Мирослава в стране чудес - Конан Дойль

— Это вино не Рубиновое, но не хуже. Попробуем? — Уставился на меня Грэг. Хех. Неужели это вопрос? А если нет? Ты насильно вольешь его в меня?

— Конечно. — Ответила я коротко, поднимая свой бокал. Грэг слабо усмехнулся, видя то, как быстро я взяла себя в руки.

Мы чокнулись бокалами, заставляя звонкий звук разлететься по комнате.

— За прекрасный вечер. — Да вы остряк, герцог!

Я промолчала и поспешила запить, вот-вот готовые вырваться, слова. К нам вернулся отошедший слуга. Он открыл колпаки и явил нам божественный аромат мяса. Мой рот вмиг наполнился слюной. Только сейчас вспомнила, что не ела с самого утра.

Я коротко посмотрела на приборы, не сдвинувшись с места, и снова схватилась за бокал вина.

Вино было безупречное, как и все в этом поместье. Легкое, приятное на вкус с травяным послевкусием.

— Не желаешь опробовать? — Спросил Грэг, встряхивая салфетку и небрежно кидая ее на свои колени. — Мой повар очень старался…

Я старалась незаметно и непринужденно повторять за Грэгом. Значит, салфетка и эта вилка с ножом. Ну вроде не сложно.

Первый кусочек чуть не заставил меня застонать в слух, настолько это было вкусно! Здешний повар просто выше всех похвал!

— Нравиться? — Заметил Грэг. — Кто бы мог подумать, правда? Что это мясо волка?

Передо моими глазами тут же встала картинка мертвых глаз того сумасшедшего волчары с лаборатории. Я закашлялась, спешно запивая вином, за неимением другой жидкости.

— Кхм… волк??? — Возмущенно посмотрела я на Грэга.

— Не стройте из себя лицемерку. Чем мясо дикого волка отличается от мяса домашнего скота? — Спокойно поедая свое мясо, продолжал Грэг. — Лишь выстроенными границами в наших умах… — Наконец, успокоив свое дыхание, я перевела дух. Мюррэй не совсем так меня понял, но все же это лучше, если бы моим ужином, действительно, стал тот белобрысый псих с лаборатории.

— Что насчет вас, Хлоя? Насколько далеко находятся ваши границы? — Прекратив есть и отложив приборы, Грэг вытер салфеткой несуществующую грязь и уставился на меня в ожидании.

— Боюсь, я не совсем понимаю ваш вопрос… — нахмурилась я, пытаясь понять этого человека. На секунду я вспомнила об Экхарте и его любви к тайнам. Но Грэг вовсе не такой. Если Брендена увлекает сам процесс развёртки конфеты, то этот человек, напротив, не достаточно терпелив. Он любит переходить сразу к сути. Ему нужна конечная цель. И если он ведет себя так, будто играет, пытаясь понять человека, то это значит лишь одно — его целью являюсь не я! Иначе быть мне уже мертвой или в темнице, ну, или у его брата в лаборатории. Он хочет выведать у меня что-то!

— Вы вовсе не похожи на обычную подавальщицу, на своих коллег по работе. Знаете, почему людей так легко напугать? Потому что им есть, что терять. Я не говорю о материальном… У них есть мечты, надежды на будущее, цель в жизни. И когда появляется тот, кто может все это пресечь, то тогда наступает страх… — продолжал разглагольствовать Грэг, пристально за мной наблюдая.

Конечно, при таком непрерывном контакте — спокойно есть невозможно, поэтому тоже отложив приборы, облокотилась об спинку стула и внимательно слушала Грэга.

— И у меня лишь несколько вариантов ответа вашей уникальности: первый — у вас нет цели в жизни и вам нечего терять, второй — кто-то за вами стоит и третий, самый маловероятный вариант, вы похожи на моего брата. — Удивил меня своим последним утверждением Грэг. И только я хотела об этом расспросить, как мой собеседник продолжил. — Как я и говорил третий вариант маловероятен, практически невозможный. На человека без цели в жизни вы тоже не тянете. А значит, вы глупы и наивны, чего я и опасался.

Его вывод заставил меня слегка нахмуриться. Он считает, что за мной кто-то стоит? Некто, на кого я полагаюсь? С чего такие выводы? И в чем он меня подозревает-то в конце концов?

Значит, сначала унизил с переодеванием, а сейчас оскорбил.

— Это вы так расплачиваетесь за вино? Кажется, вы не умеете возвращать долги, герцог. Если бы я изначально знала, что из-за инициативы в таверне меня будут унижать и оскорблять, то…

— То вы бы сделали все в точности так, как прежде. — Перебил меня Грэг и ухмыльнулся. Ну, вообще-то да, но ему знать об этом не обязательно.

Я бы просто подкорректировала другие моменты в прошлом. Например, случай с Лисом и с тем злополучным зельем. Кажется, именно после него все пошло по кривой. Может дело в зелье?

Грэг наигранно мученически вздохнул и снова взял слово.

— Хорошо. Не буду забивать вашу хорошенькую головку вновь. Мое время дорого стоит. — Ухмыльнулся Грэг, чем разозлил меня. — Такие, как вы ценные кадры, но мне нужен тот, из-за кого, вы так спокойно себя чувствуете… Мне нужен Призрак!

Я замерла с бокалом в руке. Лицо я удержала, но внутри будто окаменела! Что???? Призрак? Он считает, что я работаю на Призрака? Почему? Как?

Вопросы застилали мне мозг, одновременно с безудержным смехом. Но никак свои чувства я не могла выдать.

— Призр…

— Лучше хорошенько подумайте над тем, что хотите сказать! — Пригрозил мне Грэг не только словами, но и взглядом, способным прожечь мне дыру в башке, если я включу дуру сейчас.

— Похоже, вы не оставляете мне выбора… — спокойно ответила я, чем удовлетворила Грэга. — Надеюсь, на этом наш вечер закончен? Призрак… свяжется с вами.

Грэг встал, и я следом, наконец, облегченно вздыхая внутри. Он взял мою руку и наклонившись, словно рыцарь из сказок, галантно поцеловал ее.

— Спасибо, за превосходный вечер. — Коротко улыбнулся Грэг, нависая надо мной. Затем наклонившись, прошептал. — Если призрак не выйдет на меня в течении семи дней, то в качестве закуски я выберу вас.

О, я в этом не сомневалась, ты, психованный ублюдок. Пусть моя истинная личность и не раскрыта, но для Хлои — это в любом случае не есть хорошо. Меня причислили к приспешникам Призрака, а значит меня мною могут шантажировать. Та еще дилемма.

— Красиво, не правда ли? Оказалось, саму смерть можно превратить во что-то столь прекрасное. — Глубоко задуматься мне о словах Грэга не дали. Герцог поднял руку и дотронулся до моей шеи, на которой сверкала «Жидкая смерть». Его руки несильно обхватили меня за шею, будто собираясь, лишь одной рукой тут же придушить, а потом его губы оказались на моих…

Не знаю, что меня больше удивило… Сам факт поцелуя или мягкость и нежность его губ, наравне с грубостью руки.

Мимолетное касание и меня