Достойная леди - Джорджет Хейер

Леди Уичвуд вздрогнула.

– О, мой бедный, дорогой сыночек! Он так храбро перенес все это, хотя он почти всю ночь проплакал от боли! Ничего не помогало, пока я не отважилась дать ему несколько капель опия, от чего он сразу же уснул, но, к сожалению, ненадолго, а больше я давать ему боялась, потому что я уверена, что поить детей опием весьма неразумно. А сегодня утром боль его усилилась настолько, что если бы сундуки уже не были упакованы, а лошади запряжены, то, я думаю, я пошла бы против желания Джорджа и все-таки отвезла бедного малыша к Меллингу!

Мисс Уичвуд бросила насмешливый взгляд на брата. Он был явно смущен, но храбро выдержал ее взгляд и сказал жене с укоризной:

– Не забывай, любовь моя, что это именно ты настояла на том, чтобы отвезти Тома к Уэсткотту!

– О, я уверена, что вы были правы, дорогая леди Уичвуд! – воскликнула мисс Фарлоу, и впервые в жизни ее вмешательство в разговор было воспринято всеми с облегчением. – Мой дорогой отец всегда говорил, что в таких случаях экономия на врачах оборачивается своей противоположностью! Я уверена, что этот Меллинг, о котором вы говорите, наверняка испортил бы все, но Уэсткотт, как только ему удалось уговорить Тома открыть рот, выдернул этот злосчастный зуб в мгновение ока!

– Что ж, это во всяком случае хорошая новость! – сказала мисс Уичвуд. – Я так понимаю, что сейчас у него ничего не болит, потому что я, войдя в дом, никаких криков не услышала.

– Он уснул, – сказала леди Уичвуд, понизив голос, словно боялась разбудить сына, который спал в своей кроватке тремя этажами выше. Затем она взглянула со слабой улыбкой на мисс Фарлоу и произнесла: – Кузина Мария пела ему колыбельные, пока он не задремал. Не знаю даже как отблагодарить ее за все, что она сделала для нас сегодня утром! Она даже пошла с нами к Уэсткотту и чрезвычайно поддержала меня в этом испытании. У нее даже хватило сил на то, чтобы держать руки Тома в роковой момент, чего я совершенно не могла заставить себя сделать!

– Но где же в роковой момент был Джоффри? – спросила Эннис с недоумением.

Леди Уичвуд принялась объяснить, что Джоффри, увы, не мог пойти с ними к дантисту, потому что у него была деловая встреча в городе, но тут в разговор вмешался Джоффри, хорошо понимая, что его любимую сестру не обведешь вокруг пальца.

– Эннис не проведешь, моя дорогая! – сказал он, смеясь. – Она слишком умна! Что ж, ты права, Эннис, и я признаюсь, что просто отказался туда идти, когда увидел, до какого состояния довел себя Том и как он брыкается и кричит, что не даст вырвать себе зуб. Что я мог сделать в такой ситуации?

– Выпороть! – ответила Эннис.

Он усмехнулся и признал, что у него и самого было сильнейшее желание так поступить, но Амабел, которую ужаснула сама мысль об этом, тут же запротестовала, а мисс Фарлоу заявила, что он конечно же шутит и что это было бы верхом жестокости – выпороть бедного маленького Тома, когда он просто был вне себя от боли.

После этого Эннис встала, сказав, что ей нужно переодеться, и посоветовала Амабел прилечь на часок-другой, чтобы прийти в себя после стольких бессонных ночей. Выходя из комнаты, она услышала, как мисс Фарлоу, горячо поддерживая это предложение, заверяла дорогую леди Уичвуд, что ей не стоит теперь беспокоиться о бедном маленьком Томе, и сообщила, что грелку ей в постель уже положили.

– Я велела сделать это еще перед тем, как мы отправились к Уэсткотту, зная, что вы будете совершенно измучены после всех тех испытаний, через которые вам пришлось пройти! – сообщила верная Мария.

Сэр Джоффри, который вышел из комнаты вслед за сестрой, догнал ее у лестницы.

