Юми и укротитель кошмаров - Брендон Сандерсон

– Ты должен понять камень, – наставляла Юми, расхаживая кругами.

Когда она оказывалась напротив солнца, его свет просеивался сквозь нее, как сквозь витраж.

«Понять». Спустя неделю он так и не сообразил, что она имела в виду. По правде говоря, в тот день, несмотря на обещание новой темы, Юми все равно заставила его взвешивать камни «для разогрева».

Куда еще разогреваться в таком-то месте!

– Закрой глаза, – сказала она, обходя Художника.

На Юми было яркое зелено-голубое платье-колокольчик, с громадным бантом на поясе; ленты спускались почти до колен. На Художнике, разумеется, это платье сидело короче, но выглядело не слишком ужасно. Ему уже приходилось надевать церемониальные юбки в праздничные дни, и пусть цвета были слишком ярки, чтобы считаться мужскими на его родине, в Торио таких предрассудков не существовало. Здесь мужчины смело носили и розовое, и желтое.

Поэтому Художник не чувствовал себя униженным. По крайней мере, в этой одежде было удобно. Вдобавок в тот день жара не казалась такой… подавляющей. То ли он привык, то ли погода в самом деле улучшилась? Странно. Земля по-прежнему была горяча, но восходящие потоки теплого воздуха казались даже приятными. Они раздували юбку подобно легкому бризу.

(Я так и не выяснил, как работают эти потоки. Вот моя гипотеза: воздух устремляется вверх сквозь микротрещины в камнях. Способность растений парить в этих потоках также остается для меня загадкой.)

В отличие от одежды, наставления Юми казались Художнику весьма унизительными. Прошла целая неделя, а она по-прежнему не доверяет ему настолько, чтобы позволить упражняться без непрерывных высокомерных указаний.

– Закрой глаза. – Юми наклонилась и смерила его испепеляющим взглядом. – Живо!

Он тяжело вздохнул и подчинился.

– Теперь возьми камень.

Он выбрал камень. За ночь горожане заменили большинство камней, и этот был новым. Плотные рукавицы защищали ладони от жара.

– Почувствуй его. Взвесь. Найди центр тяжести.

– Не нужно заново повторять. Я…

– Тихо! – перебила Юми. – Ты ученик. Делай, что я говорю. Так положено.

По крайней мере, Художнику стало понятно, почему духи не позволили им прикасаться друг к другу. Если бы позволили, он бы уже ее придушил.

– Понимаешь камень? – спросила Юми. – Можешь мне ответить.

– Центр тяжести, – ответил Художник, взвешивая камень на ладони, – вот здесь, если положить его на этот бок. И вот здесь, если перевернуть. Тут, тут и тут – три выемки, за которые его можно прицепить к другому камню для стабильности.

– Молодец, – похвалила Юми.

– Вот в этой впадинке собирается тень, – тихо сказал Художник, – а вот здесь появляется зернистость, становясь грубее у вершины и отбрасывая едва заметные рваные тени. Камень не идеально овальной формы, и благодаря теням кажется, что посередине у него как бы талия. Там же проходит единственная кварцевая жилка.

– Откуда ты все это знаешь? – спросила Юми после недолгого молчания. – Я ведь просила закрыть глаза.

– Я заранее его осмотрел, не сомневаясь, что ты попросишь поднять ближайший камень, – ответил Художник. – Хочешь, чтобы я понимал камни? У меня такой метод.

– Это не имеет отношения к сложению камней.

– А мне помогает. – Он приоткрыл глаз и посмотрел на нее.

– Тебе не помешает еще неделю этим позаниматься. – Юми сложила руки. – Мне пришлось упражняться не один месяц.

– Валяй, – сквозь зевоту бросил Художник. – Мучай меня назло. Трать время, пока духи ждут окончания моей подготовки и, возможно, страдают.

– Ну почему духи не могли, – произнесла Юми (низким стилем), – послать мне менее самовлюбленного помощника? Неужели других не нашлось?

– Может, – ответил Художник (высоким стилем), – ты настолько замечательная наставница, что им захотелось проверить твои способности?

Девушка отвела взгляд, как будто эта колкость в самом деле уязвила ее.

– Юми? – нахмурившись, нерешительно окликнул Художник.

Она напряглась, но не повернулась.

– Следующий этап обучения – низкие стопки с упором на равновесие. Не рискуй, когда делаешь фундамент; он должен быть максимально стабильным, чтобы на нем можно было складывать более смелые комбинации. Давай начнем.

Она опустилась на колени, взяла душу одного из камней и положила ее на другую, плоской стороной к плоской стороне. Художник улыбнулся; ему не терпелось приступить.

Не терпелось складывать камни? Кто бы мог подумать?

Он осторожно присел на корточки – даже с наколенниками неоднократно обжигался – и поднял камень. Попробовал выстроить стопку. Камни не удержали равновесия, и он попытался вновь, на этот раз следя за центром тяжести.

Наконец он понял принцип. По указанию Юми добавил еще один камень, и тот удержался.

– О нет! – вырвалось у него.

– Что случилось? – спросила Юми.

– Теперь мне заметно легче, – ответил Художник, поднимая и устанавливая еще один камень. Затем еще один. – Неделю назад я и три не мог сложить. – Он убрал руку, оставив балансировать пятый камень.

Тот дрогнул, но не свалился. Художник посмотрел на Юми и тяжело, разочарованно вздохнул:

– Поверить не могу, что твои наставления сработали.

– Сработали, – повторила Юми, широко раскрыв глаза. – Сработали.

Она азартно улыбнулась. Улыбка была заразительной в своей искренности. Улыбки – как радиация: чем ближе источник, тем сильнее эффект.

Художник добавил шестой камень, и стопка обрушилась. Но Юми с воодушевлением приказала выстроить новую, и ему снова удалось сложить пять камней.

– Сработало, – тихо произнесла Юми. – Я… в самом деле тебя научила!

– Я бы, конечно, предпочел менее деспотичный подход. Но должен признать: похоже, ты и впрямь знаешь, о чем говоришь.

Глядя на каменную башенку, Юми едва не разрыдалась. Прежде чем постройка обвалилась, Художник успел положить на нее шестой, очень маленький камень.

– Шесть! – Он гордо сложил руки на груди. – Неплохо, а? Когда духов ждать?

– Чтобы регулярно их призывать, нужно складывать по тридцать и более камней, – ответила Юми. – И одной стопки недостаточно. Минимум двадцать, причем разных, в искусных комбинациях.

– Минимум двадцать, – тупо повторил он. – По тридцать и более камней?

– Можно меньше, но тогда твои фигуры должны быть более рискованными и интересными, – пояснила Юми. – Просто в столбик можно и сорок камней сложить, но нельзя этим злоупотреблять, потому что духам больше нравятся необычные сочетания и камни причудливой формы.

Художник опустил взгляд на развалившуюся кучку. Он уже не чувствовал азарта.

– Не отчаивайся, – ласково сказала Юми. – Это нужно, чтобы призывать духов постоянно. Мне удалось призвать первого духа лишь спустя две недели тренировок, а следующий появился аж через четыре месяца. Прошел не один год, прежде чем я научилась призывать духов всякий раз. Тебе не нужно достигать такого уровня. Я чувствую, даже один дух сможет дать нам подсказку.

Обучение сложению камней

Он тяжело вздохнул, кивнул