Улыбнись мне, Артур Эдинброг - Антонина Крейн

— Так ты на берег-то выйди! — посоветовала Маргарет. — Нас всё-таки на волнах качает, как стабилизироваться будешь?

— А фамильяр мне на что? Вилка, поможешь?

— Конечно!

Я уже тоже встала, набросила платье и шляпку канотье. Потом размяла пальцы и стала технично подхватывать лазурные буквы, слетающие с ногтей Эдинброга, и цеплять их одна к другой, будто на невидимую нитку. Когда волшебное «ожерелье» доросло до полутора с чем-то метров, мы с Артуром встали вплотную друг к другу и замкнули его вокруг себя, будто поясом обвязались.

Буквы тотчас засветились, вокруг нас вспыхнул столб безмятежного синего цвета. Раздался долгий приятный звон.

— Удачи с комиссией! — пожелала Мэгги.

— И всё-таки: что это за комиссия? — вновь попробовала выяснить я.

— Простая формальность! Из столицы прибыли министерские маги, которые хотят убедиться, что твоё появление в Форване — это ошибка ритуала, а не чей-то злой умысел. Мастер Говерик, я и остальные преподаватели просто воспроизведём для них всю последовательность наших действий в тот день, а они запишут. Потом съедят в Сироп-пинге две-три сковородки блинчиков и радостно уедут прочь.

Свет и звук постепенно нарастали, становясь громче и уплотняясь. По реке пробежала рябь, феечки кувшинок пригрозили нам суровыми разборками (из-за колдовства их немного сдувало), а пловцы-студенты на всякий случай отгребли подальше.

Наконец телепорт поглотил нас, чтобы мгновение спустя выплюнуть в зале Октагональной библиотеки.

— М-м-м, ностальгия! — с улыбкой пропела я, увидев, что всё выглядит точно так же, как в мой первый день в Форване: куча старцев в мантиях, пентаграмма, свечи, тяжёлый пыльный дух.

Разве что Артур на сей раз в шлёпках и куда веселее.

Предвкушая забавное зрелище, я уселась на зрительскую лавку в один ряд с членами прибывшей комиссии: зевающими, но честно подготовившими блокноты и перьевые ручки для записи.

Ну, давайте посмотрим, как всё это выглядело со стороны…

ПРИВЕТ, УОРХОЛ

Мне казалось, что я очутилась то ли на репетиции захудалого театра, то ли на полицейском расследовании в захудалом же городке.

Маги пытались с точностью воссоздать ритуал. В процессе они бесконечно брюзжали и спорили: кто где стоял, кто запевал, а кто тянул канон заклинания… а вот та свеча потухла перед началом, а Артур-де держал руки скрещёнными…

Формальность или нет, но за дело эти зануды взялись всерьез. Меня так и подмывало вскочить и замахать руками: «Эй! Да чего расследовать-то, понятно, что проблема в том, что я прыгнула в пентаграмму вместо своего кота! Расслабьтесь уже и верните нас на пляж — а то у меня загар неравномерный!»

Большинство магов из комиссии зевали и закатывали глаза, раздражённые академической обстоятельностью. Дамочка, державшая на руках плетёную корзинку — видимо, внутри сидел её питомец, — с тяжким вздохом пристроила подбородок на крышку и прикрыла глаза.

И только один из колдунов вначале с жадным интересом смотрел на меня, а потом подсел поближе и спросил:

— Это вы злокозненный фамильяр, верно?

— Так уж злокозненный? — Я обдала его холодом в лучших традициях Эдинброга. — Я лучший фами-льяр в этом мире, прошу отметить. Здравствуйте.

Чужак приятно рассмеялся. Улыбчивый блондин лет тридцати пяти, он мне кого-то мучительно напоминал, но я не могла понять, кого именно. На плече у него сидела симпатичная белочка и грызла драгоценный орех. Фью, как выпендрёжно!.. (И, вероятно, не слишком полезно.)

