Отец (не) моей дочери - Елена Левашова

– Ты будешь последним, к кому я пойду. Я не любезностями обмениваться пришел, Сергей. Разговор есть.

Расстегиваю куртку, ступая в крохотную прихожую. Пахнет свежей краской и запахами больницы. Светлые стены, новенькая стойка, стеллажи со стоматологическими инструментами и зубными пастами – в отсутствие пациентов все выглядит унылым и жалким.

– А эти товарищи с тобой для чего? – кривит улыбку Донцов. – Побоялся выяснять отношения один на один?

– Послушайте, Сергей, – вмешивается в разговор Адам. Подходит ближе, на ходу расстегивая пуговицы куртки. – Я частный детектив Адам Аверин. А Лев Борисович мой клиент. По его просьбе я следил за Кристиной. Вы знакомы с этой милой девушкой?

На лице Донцова мгновенно проступают желваки. Глаза прищуриваются, наполняясь болезненным яростным блеском. Опускаю взгляд, замечая, как его пальцы сжимаются в кулаки.

– Да я эту дрянь… Я слышать не хочу о ней. Вы для чего пришли? К совести моей взывать? Она меня всего лишила, Лев Борисович! А, главное, за что? – судорожно вздыхает Сергей.

– Давайте присядем, и вы нам все расскажете, – Аверин снимает одежду и без приглашения садится на диван для посетителей.

– Так вы не защищать ее пришли?

– Нет. Сергей, я объясню, – произносит Лев. – Тина пришла ко мне недавно и объявила о беременности. Я люблю другую женщину и собираюсь на ней жениться. Кстати, вот она, – Лев взмахивает рукой в мою сторону. – Я неуверен, что ребёнок мой. Потому я и обратился в Адаму – хотел удостовериться в правдивости ее слов.

– Вот и правильно. Так бы она вила из тебя веревки многие годы. Ребенок мой, Лев. Пожалуй, это было самой большой моей глупостью – интрижка с Кристиной, – опускает взгляд Донцов. – Я совсем недавно женился. Даже не знаю, зачем я вообще изменил жене? А потом Тина сообщила о беременности. Я только открыл кабинет, записался на курсы повышения квалификации. Хотел поехать в Германию летом, чтобы подтянуть навыки.

– Она сообщила вам о беременности? – уточняет Адам.

– Да. Потребовала развода и оформления части бизнеса на нее. Мол, ребенку нужна стабильность. Я отказал ей. Ответил, что люблю жену и хочу наладить отношения. А через два дня пришла комиссия из Минздрава и наложила запрет на мою деятельность, – вздыхает Донцов. – Она каким-то образом заменила препараты с нормальным сроком годности на просроченные. Позвонила на горячую линию Минздрава и пожаловалась. Указала адрес кабинета. Сюда в тот же день приехала комиссия и…

– Успокойтесь, Сергей. Возможно, я смогу доказать подлог. У вас имеются камеры видеонаблюдения? – спрашивает Адам.

– Только здесь, – Донцов окидывает взглядом холл.

– Ну и отлично. На камерах будет видно, как она входила. Лев Борисович, очевидно, просроченный материал она принесла из вашей клиники?

– Думаю, да. Она ответственная за его утилизацию. По серийным номерам можно увидеть, какой фирмы материал. Я смогу подтвердить, что препараты она принесла от нас.

– Конечно! Я работаю с материалами попроще и знаю, что клиника Льва использует дорогие, – оживляется Донцов. – Вы правда мне поможете?

– Конечно, Сергей. У меня как гора с плеч… Моя любимая сегодня же переезжает ко мне, а Тина… Я добьюсь, чтобы ее никто больше никуда не брал на работу, – хмурится Лев.

– Она же беременная, – тихонько произношу я. – Не надо так жестоко. Достаточно того, что Сергей признал свою причастность к ребенку.

– Я готов помогать ей материально, но ей нужно все. Она не успокоится, пока не сотрет обидчика в порошок, – говорит Сергей, устало растирая переносицу.

– И на нее найдем управу, – важничает Аверин. – Держите мою визитку. А нам пора ехать к Тине.

– Адам, ты уверен? – с сомнением в голосе произношу я. – Поздно уже, да и…

– Я уверен, черт ее дери! Пусть скажет правду мне в лицо, Тери. Нам! А потом я заберу тебя в свой берлогу и не буду оттуда выпускать, – ультимативно выпаливает Лев.

Глава 47

Лев.

Как я мог быть таким слепым? Жил в придуманных иллюзиях, любил не тех, стремился к пустому… Я с трудом сдерживаю кипящий внутри гнев. Разнести бы к черту его кабинетик или дать Сереге в морду! Он ведь работал со мной… Смотрел в глаза, улыбался, кивал, а потом ходил с моей женщиной в рестораны и заканчивал милые посиделки постелью. Да и она… Я ничего не видел, пока Тери не вошла в мою жизнь. Был слеп… Глупый, самодовольный слепец, владеющий тем, что заслужил – лживой женщиной и лживыми друзьями… Прах, а не жизнь… И сейчас меня гложут не растоптанные чувства – по сути, их не было – а опущенная ниже плинтуса гордость. Ее во мне всегда было много! Задетое самолюбие словно кричит внутри, требуя расправы над обидчиками.

– Адам, ты уверен? – широко распахнув глаза, произносит моя Тери.

– Уверен, черт ее дери! Пусть скажет мне правду в лицо, Тери.

– Погодите, господа, – вмешивается Аверин. – Сергей, я предлагаю вам поехать с нами. Обещаю помочь с вашим делом, за свою работу сделаю хорошую скидку. Поможете Льву – поможете себе. Как вам мое предложение?

– Согласен, – виновато опуская голову, протягивает Донцов. – Мне очень нужно возобновить работу, понимаете? Я весь в долгах. Чтобы платить по счетам нужна работа, а ее нет.

– Понимаем. Берите просроченные материалы с собой, мне они понадобятся для экспертизы. И паспорт тоже, заедем на обратном пути в мой офис.

– А вы… Простите, вы… – качает головой Донцов.

– Я? Я волшебник, объединяю любящие сердца, помогаю людям в их проблемах, расследую преступления особой сложности. Если по-простому – частный детектив. У меня большой штат сотрудников и неплохой опыт за плечами. Можете мне доверять.

Донцов садится в машину Адама, Теричка в мою. Как же мне хочется скорее обнять ее! Вернуть в свою жизнь и спальню…

Несомненно, мой поздний визит застает Тину врасплох. Она удивленно хлопает глазами, раскрывает губы, чтобы произнести вопрос, но он так и остается невысказанным… Ее взгляд хаотично ползает по лицам названных гостей – Тери, Сергея и Адама.

– Что случилось, Левушка? – воркует она. Жалко, непрофессионально, запоздало… Глупо. Но я отвечаю, вобрав в голос всю твердость, на какую способен:

– Сейчас мы сядем на диван в гостиной, а ты все расскажешь. Правду расскажешь, Тина. Не заставляй меня перекрывать тебе кислород. Я не шучу. Один мой звонок и тебя никуда не возьмут на работу. Разве что санитаркой, мыть полы и выносить за больными судна. Хочешь так?

– Н-нет… Й-я…

– Идемте, господа, – уверенно командую я, заметив тень, коснувшуюся лица Тины. Она здорово испугалась…

– Я просто хочу стабильности и счастья своему ребенку, Лев. А этот…