Больше, чем друзья - Джиллиан Куинн

Я глажу большим пальцем ее подбородок, и она прижимается лицом к моей руке.

— Ты мать моего ребенка, Котенок. Никто не может отнять это у тебя. Но если ты хочешь от меня большего, мне нужно время.

Она выпускает воздух из легких, который она задерживала:

— Может быть, мне стоит вернуться в Чикаго после рождения Ноя.

Я убираю руку с ее лица, мои зубы сжаты от гнева:

— Даже не думай об этом. Вы двое останетесь здесь, со мной. Если хочешь вернуться домой на лето, я поеду с тобой. А до тех пор мы будем жить в этой квартире всей семьей.

— Никогда не думала, что ты можешь быть таким холодным, — выплевывает она в ответ.

— А я никогда не думал, что ты будешь мне лгать. Считай, что мы квиты.

— Ненавижу тебя, — кричит она, шлепая меня по руке. — Ты сейчас такой мудак.

Я хватаю ее за руку, прежде чем она успевает снова ударить меня, и удерживаю ее на месте:

— Как бы сильно тебе ни хотелось ненавидеть меня, я знаю, что ты любишь меня. Это говорят твои гормоны.

Она качает головой, хмурясь:

— Нет, я больше не могу. Я думала, что переезжаю сюда, чтобы дать нашему сыну лучшую жизнь. Какая же у него будет жизнь, если все, что делают его родители — это ссорятся? Весь этот негатив вреден для Ноя.

— Послушай, Котенок, мне жаль. Я пытаюсь поступить правильно по отношению к тебе и Ною. Я хочу, чтобы у нас все получилось.

— Тогда почему ты не прикасаешься ко мне?

— Я прикасаюсь к тебе прямо сейчас.

— Ты знаешь, что я имею в виду. Секс, Дин, я хочу заняться с тобой сексом. Я так чертовски возбуждена, а ты продолжаешь все время разгуливать по квартире голышом.

Я приподнимаю брови, глядя на нее:

— Я думал, тебе нравится Плохиш Дин.

Она смеется, и ее улыбка отражается в ярко-голубых глазах:

— Только когда я могу с ним порезвиться.

— Это то, чего ты хочешь? — я отпускаю ее руки, чтобы взяться за свой ремень. — Трах из ненависти.

— Ты не ненавидишь меня, — воркует она, не давая мне снять ремень.

— Может, и нет, но я все еще зол. И я не хочу причинять Ною боль.

— Ты не можешь причинить ему боль, идиот, — она закатывает глаза, глядя на меня.

— Неважно. Подожди, пока Ной не родится, и тогда мы посмотрим, как пойдут дела. Хорошо?

Кэт дергает за пряжку и расстегивает верхнюю пуговицу на моих джинсах:

— Позволь мне позаботиться о тебе, Дин. Это не обязательно должно быть так. Я могу заставить тебя почувствовать себя лучше.

— Не надо, — я накрываю ее руку своей.

— Почему нет? Когда у тебя в последний раз был секс?

— С тобой. Тем летом в твоем доме.

Она прищуривает глаза, глядя на меня:

— В самом деле? Ты ни с кем больше не спал?

— Почему тебя это удивляет? Если кто-то и должен знать, что я не такой подонок, каким все меня считают, то это ты. Разве не поэтому ты вообще хотела, чтобы я трахнул тебя без презерватива?

— Ты не должен быть таким грубым.

— Но это то, что мы сделали, — я наклоняюсь, чтобы коснуться губами мочки ее уха. — Ты хотела, чтобы я трахнул твою тугую киску. Хотела, чтобы я знал, как это хорошо — чувствовать тебя, чтобы я влюбился в тебя. Разве не это было частью твоего плана, Котенок?

— Дин, — шепчет она, закрывая глаза. — Пожалуйста. Перестань меня мучить.

Я прижимаюсь губами к ее шее и покрываю поцелуями ее кожу. Она замирает у меня между ног, делая глубокие вдохи, которые переходят в тихие стоны.

— Хочешь, чтобы я заставил тебя кончить, Котенок? Хочешь, чтобы я просунул руку тебе между ног и пальцами снял все напряжение с твоего тела?

— Да, — шипит она.

Я откидываюсь назад и кладу руки на бедра:

— Ну, мы не всегда можем получить то, чего хотим.

— Ты мудак, — кричит она. — Прекрати так со мной поступать.

— Ну вот, ты снова оскверняешь нашего сына своим грязным ртом, — я улыбаюсь Кэт, просто чтобы подразнить ее. Мы так часто играем в эту игру, что я не могу остановиться. Она выносила мне мозг несколько месяцев. Может быть, я веду себя как незрелый мудак, поступая с ней так же, но часть меня чувствует, что она заслуживает моей враждебности.

Нашему сыну нужен отец. Это не дает Кэт права вступать со мной в сексуальные отношения. Однажды я сдамся, потому что я тоже хочу ее. Но я должен справиться со своим гневом, прежде чем смогу простить ее. Я это сделаю. Я никогда не мог долго злиться на Кэт.

— У тебя хватает наглости так ругаться в его присутствии, — она поворачивается ко мне спиной и наклоняется, чтобы залезть в холодильник.

Я наклоняюсь вперед, чтобы шлепнуть ее по упругой попке.

Она подпрыгивает, а затем оборачивается с двумя бутылками воды в руках:

— Ты не можешь трогать мою задницу, если не собираешься покувыркаться со мной.

Я соскальзываю со стойки, беру бутылки из ее рук и ставлю их позади себя.

— У меня тоже был от тебя секрет, — признаюсь я.

— Серьезно? Что же случилось с тем, чтобы признаваться друг другу во всем?

— Это не такой секрет, который ты скрывала от меня, — обхватив ее лицо ладонями, я смотрю ей в глаза. — Я думал о том, чтобы заняться с тобой сексом, поверь мне, думал. Но я не смогу довести это до конца.

Она бросает на меня страдальческий взгляд:

— Потому что я тебя больше не привлекаю?

— Нет, ничего подобного. Ты прекрасна. Мне нравится видеть тебя беременной и с моим ребенком внутри тебя. То, что я чувствую к тебе, никогда не изменится. Влечение никогда не было для меня проблемой.

— Перестань быть таким загадочным, Дин. Почему ты мучаешь меня?

— Потому что теперь я думаю о тебе по-другому.

Она опускает голову и вздыхает.

— Но это не то, о чем ты думаешь. Каждый раз, когда я думаю о том, чтобы оказаться внутри тебя, я не могу не думать о Ное.

Кэт смотрит на меня в замешательстве.

— В твоих словах нет никакого смысла.

— Ладно, не смейся надо мной, но я чувствую, что он наблюдает за нами.

Она смеется:

— Теперь я знаю, что ты сумасшедший.

— Я не так выразился. Что