Флакон смерти №5 - Антон Валерьевич Леонтьев

– Давай отложим подробный разговор до других времен. Они за мной приехали, чтобы отвезти к своему боссу, и сидят у меня в квартире.

– Кто «они»? – поинтересовался Павлик, и Зоя, теряя терпение, крикнула:

– Ну, какие-то местные «шестерки», у которых имеется свой важный босс. Мафия, я же сказала, или что-то подобное!

Побледнев, Павлик прошептал:

– Рыбка моя, ты уверена, что мафия?

– Не уверена, однако это явно не преподаватели начальной школы у меня на диване с ногами сидят и пивасика требуют. Это, как принято сейчас говорить, личности с авторитетом.

Вскочив и едва не опрокинув свою чашку с чаем, молодой человек заявил:

– Рыбка моя, во что ты меня втягиваешь! Нам только неприятностей с местными «братками» не хватало!

Это она его втягивает? Ну да, если подумать, то, вероятно, так и есть. Но к кому она еще могла обратиться?

– Так ты мне поможешь или нет? Ты же мой жених, в конце концов!

Ну да, жених, которому она намеревалась дать отставку. Пусть это будет и нечестно, но пока что о разрыве вести речи не следовало.

Чувствуя, что на глаза навернулись слезы, Зоя старалась не смотреть на Павлика. Тот же, перестав бегать и немного успокоившись, заявил:

– Ну хорошо, я, рыбка моя, конечно же, помогу, чем могу. Однако ты явно переоцениваешь мои силы.

Взглянув на него с благодарностью, Зоя пробормотала:

– Спасибо тебе большое!

Павлик с кем-то долго говорил по телефону, потом в квартиру заявилась его величественная маман, а затем и отец-профессор. Зоя к тому времени, находясь в одной из гостевых комнат на втором этаже, прилегла отдохнуть, потому что ощущала себя полностью разбитой, и проснулась уже вечером. Услышав приглушенные голоса, она вышла из комнаты и, подойдя к лестнице, которая вела вниз, разобрала:

– Сынок, это все очень серьезно! Я тут через свои контакты узнала, что ее разыскивает очень важный человек в нашем городе. Такой, с которым лучше не шутить!

Зоя вцепилась в перила. Вот, этот ее дар, который она получила, потеряв любимого. О, если бы она могла отказаться от этого дара и получить взамен Антона!

Увы, это было невозможно.

– Но, мамочка, что делать? – вещал плаксиво Павлик. – Мы ведь собирались пожениться!

Да, в самом деле, что делать?

В разговор вступил отец:

– Ну, я Игоря Борисовича очень уважал, однако что-то в их семье есть такое… Он вот с собой покончил, дочка у него тоже какая-то взбалмошная. Тем более ее разыскивает местная мафия. Сын, ты точно уверен, что она тебе подходящая пара?

Зоя замерла, желая услышать ответ Павлика, и наконец раздался его голос:

– Ну, я не совсем уже уверен…

Девушка горько усмехнулась. Как же быстро Павлик ее сдал – едва у нее возникли неприятности, так он тут же решил ее бросить!

Не подозревая, что она приняла решение расстаться с ним раньше, но теперь это уже значения не имело.

– Где она? Наверху? Спит? Ну, сынок, сам понимаешь, что проблемы с авторитетными людьми нам не нужны. Они церемониться не будут.

– И что такое она учудила, эта твоя Зоя?

Да, в самом деле, что? Только попала в аварию, спровоцированную именно Павликом, потеряла любимого и получила взамен этот дурацкий дар!

Только сейчас до Зои дошло, что она улавливает тонкий аромат вареной кукурузы. Вряд ли это Павлик кашеварил, вероятно, один из его родителей испускал этот аромат, с которым Зоя доселе не сталкивалась. Так и есть, одно из заболеваний, которые она может унюхивать.

Интересно, какое?

– Мамочка, она тут такое наплела, что я даже теряюсь. Какой-то непонятный дар, что-то с головой у нее после аварии случилось.

– Ну да, сынок, у них в семье у всех что-то с головой. У матери аневризма лопнула, отец заболел Паркинсоном и покончил с собой, а дочка истеричка и перешла дорогу мафии. Нет, не такая тебе жена нужна, не такая!

Зоя сжала руки, державшие поручень, с такой силой, что костяшки пальцев побелели. Ну да, если их Павлику вообще требовалась жена. Она хмыкала, вспомнив о тех находках под матрасом, о которых узнала из перепалки троюродных братьев.

А если так, то она никому не причинит боли, расставшись с ним!

– Мамочка, но что же делать?

Деловитая маман Павлика взяла инициативу в свои руки.

– Надо ее сдать. Иначе она и на нас беду навлечет. Ничего, под благовидным предлогом спровадим ее отсюда, а на улице ее заберут.

– Мамочка, но что с ней будет? Люди, которые за ней охотятся, они ведь… нехорошие.

– Сынок, мир сплошь и рядом состоит из нехороших людей. Надо думать только о себе! Тебе это понятно?!

Судя по паузе, это Павлику было более чем понятно.

Спустившись по лестнице демонстративно громко, Зоя уставилась в лица перепуганных ее появлением родителей и растерянного, едва ли не плачущего Павлика.

Запах кукурузы, как она сразу поняла, источала не деятельная мамаша, а находившийся под ее пятой молчаливый отец-профессор, который был Зое более чем симпатичен.

По крайней мере, до самого недавнего времени.

Подойдя к стеклянному столу, она положила на него ключи от своей квартиры.

– Вот, попрошу только об одном – позаботиться, чтобы с моей квартирой все было в порядке. Больше от вас я ничего не ожидаю. Звонить никому не надо, я сейчас сама уйду. Не хочу навлекать на вас неприятности. Спасибо за все, что было, и еще больше за то, чего не было.

Павлик, всхлипнув, смотрел в пол, и Зое стало его даже жаль.

– Между нами все кончено, никакой свадьбы не будет. Да это с самого начала была глупая затея. Не нужна эта свадьба ни мне, ни тебе. Ты ведь сам об этом прекрасно знаешь!

Павлик, вздрогнув, проблеял:

– Понятия не имею, о чем это ты, рыбка моя!

Судя по искаженной страхом физиономии, очень даже имел, но Зоя не намеревалась сводить с ним счеты, тем более перед родителями.

Да, человек он был неплохой, во всяком случае, не хуже других. Но, вероятно, и не лучше.

А какой была она сама?

– Если вас будут спрашивать, куда я делась, скажете честно: понятия не имеем. Нет, топиться в реке я не намереваюсь, я просто уеду отсюда прямо сейчас. Тебе, мой незадачливый жених, я доверю следить за моей квартирой. Я на тебя надеюсь – за тобой ведь должок!

Она подумала о перепалке между троюродными братьями в джипе, которая и привела к аварии.

Аварии, в которой погиб Антон, севший в автомобиль и не доехавший.

– Буду рада, если одолжите мне кое-какую сумму.