Весеннее чудо для мажора - Юлия Гауф

конечно, Лиза голенькая вошла, но и поиграть с ней я люблю. Когда ниточки, кружева, и все это нужно развязать, снять, а иногда и разорвать. Чуть не зарычал, представив, как она сейчас войдет в спальню, и я повалю ее на кровать. А затем все будет очень долго, и очень сладко.

Внимание привлек один из сиреневых лепестков на полу. Наклонился к тумбочке, чтобы отвлечься, сжал лепесток в ладони, и зачем-то открыл тумбочку. Вместо того, чтобы бросить этот лепесток на кровать.

Открыл тумбочку, и залип, слыша шаги Лизы. Она в коридоре, идет босиком, но шумно. Весу в ней как в перышке, но ходить моя красивая так, дуто два центнера весит. И вот, слышу я эти шаги, и смотрю в тумбочку, как дебил.

— Андрей, сюрприз, — промурлыкала Лиза за моей спиной.

Я взял коробочку с кольцом, открыл ее, выпрямился, и обернулся к ней.

— Да я вижу, — показал ей свою находку. — Офигенный сюрприз. Замуж собралась, любимая?

Если скажет, что собралась — Витьку я убью. Если скажет, что не собралась — все равно убью. Но кудрявой в любом случае достанется за то, что кольцо это мерзкое у себя хранит. За то, что взяла его.

Короче, в любом случае получат все.

Глава 17

Этот комплект белья я купила давно. У нас с Виком тогда все еще было нормально, но… я даже не представляла его, когда мерила это белье в примерочной. Помню, как злилась на саму себя, представляя реакцию Андрея.

Как у него потемнеют глаза, опустившись с моего лица на прозрачный лиф, из которого соски выглядывают. И ниже, на перетянутую тонкими блестящими нитями талию. А трусики и вовсе — одно название, что белье. Невесомые, просвечивающие, и с разрезами в самых интересных местах. Такое белье можно и не снимать, приступая к самому основному. А можно и снять, как следует наигравшись.

И вот, я вошла, ожидая реакции Андрея — реакции предсказуемой, я отлично помню, что ему нравится, и что заводит, и дождалась. Вот только не того.

Взгляд, да, потемнел. Смотрит, как на вражину, и кольцо это треклятое вертит.

— Свадьба-то когда? — рыкнул Булатов.

— Ты дурак? Какая свадьба? И вообще, ты почему в тумбочку полез? — нервно, позорно-высоким голосом спросила я.

— Знаешь, милая, я предпочитаю в эти игры не играть, и доверять. Но уже склоняюсь к тому, что нужно и переписки твои читать, как последний лох. И за каждым твоим шагом следить!

Он зло сжал футляр в ладони, и с отвращением отшвырнул его в стену.

От стены коробочка отлетела, и упала на кровать, прямо на лепестки, которыми я украсила ее, пока Андрей мылся.

— Охеренно романтично выглядит, да? — кивнул он подбородком. — Лепестки, кольцо… только гребаного Витька здесь не хватает!

— Я…

— Ты охерела, любовь моя? — с яростью выплюнул Андрей.

— Ты чего на меня орешь? Это вообще не то, что ты там себе напридумывал!

— То есть, кольцо тебе не Витька подарил?

— Он, но…

— Но ты трусишь извиниться. Ошибки признавать так и не научилась, — холодно процедил Андрей, и пошел прямо на меня.

Испуганно отшатнулась, вжалась в стену, но Булатов оскалился, открыл дверь, и исчез в коридоре.

Офигенно потрахались. Ну вот кто просил его в тумбочку лезть? Я же не собиралась замуж за Вика! Даже если бы Андрей себе гарем завел, и у меня на глазах оргии устраивал, я бы не стала бросаться в объятия к тому, кого не люблю.

— Булатов, — схватила с двери халат, и бросилась за ним, на ходу одеваясь, — ты куда собрался? Ты где?

— Здесь, — раздалось из ванной, а затем и сам Андрей показался, на ходу натягивающий одежду.

— Ну подумаешь, взяла кольцо, было бы из-за чего беситься, пфф. Не будь таким Отелло! Я растерялась, вот и схватила ключи с кольцом, будто я собиралась к нему переезжать, и замуж выходить, ну в самом-то деле! — всплеснула руками.

Неужели он возьмет, и бросит меня сейчас?

— Какие ключи?

Черт! Черт, черт, черт!

— Андрей, — подошла к нему с мягкой улыбкой, положила ладони на грудь, и ужаснулась — ничего себе у него сердце стучит, три удара в секунду! — Я с Виком встретилась в кафе, чтобы расстаться. А он про тебя начал говорить, про то, что ты за меня машину просил. Я… я правда растерялась, он жить к себе звал, кольцо вот подарил, я сказала ему, что это невозможно! Честно, сказала! Но тогда так расстроена была, что схватила все это, и убежала домой. А тут ты с помадой на шее.

— И тут я виноват, — скривился он.

— Да не обвиняю я тебя! — в сердцах ударила его по груди ладонями. — Ну что такого-то? Верну я Вику и ключи, и кольцо. Не собиралась я с ним жить, не из-за чего обижаться.

— Я не обижаюсь, кудрявая. Я в бешенстве, — прошипел Андрей, и отступил от меня. — Что такого, говоришь? А если бы ты у меня нашла кольцо, которое я бы для какой-нибудь бабы купил? Не для тебя, а для любой другой, это тоже «ачотакова»? И про тебя, любимая, мне тоже в уши ссали, но мне ума почему-то хватило не прислушиваться!

Да в чем я виновата-то, понять не могу?!

— Что тебе про меня говорили?

— Не твое дело, — окрысился Андрей.

— Моё!

— Одевайся! — Андрей оглядел себя, выматерился, снял футболку, и вывернул ее правильной стороной.

Злющий какой. И зачем одеваться? Секса не будет?

Вообще ничего не будет???

— Ты меня бросаешь? Из-за этого кольца?

— Не бросаю, не дождешься. Сейчас ты оденешься, возьмешь эти чертовы ключи, который какого-то хера взяла, кольцо, мы сядем в машину, и поедем в гости. Заодно попрактикуешься водить.

— Куда мы поедем?

— К женишку твоему, — Андрей широко и зло усмехнулся. — Тебя я одну не оставлю, чтобы приключения не искала. Доедем, и ты останешься в машине как хорошая и умная девочка. А я разберусь.

— Но…

— Быстро! Одевайся! — рявкнул Булатов.

Сама не понимаю как, но я обнаружила себя в комнате у открытого шкафа, натягивающую джинсы на мое, с позволения сказать, белье. А следом и футболку.

Ну Андрей и скандалист. Раздул такую трагедию