Эфириус. Восхождение - Анастасия Княжева

– Разумеется, господин Шульте.

Я нехотя поднималась на второй этаж по лазурным ступенькам под ручку с Йеном. Похоже, именно ради встречи с этой компанией он и пришёл в «Лагуну».

– Господа, добрый вечер, – поздоровался Йен. – Надеюсь, я не сильно опоздал? Лана, красавица, ну у тебя и методы… Хотя я рад твоему вмешательству. Госпожа Грант просто неуловима.

– Не больше, чем те бандиты, что вломились к Эль Горасу, – весело отозвалась она, и я напряглась – знает или выстрел вслепую, а господин Черлиин помрачнел. – О, дорогой, не расстраивайся, твои стражи их обязательно поймают. Кара, проходи, не бойся: тебя никто не собирается арестовывать! По крайней мере сегодня. – Точно знает. – С Шоном вы хорошо знакомы…

– Здравствуй, Карина, – хмуро произнёс он, даже не встав со своего кресла. – Замечательно выглядишь…

Острый взгляд голубых глаз заскользил по моему лицу. Я запоздало кивнула и отвернулась.

– Боже мой, Шон! Ты вогнал госпожу Грант в краску! Кара, не тушуйся! Давай я тебя представлю остальным. Знакомься, это Морена Карлхельц, страстная любительница искусств и не только… – добавила она с издевательскими интонациями в голосе, метнув в сторону Шона многозначительный взгляд.

– Рада знакомству, – улыбнулась Морена, рассматривая меня с интересом. – Кажется, вы не так давно вернулись в Либрум? – Я кивнула. – Но в светском обществе вас нелегко увидеть…

– Морена, дорогая, поверь мне, госпожа Грант, ведёт настолько насыщенную жизнь, особенно ночную, что ей не до посещения пышных приёмов. – Клянусь, госпожа Карлхельц подумала об азартных играх, а довольная собой Лана продолжила представления. – Усатый сатир в углу – Теренс Вочковски, нефтяной магнат, наверняка ты о нём слышала.

Пухлый розовощёкий мужчина в синем костюме добродушно расхохотался.

– Уж не та ли это Кара Грант, которая занимается разведением лошадей? – спросил он, протягивая мне руку. – Я обожаю лошадей. Это моя страсть!..

– Теренс, глупыш, ты опять всё напутал! – со смешком оборвала его Лана. – Лошадьми занимается Кэйра, а это «та самая Кара Грант»! Как ты мог её не узнать? Это же наш новый Кристофер Нолланд! Разумеется, со слов самой госпожи Грант и кучки пиарщиков во главе с Маркусом Карелтоном, но чем чёрт не шутит.

Очень смешно.

– Маркус Карелтон своё дело знает, – серьёзно сказал мужчина в сером костюме и представился: – Дик Чейз, владелец журнала «Новости Либрума». Приятно познакомиться, госпожа Грант. Мой главный редактор как раз готовит статью о вашем зеркальном пространстве.

– М-м-м… рада знакомству, – кивнула я, стараясь не смотреть на Шона, который с царственным видом сидел в своём кресле.

Неожиданно встретилась взглядом с господином Черлиином.

– Здравствуйте, Кара. Вы так изменились… – с изумлением произнёс он, разглядывая мои заострённые ключицы и впалые щёки. – Мне жаль, что так вышло с… с вашим арестом. – Он резко встал и пожал мою руку, стараясь не смотреть мне в глаза. – Хорошо, что вы снова в строю.

Лана прищурилась, наблюдая за нами, сделала глоток вина.

– Спасибо, – пробормотала я, понятия не имея, как вести себя в этой неловкой ситуации. А ведь господин Черлиин, судя по его реакции, точно знал, что происходит с творцами-должниками и тем не менее ухлёстывал за Ланой.

– Ещё бы тебе было не жаль, милый! – фыркнула она. – Это ведь твои стражи арестовали Кару и отправили не пойми куда…

– Что за арест? – шепотом спросил Йен, помогая мне сесть.

– Долгая история.

– …Кара за пару недель сбросила килограммов десять, не меньше, причём, они не возвращаются, зато мышцы окрепли. А какие рефлексы!

Она без предупреждения метнула в меня фантазийный клинок, но я чудом сумела выставить щит и его отбить. Повисла гнетущая тишина, в которой хриплый голос Шона прозвучал набатом:

– Давай без зверств, дорогуша.

– Как скажешь, – ослепительно улыбнулась Лана, и Шон сделал глоток из бокала, – но вы сами всё видели. Интересно, что за диета приводит к таким трансформациям, а Джози? – она продолжила гнуть своё. Вроде бы и небрежно, но мне показалось, что Лана очень тщательно подбирала слова. – Я бы тоже не отказалась на ней посидеть…

Теперь уже господин Черлиин глотнул виски.

– Куда тебе худеть, моя милая? – Он положил ладонь на обнажённое бедро своей спутницы и ласково погладил его. – Ты и так тоненькая, как тростинка.

В голубых глазах Ланы полыхнуло бешенство.

– Джози, милый, женщины постоянно стремятся к самосовершенствованию, – очень ласково сказала она, а затем резким движением ноги сбросила его руку. – Может, поделишься секретом своей стройной фигуры, а, Кара?

Господин Черлиин напрягся, в его мимике, адресованной мне, сквозила угроза. Стало ясно, что если я сообщу что-то лишнее, то об этом будет немедленно доложено Штольцбергу. А он мигом придумает, как заставить меня замолчать.

– Физические упражнения на свежем воздухе творят чудеса, – мрачно ответила я, ощущая, как в груди разрастается страх, и открыла меню. – Почаще бегайте по утрам, Лана.

Господин Черлиин расслабленно выдохнул, а его спутница вскинула подбородок повыше, недобро прищурилась. Я же уставилась на глянцевые страницы, но названия блюд расплывались, а в горле стоял ком. И я себя мысленно проклинала за то, что решила отправиться в этот ресторан.

Украдкой посмотрела на Шона. Он курил фантазийную сигару, медленно, с затяжкой, глядя в упор на меня.

– Что будешь, Кара? – услышала я голос Йена.

Надо же, не заметила, как подошёл официант.

– М-м-м… Стакан минеральной воды, пожалуйста.

– Что-то ещё?

Я отрицательно мотнула головой.

– Госпожа Грант будет салат «Venice», фаршированного омара, а на десерт – мороженое с золотой пыльцой, – произнёс Шон, выдохнув колечко дыма. – Насколько мне известно, в ближайшее время Маркус Карелтон не планирует проводить новые фотосессии, а значит, нет смысла так строго следить за фигурой. Хотя что мы, мужчины, в этом можем понимать, да, Джозеф? Нам просто важно знать, что любимые женщины хорошо себя чувствуют и ни в чём не нуждаются.

Морена недовольно поджала губы, заёрзала в кресле.

– Всё верно, Шон, – усмехнулся господин Черлиин. – Ты, как обычно, сумел подобрать правильные слова.

Я стиснула пальцы в кулаки, метнула в Шона полный ненависти взгляд. Значит, в Пантеоне ему и дела до меня нет – пускай хоть убьют, а здесь, перед элитой Либрума, он изображает трогательную заботу. А учитывая то, что Шон не верил в любовь, то от масштабов его лицемерия меня затрясло.

– Ах, какой взгляд! – с алчным восторгом и нетерпением выпалила Лана, наклонившись к столу. – Йен, скорее убери от госпожи Грант все острые предметы! Я так и вижу, как она вонзает вилку в глаз Шона…