Бывший муж - Ольга Рузанова

— Они больше не звонили.

— Странно…

Я тоже удивилась. Резюкевич казалась настроенной более чем решительно. Так давила на меня, а потом резко раз и пропала.

— Расскажешь ему? — спрашивает после непродолжительной паузы.

— Нет. Меня это не касается. Мне плевать.

Глава 38

Руслан.

Утренние совещания. До чего я их не люблю! Особенно, когда возвращаешься с командировки за пару часов до них.

Но работа всегда в приоритете.

— Альбина, еще кофе, пожалуйста.

— Пусть мне тоже принесет, — бросает Майер.

Сегодня я застал ее орущей на мою секретаршу. Альбина тряслась в слезах, а Амелия явно кайфовала. Пришлось указать ей на ее место. Теперь сидит с поджатыми губами и, демонстрируя обиду, на меня даже не смотрит.

— Два кофе, Альбина.

Командировка в столицу прошла успешно. Пришлось поднимать на уши все связи. Спал по три часа в сутки, но уверенности, что все пройдет, как надо, все равно нет.

Емельянов старая акула, опытная, хитрая, опасная. И подвязок у него значительно больше, чем у меня.

После того, как все расходятся, в кабинете традиционно остаются Майер и Бронников. Что-то вроде летучки. Амелия отчитывается о проделанной работе, Женька, закинув ногу на ногу, терпеливо ждет. Нет-нет, да и бросает на нее хитрые взгляды.

— Сроки в заявке откорректировала? Все готово?

— Да, отправлю тебе на почту в течение дня.

— Хорошо, иди, работай.

Быстро глянув мне в глаза, разворачивается и, эффектно покачивая бедрами, идет к выходу.

— Сука, — усмехается Жека, — но сосет отменно.

— Фу, бл*дь, давай без подробностей, ладно?..

Тот, закинув голову, весело хохочет. А чего не веселиться?.. Он свободен, давая в рот первоклассной шлюхе, ничем не рискует. Это я облажался по-крупному, поэтому мне нихрена не весело.

Потом я вкратце рассказываю об итогах моей поездки.

— Если сейчас все выгорит, — говорю я, — через пару недель Майер ждет большой сюрприз.

— Сам справишься с тендером, без нее? — спрашивает Женька с сомнением.

— У меня есть выбор? Ты думаешь, она позволит нам его выиграть?

— Ну, если она хочет и дольше тебя доить, то позволит…

— Откуда ты знаешь, что на уме у этой бабы?

— Так-то да… она на тебя зуб точит… Ей отчаянно не везет с мужиками. Сначала Маркелов, потом ты…

— Похер, — хмыкаю я и, пока тянусь за кофе, замечаю, что на экране моего телефона всплывает уведомление о входящем сообщении.

Беру его в руку и чувствую, как в центр груди приходится удар.

Маша.

Сообщение мне отправила.

Даже в глазах на миг темнеет, и по ногам позорная слабость растекается.

— Жень… — показываю ему телефон, — важный звонок… прости…

Не хочу я при нем читать.

Он, понятливо кивнув, быстро выходит из кабинета, а я тут же жму на конвертик.

«Доброе утро. Не знаю, важно для тебя или нет, но я видела Майер в ресторане с Емельяновым»

Подрываюсь на ноги, начинаю кружить по кабинету. Жарко. Налив полный стакан воды, залпом его осушаю.

За ребрами бахает, отдаваясь в уши гулким шумом. Горло непривычно перехватывает.

Останавливаюсь у окна. Ослабляю галстук и дышу, дышу, дышу…

Перечитываю и прижимаю ко рту кулак.

Маша… девочка моя… не все потеряно, да? Тебе не все равно.

Прочесав пятерней гриву, набираю ее номер. Длинные гудки натягивают нервы. Сцепив зубы, каменею.

— Да? — наконец, слышу я.

Как глоток чистого воздуха.

