С изюминкой - Стейси Харт

Я потер лицо и потянулся к выключателю, включив свет, прежде чем прошёл в гостиную.

Патрик посмотрел на меня тёмными глазами.

— Что случилось?

— Не знаю. — Я повернулся, снова обошёл комнату и провёл пальцами по волосам.

— Это плохо?

Я ослабил галстук.

— Да. Что бы это ни было, это определённо плохо.

Он скрестил руки на груди, пока я размышлял, с чего начать. Затем повернулся и еще раз обошёл комнату.

— Итак, — подсказал он, — ты пошёл к Лили, чтобы забрать её, а потом…

— … А потом мы уехали. И ничего не изменилось, но всё было по-другому. Она… Я…

Патрик казался удивлённым и при этом над чем-то потешался.

— Ты потерял дар речи.

Я покачал головой и сел на диван, положив локти на колени, запустив пальцы в волосы и уставившись на свои оксфорды. Был только один способ объяснить это.

— Кажется, я влюблён в неё.

Он кивнул и просто сказал:

— Я тоже так думаю.

Я посмотрел на него в замешательстве.

— Почему ты не выглядишь удивлённым?

— Потому что я знаю это уже много лет. Ты действительно только сейчас это понял? Я, честно говоря, думал, что ты знаешь.

Я сжал переносицу и крепко зажмурился.

— Нет. Я не знал.

— Тебе нужно выпить. — Он встал с дивана и направился на кухню, пока я пытался восстановить самообладание. Патрик вернулся с бутылкой бурбона и двумя стаканами, поставил их на кофейный столик и налил каждому из нас.

Я любезно взял у него стакан и прикончил его.

— Какого хрена, Трики. — Я зажал пустой стакан между коленями. — Какого хрена.

— Ты сказал ей об этом?

— Я не могу, пока не разберусь в этом сам.

Он пожал плечами и откинулся на спинку дивана.

— Мне кажется, это довольно просто.

Я посмотрел на него, раздражённый тем, что он свёл мой кризис до минимума.

— Говорит парень, влюблённый в Рози.

Его брови нахмурились.

— Эй, чувак. Нечестно.

Я вздохнул.

— Всё не так просто. Ты знаешь это лучше, чем кто-либо другой.

— И да, и нет. Ты видишь себя рядом с ней? Ты хочешь быть с ней?

Я представил себе, каково это — быть с ней. Представил её, свернувшуюся калачиком у меня на коленях, с моими губами на её губах. Увидел её лицо, украшенное улыбкой, полной любви, длинное тело, вытянувшееся в моей постели в сумраке ночи. Я думал, что моё сердце вот-вот взорвется.

— Да, — ответил я грубым голосом.

— Тогда ты должен сказать ей.

Я фыркнул, пожалев, что не мог этого сделать.

— Без плана не могу. Не имеет значения, что я хочу постучать в её дверь прямо сейчас и всё рассказать. — Я провёл руками по лицу. — Скажи мне не делать этого, Трики.

Патрик наклонился вперед, положив локти на колени.

— Просто иди и скажи ей. Не совершай ошибку, которую совершил я, не признавшись в этом.

— Но именно потому, что случилось с тобой и Роуз, я не хочу просто идти туда. Я должен быть осторожен и сделать всё правильно. Сейчас неподходящее время, Патрик. Действительно неподходящее.

Он налил нам ещё по стаканчику, обдумав это.

— Я думаю, Лили с кем-то встречается. Так она действительно настолько увлечена Блейном?

Его имя словно ударило меня бейсбольной битой по лицу. Я совсем забыл о нём на минуту, забыл, что должен был провести целую ночь с ним и Лили.

— Чёрт возьми, чувак. Я не знаю. Она сама этого хочет. Завтра она даёт ему последний шанс.

— Послушай, ты должен сказать ей, в конце концов. Мы договорились?

Я не мог вечно держать это в себе. Поэтому кивнул.

— Как думаешь, ты сможешь подождать до послезавтрашнего вечера?

Я поднес свой напиток к губам.

— Если потребуется. — Я прикончил его и снова поставил стакан на стол.

Он потёр рукой подбородок.

— Не знаю. Может быть, тебе стоит поговорить с Роуз. Она знает, как справиться с этим лучше, чем кто-либо другой.

Я вздохнул, покачав головой и не сводя глаз с пустого стакана.

— Как это произошло? Когда это случилось?

— Это происходит уже много лет, Уэст.

— Я ничего не знал. Всё это время я ничего не знал. Не думал, что смогу быть с ней, а теперь даже не знаю, хочет ли она меня. Но я хочу её, Патрик. Сейчас, я скажу тебе один факт. Я хочу её больше, чем когда-либо хотел. — Это было то осознание, которое я понял, тонкая струйка пота, как ведро ледяной воды, потекла по моей спине. — Как я могу держаться всю ночь, зная, что она с кем-то другим? Как я могу скрывать это от неё?

— Может быть, тебе стоит остаться дома.

Я нахмурил брови.

— И оставить Мэгги и Лили одних разбираться с кучей пьяных придурков? Ни за что.

Он пожал плечами.

— Тогда тебе придется смириться с этим. Выиграть себе немного времени, чтобы сделать это правильно. У тебя есть только один реальный шанс сделать это. Не облажайся.

Не облажайся. Никто не давит.

— Может быть, мне просто не стоит никогда ей об этом говорить. — Я понял, что это была пустая угроза, как только произнёс эти слова.

Он бросил на меня многозначительный взгляд.

— Ты действительно думаешь, что сможешь вечно держать рот на замке? Потому что это не так просто, как кажется.

Я снова вздохнул.

Патрик наклонился вперед.

— Послушай. Мы с Купером будем отвлекать тебя от мыслей о Лили завтра вечером, пока нас не будет дома. Ты сможешь пойти туда, чтобы проверить всё, не имея дело с ним в одиночку. Мы прикроем тебя. А завтра утром поговори с Роуз. Она знает, что делать. Если у тебя получится застать её раньше, то будет достаточно времени, чтобы увидеться с Лили, прежде чем она уедет на весь день.

Патрик налил мне ещё бурбона, когда я потирал лицо. Я откинулся на спинку дивана и отхлебнул, почувствовав, что постарел на десять лет.

— А пока я подожду.

Он кивнул.

— Жди.

— И я должен рассказать ей.

— Ты сделаешь это. Но не сейчас.

— Я не могу не сказать ей. — Я уставился на пятно на стене.

— Нет.

— И, возможно, она возненавидит меня за это.

— Да.

Я взглянул на него.

— Как ты справляешься с Роузи всё это время?

Он тяжело вздохнул.

— Она знает, что я чувствую. У меня нет выбора. Я всё испортил, и это мое наказание. Тут нечего обсуждать, и ничего нельзя изменить.

— Но вы всё ещё друзья. Так что у нас с Лили есть надежда.

— Всегда есть надежда. Это то,