ч-что вы знаете?! - изумлённо, неверяще, даже испуганно уточнил отец.

- Что это всё ваших рук дело! - воскликнула Ника, продемонстрировав наши с ней переплетённые пальцы и сама засмеялась от получившегося каламбура.

- Простите... - батя захлопал глазами, изображая святую невинность, но актёр из него неважный.

- Ладно, не отпирайся, - махнул я рукой. - Это уже неважно. Я слишком увяз, чтобы сопротивляться из чистого упрямства.

Ника хмыкнула в кулачок, я притянул её к себе за талию нашими же сцепленными руками, намекая, что мы это всё позже обсудим. Подробно и обстоятельно. В моей запертой на ключ комнате.

- Что ж, - растерянно пробормотал отец, видимо, ещё не до конца уверенный, что его не разыгрывают, добиваясь признания. Но держать покер фейс до конца - тоже не его фишка.

- Я рад... искренне рад... за вас.

Мне не терпелось запереться с Никой в уединённом месте без камер, поэтому я отпустил батю звонить товарищу с радостными вестями, а сам повёл свою девушку наверх.