Первый встречный - Полина Грёза

Перед большим монитором в кабинете Романа собралось несколько человек. Каждый занимался своим делом. Ксения смотрела на них и нервно барабанила пальцами по полированной поверхности стола. Почему-то ей было страшно. Одно дело догадываться, а другое точно знать, что человек, с которым ты прожила много лет замешан в убийстве. И, скорее всего, не в одном. А ещё грудь сверлило что-то противное холодное и колкое, как неслышимый человеческим ухом инфразвук наполняющий тревожной вибрацией окружающий воздух. Предчувствие неминуемой беды. Как будто эта видеозапись — ящик Пандоры. И сейчас оттуда посыплются козни и несчастья.

Ксения нашла глазами невозмутимый взгляд Романа. Тот, напротив, был спокоен, уверен и полон решимости. Девушка невольно залюбовалась им. Ноздри раздуваются в предвкушении, в расширенных зрачках горит азарт. Жаждет крови. Опытный боец, гладиатор, уже неоднократно познавший вкус победы и пристрастившийся к нему. Желающий окунуться в это упоительное чувство снова. Всё-таки правильно он сказал. Оставь войну мужчинам.

Уверенность Романа немного погасила волнение, но поселившиеся в душе смятение на уровне интуиции не покидало её:

— Рома, а может всё-таки не надо? Всего два года… Даже почти полтора. Я ведь уже нашла чем заняться… Закончу аспирантуру, освою новую профессию… А если не понравится, можно представить как будто в декрет сходила…

— Ну, в декрет, я надеюсь, ты скоро уйдешь по-настоящему, — Роман обнял её за плечи и потёрся щекой о висок, — С должности Юриного зама. Ну, или на худой конец заведующего отделением… — Он растянул губы в лукавой улыбке и интимно прошептал в ухо, — Сегодня же начнем серьезно работать над этим, — и уже вслух добавил, — А пока нужно довести начатое до конца. Я не привык бросать перспективные дела на середине. Повторяю. Ничего не бойся. У меня всё под контролем. Давай, Саша, включай запись.

— На какое время мотать, Ксения Сергеевна? И какую камеру? — охранник вопросительно посмотрел в её сторону.

— Ту, которая на входе в неврологию, где видно весь коридор. Примерно с девяти вечера.

Глядя на экран, где в ускоренном режиме транслировалась повседневная жизнь больницы, Ксения вновь погрузилась в атмосферу того вечера. Вот она возвращается из реанимации. Здоровается со сменившимися медсёстрами на посту. Вот пошла на обход, открыла дверь в одну палату, другую. Здесь что-то не понравилось, выговорила санитарке, та побежала за постельным бельем. А там больному поплохело, сделала срочные назначения, выглянула в коридор. Видно, как медсестричка спешит с заряженной стойкой от системы. Вот та самая дверь. Вошла не сразу. Помедлила, собираясь духом. Через пару минут вышла. Лицо напряжённое, губы дрожат… Вытерла слёзы рукой. Почти пробежала мимо поста к себе в ординаторскую. Медсестры сочувственно смотрят вслед и, наклонившись друг к другу о чём-то шушукаются. Вот появился Тихонов. Помахал рукой девочкам на посту, что-то сказал, улыбнулся, вручил им торт. Кивнул в сторону сестринской. Санитарочка с выпечкой ушла туда, видимо, ставить чайник. Алексей открыл дверь ординаторской. Зашёл. Пробыл там несколько минут, вышел. Осмотрелся вокруг. Коридор пуст. Весь персонал в сестринской, пьет чай с подаренным Алексеем тортом. Оглядываясь, идёт в конец коридора. В ту самую палату. Через семь минут выходит и направляется к запасному выходу.

— Стоп, — Роман торжествующе огляделся, — вот и доказательства. Время смерти, надеюсь, совпадает?