– Подожди минутку, Эннис! – сказал он. – Я хочу кое о чем с тобой посоветоваться! Эти новые парные бани, о которых я так много слышал: ты согласна со мной, что они могут принести большую пользу Амабел? Меня беспокоит состояние ее здоровья – и беспокоит очень сильно! Она настаивает на том, что с ней все в порядке, но ты уже, наверное, заметила, как она осунулась! Я думаю, что она так и не оправилась полностью после родов, а тут еще этот абсцесс у Тома! Ты сделаешь мне большое одолжение, если уговоришь ее принять курс этих бань, которые, как мне говорили, творят в подобных случаях чудеса.

Она посмотрела на него долгим взглядом, и в ее глазах засветилась встревожившая его улыбка. Он совсем было растерялся, но она сказала только:

– Мне жаль, что это вызывает у тебя такое беспокойство. Она конечно же устала и выглядит взвинченной, но этого следовало ожидать после стольких бессонных ночей, не так ли? Когда я была у вас, она показалась мне совершенно здоровой!

– Ах, но ведь она никогда не жалуется на плохое самочувствие, и, позволю себе заметить, скорее улеглась бы в могилу, чем призналась в своем нездоровье в то время, когда ты гостила у нас!

– Не сомневаюсь в этом, – ответила мисс Уичвуд. – Я слышала, конечно, об этих новых банях на Эбби-стрит, но я ничего о них не знаю, если не считать того, что ими управляет доктор Уилкинсон. И я никак не могу предположить, дорогой братец, что Амабел поддастся на мои уговоры, если даже ты не смог убедить ее принять курс этих бань.

– О, я думаю, что это вполне вероятно! – ответил он. – Она очень высоко ценит твое мнение, поверь мне! Ты имеешь на нее большое влияние.

– Разве? Что ж, в таком случае я считаю совершенно неприличным использовать свое влияние в вопросе, который должна решать сама Амабел. Но можешь не волноваться! Амабел может оставаться у меня так долго, как сама того захочет.

– Я знал, что могу на тебя положиться! – радостно воскликнул сэр Джоффри. – Ты торопишься переодеться, и поэтому я не стану тебя больше задерживать! Я и сам должен спешить с отъездом, поэтому я прощаюсь с тобой прямо сейчас. Надеюсь, я смогу приехать через день-два, чтобы посмотреть, как идут дела со здоровьем Амабел, но я знаю, что могу быть спокоен, ты позаботишься о ней!

– Но ведь ты привез ее сюда для того, чтобы она позаботилась обо мне?

Он счел разумным оставить ее реплику без ответа и принялся спускаться по ступенькам, но на середине лестницы вспомнил и заметил:

– Кстати, Эннис! Ты просила привезти еще и горничную для детской, ведь так? У меня уже не было времени сообщить об этом Амабел, поэтому я договорился о найме подходящей девушки, которая могла бы выполнять эти обязанности.

– Не стоило тебе самому беспокоиться об этом, – ответила Эннис, тронутая словами брата.

– Никакого беспокойства. Я бы ни в коем случае не хотел нагружать дополнительной работой твоих слуг, – галантно ответил он. – Мария пообещала мне сегодня же пойти в бюро по найму и заняться этим делом.

Он помахал ей рукой и направился вниз с легким сердцем, чувствуя, что он сделал все возможное.

К тому времени, как мисс Уичвуд снова спустилась в гостиную, брат уже уехал, а леди Уичвуд, как сообщила ей громким шепотом Мария, отдыхала с грелкой у ног в своей комнате, где были задернуты шторы. Мисс Фарлоу, без сомнения, продолжила бы описание всего, что она сделала по устройству гостьи, если бы мисс Уичвуд не остановила ее. Пожаловал с визитом лорд Бекнем, который хотел поблагодарить ее за вчерашний прием. Лорд Бекнем поцеловал Эннис руку и сообщил ей, что сначала он намеревался оставить карточку, но, услышав от Лимбери, что хозяйка дома, решился зайти, чтобы взглянуть на нее одним глазком.