Мерзавец высшей академии - Виктория Миллс

Дьявол!

— Я всего лишь хотела быть счастливой… — раздался сдавленный шепот в тишине, и я перевел взгляд на бледную девушку с красивыми длинными волосами цвета льна, которая сидела сейчас на моем полу, будто ожидая приговора.

— А в итоге все испортила, — презрительно ответил, и в ее серых глазах неожиданно сверкнула ненависть.

— Испортила? — повторила она, чуть приподнимая лицо. — Думаю, да. Теперь Лана не станет твоей! Она разобьет твое жалкое и бесчувственное сердце вдребезги!

— Ты ничего не знаешь, — спокойно ответил, сложив руки на груди.

— Нет, это ты ничего не знаешь, Габриэль… — с ненавистью произнесла она, поднимаясь на дрожащих ногах. — Даже если ты влюблен в нее, она не станет твоей, потому что…

Дэбра замолчала, плотно поджав губы.

— Почему? — поинтересовался, настороженно нахмурившись.

Я видел, как эмоции переполняют ее, как она едва сдерживается, сжимая пальцы в кулаки.

— Она беременна от Блэквуда, — выпалила она, а затем выбежала из спальни, громко хлопнув дверью.

Думает, оставила меня с поражением?

Я усмехнулся и перевел задумчивый взгляд на камин, в котором мгновенно вспыхнуло пламя.

Наивная девчонка!

37.

Я лежала на постели, неотрывно вглядываясь в потолок.

Чувство тревоги пробудилось вместе со мной, стоило открыть глаза.

Нужно вставать и собираться на занятия. Вот только какой теперь в этом смысл?

Я не смогу долго скрывать свою беременность от всех.

В любом случае, нельзя поддаваться панике и раскисать!

Папа всегда говорил, что из каждой ситуации есть выход, даже если он нас не устраивает, но сам позабыл о своих словах и…

Оборвал свою жизнь в собственном кабинете.

Я повернула голову, в надежде увидеть Дэб и отвлечься от мрачных мыслей, но подруги уже не было в комнате.

В памяти вдруг всплыли чьи-то слова:

«— Прости меня».

Приснилось?

Я бессильно поднялась, свесив ноги с кровати.

Нужно идти на лекции. Никто ничего не должен заподозрить, пока я не решу, что с этим делать.

Закрыв глаза, я прислушалась к себе.

Руна на ладони исчезла вместе со своими магическими свойствами, но чувствовала я себя хорошо. Меня не тошнило, не кружилась голова, лишь легкая нервная дрожь выдавала мое напряжение.

Терпимо.

Я встала и направилась в ванную комнату, где не торопясь приняла душ, невольно вспоминая наш безумный секс с Блэквудом среди этих кафельных стен.

Черт…

От этих мыслей стало еще сложнее.

Я быстро почистила зубы, уложила волосы, переоделась в старую блузку с зашитыми пуговицами и даже успела накраситься, словно ничего не изменилось…

Вот только получалось не очень хорошо.

Ничего. Справлюсь.

Тяжело вздохнув, я взяла сумку со стола и вышла из комнаты.

В женском общежитии, как всегда, было шумно. Девочки собирались на занятия, суетились в коридоре, обсуждали последние сплетни, в которых я боялась услышать свое имя.

Нужно поскорее выйти на свежий воздух.

Кажется, сегодня первым занятием было зельеварение…

Хотя, я могла и ошибаться.

Погода стояла пасмурная. Капли дождя падали с листьев деревьев на зеленую траву. Прохладный ветер пробирался под блузку, усиливая дрожь.

Я быстро прошла мимо столовой, направляясь сразу в главный корпус.

Мне нужно было подумать…

Наверняка есть еще какое-то решение помимо того, чтобы становиться женой Габриэля Мейза.

Интересно, если он узнает о моей беременности, оставит ли свое предложение в силе? И куда более важно — соглашусь ли я?!

Это было бы разумно, ведь тогда у меня будет всё для обеспеченной жизни и содержания ребенка, который в будущем сможет сам выбрать свою судьбу, имея все привилегии этого мира.

Но смогу ли я пойти на это?

А Блэквуд…

Что он сделает, когда узнает?!

Я обняла себя за плечи, ощущая, как гусиные мурашки бегают по коже. Нужно было теплее одеться, ночью был сильный дождь.

Ускорив шаг, я вбежала в основной корпус и остановилась у огромного стенда, где большими золотыми буквами переливалось расписание факультетов.

Вот они, магические руны в действии…

Надо будет попросить Дэб научить меня этому письму.

Жаль магия не может решить все проблемы!

Я поправила сумку на плече и убедившись, что первым занятием у нас стоит зельеварение, направилась в зал для практики и заняла место за дальним столом, чтобы не чувствовать на себе взгляды окружающих.

Специфический запах, чугунный котел, различные пузырьки и колбы с ингредиентами, а также серебряные инструменты на каждом столе — все это было необходимо для приготовления снадобий.

Лекцию вел профессор Елизар, тот самый, который преподавал нам свойства магических растений.

Я покосилась на котелок и, заметив на нем запекшиеся зеленые пятна неизвестного происхождения, невольно поморщилась.

Главное, чтобы не стошнило.

Постепенно в аудиторию стали приходить учащиеся, но я ждала только одного.

Блэквуд вошел последним, окинув меня многозначительным ледяным взглядом, на его шее сверкнула золотая цепочка с красным рубином…

Отслеживающий артефакт.

А я ведь почти поверила ему, решила, что это что-то значит.

Наивная дура!

Мерзавец занял свое место за последним свободным столом спереди, и я бесшумно выдохнула.

Нужно продолжать делать вид, что ничего не произошло.

— Итак, мои недалекие ученики… — Елизар ворвался в аудиторию словно ураган, пребывая в скверном настроении. Все насторожились. — Сегодня мы с вами будем изучать запретные заклинания, которые, по мнению нашего многоуважаемого ректора, вы должны знать!‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Запретные заклинания?

— И первым мы изучим яд Манурола, которым я с удовольствием бы кое-кого напоил, — ворчливо произнес профессор, не сдерживаясь в выражениях. Он всегда так разговаривал, когда выходил из себя. — Особо чувствительным сегодня не повезет, так как это зелье готовиться весьма непростым способом, требуя жертв.

Гадство…

И кто только разозлил его с самого утра?

Теперь всем достанется.

— Начнем!

Я отдаленно слушала профессора, погрязнув в собственных мыслях. Слишком многое не давало покоя. И опомнилась я только тогда, когда Елизар поставил передо мной металлическую клетку с маленькой птичкой внутри.

— Жертва, мисс Фрэйз, должна быть принесена в качестве уплаты… — вкрадчиво произнес он, и я взволнованно оглянулась по сторонам, заметив у каждого на столе похожие клетки с маленькими зверьками внутри. — За смертью всегда стоит смерть.

— А по-другому нельзя? — неуверенно произнесла я, и Елизар недовольно нахмурился, чуть ниже склонившись ко мне.

— Нет, — твердо ответил он. — Иначе, как вы отнимете жизнь человека, если не способны убить даже маленькое существо?

— Но ведь это запретное заклинание… — возмутилась я, наблюдая, как птичка бьется о прутья клетки и машет крыльями. — Нельзя его делать!

Я не хотела участвовать в этом, сердце учащенно билось в груди подобно этой пойманной пичужке.

— Нельзя, — подтвердил Елизар, грациозно выпрямляясь. — Но