Лайнер для двоих - Вита Фокс

— Я подоспел вовремя? Он ничего не сделал?

Она отрицательно покачала головой, а после снова глянула на меня.

— У тебя кровь! — её взгляд вновь изменился.

— Не страшно, главное, что с тобой всё хорошо. — чуть выдохнул я, присаживаясь рядом и крепко прижимая её к себе, словно уже пытаясь оградить её от этого чертового мира.

Сердце всё еще билось, как бешеное, а руки тряслись. Я стал пытаться размеренно дышать, чтобы прийти в себя, а после я услышал, как Эля заплакала. Всё внутри меня от её слёз вновь перевернулось. Я еще крепче прижал её к себе. Пусть поплачет, я подставлю ей своё плечо. Поглаживая по спинке девушку, я старался как-то её успокоить.

— Я не дам ему больше и близко приблизиться к тебе, я обещаю. Я тебя никуда не отпущу одну больше. Тише…

Она какое-то время плакала, а после начала немного успокаиваться. Я же стал анализировать всё. Этот конченный ублюдок, пытался её изнасиловать! Я видел шок Эли, я видел отвращение в ее глазах, панику, страх, она была против. Во всяком случае за те доли секунд, которые я увидел, пока не подлетел к ним. Если бы я увидел, что она отвечает на поцелуи и обнимает его в ответ, то реакция была бы другой. Нет, она точно не хотела этого, всё было против её воли. Наконец, Эля успокоилась, и я осторожно отстранился от нее.

— Я пойду умоюсь, сиди тут! Не смей выходить из номера!

Эля кивнула, и я пошел в ванную, где включил воду и стал мыть руки, смывая с них кровь. Вода окрасилась в алый цвет, а после я взглянул в зеркало. Да уж, завтра буду выглядеть как побитый алкаш. Неожиданно рядом появилась Эля и взяв у меня полотенце из рук сама намочила его, а после, осторожно коснувшись моего лица, стараясь не сделать мне больно, стала помогать мне стереть кровь с лица. Наши взгляды встретились, и я машинально обнял ее за талию, чуть прижимая к себе. Я не мешал ей, просто обнял, мне так захотелось. Когда подтеков на лице почти не осталось, мы вернулись в каюту, где мне скомандовали сесть на кровать. Эля взяла аптечку и принялась уже обеззараживающим средствами обрабатывать мои ранения.

— Ты же понимаешь, что теперь я тебя и в туалет не отпущу одну?

— Как хорошо, что туалет у нас в каюте. — чуть улыбнулась она.

— Нет, ты не поняла. Мы не будем прятаться, я не доставлю ему такого удовольствия. Если мы встретимся с ним еще, я снова набью ему лицо.

— Не нужно. Я не хочу, чтобы тебе снова было больно.

— Мне больно от того, что этот кретин трогал тебя!

Я вновь завелся и сказал это чуть громче положенного, машинально сжимая кулак.

— Думаю он усвоил урок.

— Ублюдок… Только пусть попадется мне на глаза.

Эля осторожно поцеловала меня в часть губы, где не было ссадины и поблагодарила. Я крепко обнял её, прижимая к себе, но поскольку я сидел, а она стояла рядом, получилось, что моё лицо было напротив её груди и я блаженно в нее уткнулся.

— Я как сумасшедший ревную тебя.

— Я только твоя.

Мои объятия стали чуть крепче.

— Если бы меня не оттащили от него, я бы точно убил его.

— Хорошо, что этого не произошло.

Эля убрала свою аптечку, и мы на время легли в кровать, чтобы прийти в себя и успокоиться. Мы лежали в постели и просто обнимались, словно не могли насытиться объятиями и друг другом. Мы даже не ели, черт побери! Вдруг к нам в номер постучали, и я поднялся с крови, направляясь к двери.

— Лежи тут.

Оказалось, к нам пришел администратор, чтобы разобраться в ситуации. Мы общались на английском, но я в красках рассказал ему о том, что там произошло. Поскольку были получены увечья, то он вынужден был разузнать все грязные подробности этого дерьма. А когда я и вовсе заявил, что собираюсь судиться с ним, администратор постарался меня успокоить, ведь это и их коснулось бы. Когда я вернулся обратно, я глянул на Элю и сказал:

— Их переселят в другую часть лайнера, а нам пообещали компенсацию, лишь бы я не подавал в суд на отсутствие охраны и на извращенцев, которых пускают на лайнер. Скоро должны привезти еду в номер, а также бутылочку вина. У меня пока лицо немного ноет, я бы остался в номере, но вечером куда-то бы сходил с тобой.

Эля была не против, мы еще немного полежали, а после нам и правда привезли еду, и в этот раз это были всякие креветки, кофе и много чего такого, что подавали в ресторанах высокой кухни. Мы хорошенько подкрепились, а после снова разговаривали. Мы всегда находили темы для разговора и это нас все больше сближало.

— Говоришь, ты только моя? — мои губы изогнулись в довольной улыбке.

Она ведь и правда это сказала. Эля очаровательно улыбнулась.

— По крайней мере в этом круизе да.

— Меня не устраивает такой ответ, ты должна сказать: «Да, я только твоя».

— Убеди меня.

— Ты же знаешь, что мой язык тебя убедит во всем, и мне даже не нужно будет говорить.

Эля игриво заулыбалась, а после сексуально закусила губу. Собственно, меня уговаривать и не нужно. Я подлез к ней ближе и поцеловал в губы, вторгаясь языком в её ротик. Мы стали похожи на ненасытных кроликов. У нее остались воспоминания, как её трогали против её воли, и я должен был перекрыть это. Не прекращая сладких поцелуев, я стал раздевать девушку, и тут же покрывать поцелуями открывшиеся обнаженные части ее сексуального тела. Соски в момент затвердели, стоило языку коснуться их. Я жадно сжимал грудь Эли, поочередно покусывая каждый сосок, а после опустился вниз к животику, на котором рисовал алфавит любви. Избавив её от одежды, а после и себя, я вновь стал целовать ее губы, после чего выпрямился и стал надевать презерватив на вставший член. Глядя на Элю, я раздвинул ее ножки в стороны, а после стал налегать на нее. Я проводил головкой по ее половым губам увлажняя, а после медленно вошел в нее, заставляя ее тело выгнуться, а губы приоткрыться.

— Ты только моя… — сексуально прошептал я в губы, а после стал медленно двигаться в ней.

Мне не хотелось делать резких и грубых действий, только лишь нежность, забота, желание, интимность, безопасность рядом со мной. Ритмичные движения в ней