Порочный учитель - Бьянка Коул

Ее глаза расширяются, и она медленно приближается к двери, страх искрится в ее радужках.

— Что ты планируешь с этим делать?

— Иди сюда, — приказываю я.

Она колеблется, но, в конце концов, подчиняется моему требованию. Ее шаги медленны, когда она приближается.

Как только она оказывается в метре от меня, я говорю:

— Повернись.

Она поворачивается, так что я оказываюсь лицом к её спине.

— Положи шарик в рот, — говорю, передавая его ей.

Она делает это, и тогда я застегиваю ремешок на её затылке.

— Если для тебя это станет слишком, щелкни пальцами. Это будет нашим безопасным действием.

Ева вздрагивает, когда я встаю перед ней, кладя руку ей на плечо.

— Наклонись над столом, — приказываю я.

Она делает, как я говорю, наклоняясь прямо над ним, так что ее юбка задирается до середины задницы. Мой член подпрыгивает в штанах при виде ее мокрой и готовой для меня, без трусиков.

— Если бы я не знал тебя лучше, я бы сказал, что ты это спланировала, — бормочу, дотягиваясь до юбки и поднимая ее до бедер. Я шлепаю ее по правой ягодице, затем по левой. — Ты думала о моем члене, малышка?

Она стонет сквозь кляп, нетерпеливо кивая в ответ.

Я расстегиваю молнию на брюках, зная, что, несмотря на то, что этот класс на некоторое время свободен, чем быстрее мы выберемся отсюда, тем безопаснее. Мой член протекает повсюду, когда я освобождаю его из трусов и располагаю головку на уровне ее мокрого входа. Я хватаю ее за бедро одной рукой, а другой обхватываю свой член, когда толкаюсь вперед, погружая в неё каждый сантиметр до упора.

Ева кричит из-за кляпа, но он достаточно приглушает звук.

Она лишает меня всякого контроля над своими действиями или чувствами, пока я трахаю ее на своем столе, мои бедра двигаются сильно и быстро, когда я безжалостно беру Еву.

Я хватаю ее за бедра и притягиваю к себе, жестко и быстро трахая ее через мой стол, как монстр, которым я действительно являюсь. Звук соприкосновения нашей кожи — единственный звук, наряду с приглушенными стонами Евы и моими сдавленными стонами удовольствия.

Было бы невозможно перепутать звуки, доносящиеся из этой комнаты, если бы кто-нибудь стоял снаружи. Но в тот момент мне насрать. Все, что меня волнует, — это заявить права на женщину, распростертую на моем столе и хватающуюся за край, пока я безжалостно вгоняю себя в неё.

Я наклоняюсь к её спине и дразню губами раковину её уха. — Ты такая хорошая девочка, так чертовски хорошо принимаешь меня, — бормочу, прикусывая чувствительную плоть. — Я хочу почувствовать, как твоя пизда кончает на мой член, Ева. Прямо здесь, посреди класса.

Ева стонет сквозь кляп, сводя меня с ума.

Я внезапно останавливаюсь, выходя из нее.

Она протестующе скулит, но я переворачиваю ее на спину и проскальзываю обратно.

Ее глаза закатываются, когда я трахаю ее с большей силой и скоростью, приближаясь прямо к краю.

Я обхватываю рукой ее горло и сжимаю, заставляя ее глаза расшириться, когда я останавливаю поток воздуха.

Поначалу она напряжена, но напряжение спадает, когда я встречаюсь с ней взглядом. Она смотрит на меня с чистым, незапятнанным доверием, позволяя мне доминировать над ее телом, полностью владеть им.

Мой член набухает внутри нее по мере того, как я приближаюсь к разрядке, но я не могу отпустить себя, пока она не достигнет кульминации.

— Мне нужно, чтобы ты кончила на мой член, малышка, — бормочу я, мой голос едва громче шепота, но то, как выгибается ее спина, говорит мне, что она услышала меня.

Приглушенные звуки освобождения доносятся из-за кляпа, когда она кончает. Мои пальцы сжимаются вокруг ее горла, и я вхожу в нее еще дважды, прежде чем взорваться глубоко внутри нее.

Я рычу в свой свободный кулак, зная, что мы не можем быть слишком громкими. Как только израсходую каждую каплю семени внутри Евы, я отпускаю ее горло. Мой член дергается при виде фиолетового кровоподтека, уже виднеющегося там, где были мои пальцы.

Я хватаю Еву за руку и поднимаю со стола, притягивая к своей груди.

— Ты в порядке? — Спрашиваю, вытаскивая кляп у нее изо рта.

Ева прислоняется ко мне, едва держась на ногах.

— Думаю, да, — говорит она, качая головой. — Это было…

— Напряженно? — Предлагаю я.

Она кивает, с обожанием глядя на меня.

Я целую ее, исследуя каждый дюйм ее рта, как будто у нас есть все время в мире.

Ева стонет мне в рот, цепляясь за меня, когда выпрямляется и ищет трения о мой набухающий член.

— Черт, — выдыхает она, когда мы расходимся. — Я думаю, мне нужно больше.

Я ухмыляюсь.

— Ты идеальна, Ева.

Звенит звонок, сигнализируя о том, что мы только что провели целый урок, трахаясь и целуясь в кабинете. Мое сердце колотится, когда я понимаю, что следующий класс выстроится снаружи через несколько минут, и я засовываю свой полутвердый член обратно в штаны.

— Тебе лучше идти. У меня здесь урок для семиклассников.

Глаза Евы расширяются, и она кивает.

— Да, сэр. Увидимся.

Я смотрю, как она подходит к двери, щелкает замком и смело выходит из кабинета. Ничуть не смущаясь того, что мы только что трахались на территории школы, как пара помешанных на сексе животных. Наблюдая за ней, я понимаю, насколько я по-королевски облажался.

Глава 22

Ева

— Я слышала, Элиас ведет тебя на Зимний бал? — спрашивает Адрианна, не сводя глаз с Натальи.

Ее щеки вспыхивают, когда она кивает.

— Да, не уверена, что у меня есть выбор.

— Мудак, — бормочу я, свирепо глядя на самоуверенного, татуированного ублюдка, который не сводит глаз с нашего стола.

— Почему ты позволяешь ему помыкать тобой? — Я спрашиваю.

Наталья только пожимает плечами.

— С кем ты идешь, Ева? — Спрашивает Камилла.

Я качаю головой.

— Ни с кем. Меня не волнует наличие пары.

У меня сводит живот при мысли о посещении Зимнего бала, когда все, о чем я могу думать, — это мужчина, который руководит этой школой. Мужчина, который трахнул меня в классе три дня назад. Это было так рискованно, особенно после того, как мне пришлось врать сквозь зубы своим друзьям о том, куда я исчезла во время нашей ночной прогулки. Они сходили с ума от беспокойства, а я трахалась с директором.

— Ты? — спрашиваю её.

Камилла качает головой.

— Алек пригласил меня как друга, поэтому я согласилась.

Алек — один из немногих порядочных парней, которых я здесь встретила. Он из Индианы, и его семья