Фея и лорд кошмаров - Александра Гринберг

Поправочка: совсем крохотная часть.

Большая жаждала крови. Без всякого монстра, без чудовищного давления бешеной магии, клятого Френсиса хотелось разорвать на кусочки и употребить вместо завтрака. Не из любви к человечине – просто мутные белобрысые уродцы, осмелившиеся портить им с Мэйр утро (и так нарочито представляющие чужую фею обнаженной) должны страдать.

– Кто это? – сипло поинтересовался он, поднимаясь и в последний момент сжимая кулаки, чтобы не отправиться убивать блондинчика, посмевшего посягнуть на святое.

– Это Френсис, – откликнулась Мэйр таким тоном, будто эти два слова уже все объясняли. – Мой друг. Я бы попросила тебя не убивать его, но это трепливое недоразумение – шестой по силе некромант в Западном Пределе. Так что хрен ты его убьешь.

– Смерть – это слишком просто. – Себастьян оглянулся на дверь, за которой исчез любитель целительских прелестей. Повернулся к Мэйр, смерил придирчивым взглядом. – Одевайся.

– А ты? – Она оторопело вытаращились на него, явно не ожидая такого тона. Себастьян тоже не ожидал, но где он, а где душевное равновесие? Тем более при виде всяких там…

– Прихорошусь. Надо встретить гостя во всей красе.

«Встретить гостя? Ты имеешь в виду «прикончить»?» – усмехнулся монстр.

Или не монстр – раздражителей и без него хватало, а порядочные люди сами с собой тоже разговаривают. Особенно когда их что-то бесит.

А еще по лестнице за ванной комнатой можно незаметно спуститься в прихожую и захватить лук со стрелами. Оружие, как известно, способствует взаимопониманию. А стрела в заднице неплохо усмиряет пыл хоть некроманту, хоть бешеному волку.

В кухню Себастьян спустился ничуть не успокоившийся. Какое там, когда в голове роятся чужие мысли, перескакивающие с Мэйр на него, фантазии относительно того, чем они занимались в спальне, и прочая похабень вперемешку с желанием вкусно пожрать. Удалось только немного охладить пыл – его фея не оценит убийства гадкого некромантишки, и вообще такие дела лучше обстряпывать без свидетелей. И ради достижения наилучшего результата на холодную голову.

В общем, лук тоже пришлось оставить по пути в кухню, прислонив к комоду.

А жаль.

Потому как Себастьян, привыкший к дому, кухне и хозяйничающей там Мэйр, возмутился до глубины души, узрев там Френсиса, раскинувшегося на стуле и ожидающего, когда его накормят.

– Что так быстро? – весело изумился он, едва завидев Себастьяна. – А с виду ты выносливее. Где подменыша потерял?… Впрочем, знаю, – он прислушался к чему-то и кивнул сам себе, – опять в кипятке полощется. Я как-то раз к ней сунулся – думал, сварюсь нафиг… Уж мне эти демонские замашки с жарой и сырым мясом!..

Ничуть не смущенный зловещим молчанием, Френсис ехидно щурил глаза – один голубой, а другой карий, что, признаться, выглядит занятно, – и продолжал нести околесицу. Да еще и с таким видом, словно ему тут самое место. Неужто и впрямь неубиваемый?

Себастьян честно пытался сдержаться. Из любви к Мэйр и чистому полу, только вчера помытому трудолюбивыми (и безмозглыми, прямо как Френсис) скелетами-уборщиками. Нужно уважать чужой труд.

А кое-кому – накрепко уяснить, чья теперь фея.

Он со злорадным наслаждением выпустил силу, любовно сдобрив ее собственными представлениями – где, в какой позе и без каких частей тела видал наглых некромантов. Густая, так давно жаждавшая свободы магия охотно выплеснулась наружу, повисая в воздухе незримой вуалью. Казалось, ее хватило бы на добрую милю вокруг – по крайней мере, Себастьян еще никогда не чувствовал себя более сильным. И, надо заметить, без всяких монстров, жужжащих над ухом. Спасибо Фалько, папашиному заклинанию и собственному упрямству, с которым он последние два дня возводил защиту в своей голове. До идеала далеко, но колдовать уже в разы приятнее.

– Ух, какие мы злобненькие! – восхитился Френсис. Он снял перчатки и с силой растер виски, однако больше ничем не выдал дискомфорта, даже более того – по-прежнему фонил идиотским весельем на всю кухню. – Уймись, малыш, слабенькая мигрень меня не убьет. Ты, может, и прославился на всю столицу, да только некроманту твои игрушки что мертвому припарка.

– Я не мог не попробовать, – равнодушно заметил Себастьян, подхватывая яблоко из вазы. – Не люблю некромантов.

– Да-да, злобные твари, оскверняющие трупы… Никакой оригинальности!

– Плевать я хотел на трупы. – Он уселся за стол и выудил из вазочки печенье. – Ты испортил мне утро.

– Я голодный. – Френсис пожал плечами, чуть заметно поморщившись. Видать, мигрень у него разыгралась не такая уж слабенькая. – А Мэйр всегда рада кого-нибудь накормить. Что до испорченного утра – ну извини, я не предполагал, что по дому моей бывшей девушки скачет какой-то неуравновешенный хрен с горы…

– Чего ты не предполагал? – сердито фыркнул Себастьян. – Вранье.

– Ну ладно, я догадывался, – легко согласилась эта бесстыдная некромантская рожа. – Возможно, что даже и знал, но… В любом случае, я пришел к своей подруге, и она мне рада, как и всегда. А до твоего недовольства никому и дела нет, ведь ты всего лишь…

– Развлекаешься, Френсис? – сухо поинтересовалась Мэйр, неожиданно оказавшаяся рядом. Себастьян коротко взглянул на нее и вмиг ощутил вину – с волос на полурасстегнутую рубашку капала вода, оставляя мокрые пятна на светлой ткани.

Очевидно, торопилась к ним. На милю, может, сил и не хватало, а до второго этажа точно достало.

– …всего лишь пациент, – закончил Френсис, премило улыбаясь.

– Пациент, – согласилась Мэйр, – нестабильный. Будешь его нервировать, жрать не получишь и вообще в окно вылетишь. Это ясно?

– Кри-сталь-но, моя ж ты пакость из-под холма. Ох, эти целители…

Исторгнув душераздирающий вздох – вот актеришка недоделанный, а сам чуть не истерит от веселья! – Френсис снял с жаровни закипевший чайник и принялся суетиться с чашками и заваркой, любезно расспрашивая, кто чего изволит. Себастьян же злорадно улыбнулся, довольный, что паскудному блондинчику хотя бы влетело за наглость.

– Мэйр, – позвал он, глядя на эту нарочитую суету, – можно я все-таки пущу стрелу ему в задницу?

– Себастьян!

– Что? Не покалечу, так хоть душу отведу.

– Никто никого калечить не будет.

– А жаль…

Наспех приготовленный завтрак буквально стал спасением. Если и было что-то, способное заткнуть Френсиса и чуть снизить градус ненависти к нему, так это ароматный мятный чай и омлет с курицей.

«Минута тишины, слава богам», – подумал Себастьян, орудуя вилкой и мечтая как можно быстрее спровадить мерзкого некромантишку. Молчать-то он молчал, что не мешало ему вовсю веселиться, очень громко думая о веселых ночках с Мэйр. Например, о том, как она стонет, если поцеловать ее в шею. Или как ей на самом деле нравится, когда касаются кончиков острых ушей…

Стерпеть в итоге не удалось.