— Маша… — и тишина. Она молчит, и я, как баран, тоже, — Маша, ты уверена?

— В чем? В том, что написала? Уверена.

— Это точно Емельянов был?

Вот честно, не так мне сейчас это важно, как то, что я говорю со своей женой. Голос ее слышу и осознаю, что ей не все равно.

— Точно. Его Сережа узнал.

— Сережа?.. — повторяю эхом, и вся эйфория вмиг смывается волной горечи, — в рестораны с ним ходишь?

— А вот это тебя не касается. До свидания…

— Маша, подожди! Не отключайся!..

— Что?..

— Когда это было?

— Три дня назад. В понедельник, — проговаривает ровным тоном.

— Где?

— В «Гринвиче».

Я помню, мы были там однажды. Маша любит морепродукты, ела мидии, устрицы, а я пил воду, да нетерпеливо поглядывал на часы.

Идиот.

— Маша… — и сказать больше нечего, и отпустить ее не могу, — я хочу встречи.

— Нет.

— Пожалуйста… мне есть, что тебе сказать, — продолжаю блеять.

— Говори.

— Не по телефону.

— Нет… все, Руслан, извини, но мне работать надо…

— Маша… — слышу в трубке вздох и буквально чувствую, как он приподнимает на моей коже волоски.

Не отключается. Молчит, но и трубку не кладет.

— Почему ты сообщила?

И снова тишина. Я затаиваю дыхание, вжимая телефон в ухо, отсчитываю собственный пульс. В глазах от напряжения белые круги расплываются.

— Маша…

— Я не знаю. Наверное, не следовало. Просто…

— Что?..

— Просто знаю, как твой бизнес важен для тебя.

Важен, да.

Важен?..

— Злорадствуешь? — спрашиваю тихо.

— Нет, Руслан. Мне все равно.

— Не все равно, милая… — мотаю головой, — Маша, давай встретимся.

— Нет. Пока, — и вызов обрывается.

Прижимаю телефон к груди, пытаясь унять бушующий там шторм. Выбило меня из колеи, всего одним разговором раскатало в мякиш.

Но ведь сообщила! Три дня думала, сомневалась, но сообщила!

Моя девочка! Моя!

Все испытания, что жизнь ей подкидывает, как орешки щелкает. Недооценил я, просчитался. Силы духа в ней не разглядел.

А сам, чмо последнее, при первой же возможности предал.

Вот так, Руслан Андреич, понял, да, что наделал? Она-то без тебя, как видишь, живет. А ты?..

Бл*дь.

Оперевшись локтем в оконную раму, упираюсь лбом в предплечье. Вспоминаю, что Сафрон докладывал об их обеде в ресторане, вроде деловая встреча там была. Я тогда особого значения не придал, а теперь думаю — а чего он ее с собой на встречи таскать стал? Зачем?..

Она ж не ассистенткой и не помощницей у него работает. Или уже… повысил?..

Зажмуриваюсь, чтобы отогнать порочную картинку. Его кабинет, он в кресле, и моя Маша на коленях…

Резко дернувшись, разворачиваюсь и одним махом сметаю все со стола. Ручки, карандаши вместе с подставкой рассыпаются по полу. За ними летит графин. Глухой удар, битое стекло.

— Альбина, пусть в кабинете уберут, — велю, проходя мимо ее стола в приемной.

— Хорошо, Руслан Андреевич, — шелестит, испуганно хлопая глазами.

А я иду в кабинет Майер. Толкнув дверь, встаю на пороге и подпираю плечом косяк.

— Руслан? — вскидывает удивленный взгляд.

Нацепив на нос очки без оправы, стучит ногтями по клавиатуре. Позитив и благодушие — от утренней обиды не осталось и следа.

— Я тебе только что отчеты отправила. Видел?

— Нет. Не видел, — отвечаю глухо.

Ступаю через порог и закрываю за собой дверь.