— Меня зовут Хьюго ДеБасковиц. Я — создатель Большого Адронного Телепорта в столице, — мужчина протянул мне свою визитку. — Это я отправлю вас на Землю, когда тут всё закончится.

— О? — Я уставилась на Хьюго с куда большим любопытством. — Хорошо! А это вообще безопасно, кстати?

— Для вас да — раз вы без приключений попали оттуда сюда, то и вернётесь спокойно. С вами, землянами, всё всегда проще благодаря вашей стабильной ауре — а координаты вашей планеты нам давно известны. Вообще, лично я полагаю, что наш Большой Адронный Телепорт… — (мне так и слышалось — коллайдер) —.это уже самое безопасное место в мире и для галианцев тоже, хотя тесты и проверки продолжаются. Как вы, наверное, знаете, мы разработали его специально для Пришествия, чтобы иметь возможность спасти хотя бы часть людей, если вашему партнеру, — кивок на Эдинброга, — не удастся урегулировать кризис с Тварями. Хотя я верю в Артура, — пауза. — Он всегда мне нравился, — вздох. — В любом случае, я рад, что в нынешней непростой ситуации с Судным днем я занимаюсь полезным делом, а не просто жду конца и потихоньку схожу с ума, как многие.

Странно. Вроде Хьюго был приятным и серьезным собеседником, но что-то меня в нём бесило. Чёрт. На кого же он похож?

Меж тем ритуал наконец-то начался.

Комиссия примолкла, а старички-преподаватели запели. Их фамильяры устроили что-то вроде хоровода… Точнее, нет: они наматывали вокруг хозяев круги, как спутники вокруг планет. Я уже знала, что это техника «Катушки», порождающая некие вибрации, которые ведут к равномерному усилению способностей колдуна. Некоторым фа-мильярам — например, волкам — хватало трёх шагов, чтобы обойти владельцев, а вот мелочи типа бабочек приходилось попотеть.

Мастер Говерик взял протянутую руку Артура и вдруг полоснул по его пальцам ножом.

— Чёрт! — воскликнул Эдинброг, от неожиданности дёрнувшись. — Мы же имитируем вызов, мастер!

— Надо полностью показать процесс уважаемым гостям, — забухтел старичок. — Пусть видят, что наш университет отвечает всем необходимым стандартам. Да, здесь может произойти несчастный случай, от этого никто не застрахован, и нам будет очень жаль, мы будем дико горевать, но злой умысел — нет, никогда.

Он бормотал, а кровь капала.

— Видим, мы видим, не волнуйтесь! — крикнула какая-то женщина рядом со мной.

— Да зажмите ему уже рану! — посоветовала другая, с корзинкой.

— Нет-нет, правильно, пусть всё показывают последовательно! — не согласился Хьюго.

Вот балаган.

Артур пожал плечами, буркнул заклинание и принялся своей окровавленной рукой писать

какую-то формулу прямо в воздухе, как будто бы на стекле. Старцы взвыли мощнее. Пентаграмма вспыхнула. Мастер Говерик обернулся к комиссии и робко сказал:

— А вот дальнейший текст мне придётся опустить, иначе он возымеет магическую силу, и, так как фамильяр у господина Ван Хофф Эдинброга Третьего уже есть, это может привести к плохим последствиям…

— Да это мы понимаем! — рявкнула уставшая комиссия.

А я поперхнулась, потому что кровь Артура стекла со своей невидимой стены на пентаграмму. И тотчас внутри рисунка вместо пола оказался густой чёрный туман, в котором я вдруг услышала явственное мяуканье.

Очень знакомое.

— Уорхол! — ахнула я, вскакивая со скамейки.

— Мяяяяяуууу?! — напряжённо ответил туман.

— Что происходит? — всполошилась комиссия.

— Всё под контролем! — затарахтел Говерик. — Это и есть