Бывшие. Первая жена - Мария Устинова

— Тогда ты останешься со мной, Вера.

— Нет, — выдавливаю я.

Роман не спорит. Мы оба знаем, что мое «нет» больше не решает ничего.

Издалека доносится рев вездеходов.

Даже не знаю, что хуже: остаться наедине с Романом или узнать, что кроме нас здесь будет куча мужиков.

Начинаю мелко, как собака в февральскую ночь, дрожать, когда к крыльцу подкатывают четыре вездехода. Мужики в дорогих спортивных костюмах со смехом спешиваются. На одном военная форма. С крайнего вездехода стаскивают тушу косули с остекленевшими глазами и сбрасывают на крыльцо.

Вот и мясо.

Открывается дверь, запуская туман и холод.

— Вот и девочка! — ржет главарь в камуфляже, вразвалочку приближаясь ко мне. Он и так здоровый, массы прибавляет одежда. — Молодец, Роман! Не ожидал, что привезешь жену Горского!

Он берет меня за подбородок, чтобы рассмотреть лицо.

Огромный, опасный и насмешливый, он знает о своем превосходстве и наслаждается этим. Дергаюсь, заметив кровь у него под ногтями.

— Рад, что ты оценил, — говорит Роман. — А теперь убери руки.

Он смеется, но отпускает подбородок.

Пытаюсь не ежится, но чувствую себя обреченной. Словно уже лежу в могиле и сверху меня закидывают землей. Шансы еще были, когда мы были одни. Но теперь… У меня нет этих шансов.

Манера держаться и тон мужика в камуфляже все объясняет: он ничуть не ниже статусом, чем Роман. И его не боится.

— Жену Горского себе берешь? Мне он тоже должен, Ром. Эй, скажи истопщику топить баню! — орет он. — На всех! Попаримся после охоты и вели зажарить косулю!

— Оставь нас, — бросает Роман.

Тот отвечает смехом, но уходит.

Расталкивает остальных на пороге. Они все пришли на меня посмотреть — на пленную жену Горского. Эти мужские липкие взгляды в гнетущей тишине — это ужас.

— Не бойся, — он замечает слезы в глазах. — Тебя он не тронет.

Не ври.

Эти движения вразвалочку. Холодные, пустые глаза и самое главное — смех. Перевожу взгляд за окно: мужик в камуфляже достает здоровенный нож, чтобы освежевать тушу и всаживает острие в шею животного натренированным движением.

Этот человек может тронуть, кого захочет.

А может кто-то из них звонил с яхты Яну? Не обязательно это был Роман, раз голос все равно пропускали через синтезатор речи, чтобы изменить… И какая уже разница.

Я посреди сраного леса неизвестно где.

Моя единственная надежда — Ян. Если он захочет меня спасти.

— Если хочешь я провожу тебя наверх.

— Хочу.

— Вечером ужин и баня.

— Я не пойду с вами в баню! Ты что, издеваешься?

— Туда пойду я. А тебе лучше быть рядом, это безопаснее. Согласна?

Киваю, глотая злые слезы.

— Значит будь умничкой. Отдохни, вечером надень купальник, халат и спускайся к нам, Вера.

Комнату на втором этаже уже подготовили. Постель, забитый одеждой шкаф, мини-холодильник. Увидев набор одежды в шкафу, холодею: купальник, халаты, вечернее платье… Ничего для леса.

— Сволочь, — бормочу я, вспомнив, как он спрашивал мой размер и обещал сюрприз.

Не исключено, что где-то в личном логове Романа уже стоит такой же шкаф, забитый платьями, бельем и чулками моего размера. Чтобы я развлекала его, когда Ян меня бросит.

Лучше личный бордель неизвестного под именем Роман Северный, чем закончить, как Злата? Кто знает…

— Сволочь, — повторяю, как мантру. — Я не буду с ним спать!

И в глубине души знаю — придется, если заставит.

Беру воду со стола. Кручу бутылочку, пытаясь понять, кто производитель. Это может подсказать, в каком я регионе. Франция. Но ведь я не во Франции, верно? Просто импорт.

С улицы тянет дымом и шашлыком. Когда они закончат, придется переодеваться. Давлюсь рыданиями, душу выворачивает наизнанку: я не хочу идти в баню с пятью мужиками, каждый из которых видел меня в том видео! Я знаю, чем это кончится!

Глава 21

Роман предупредил, что скоро вернется за мной. Он гарантировал мою безопасностью Яну, так что прав — с ним безопаснее.

Сижу на краю кровати.

Я уже переоделась.

Красный купальник обхватывает грудь, как вторая кожа.

Без чашечек.

Здесь не холодно, но соски горошинками выпирают из-под ткани. Зябко натягиваю на плечи халат. Тонкий, черный, как и на яхте. Шлепанцев нет. Идти придется босиком…

— Вера? — стук в дверь. — Готова?

Не реагирую, мандраж, как перед выходом на сцену. Вспоминаю те моменты в подвале и заставляю себя не думать об этом. И не могу. Не получается. Перед казнью все думают о плахе.

Если я не выйду, что он сделает? Продолжаю сидеть, делая вид, что меня здесь нет.

Роман открывает дверь сам.

— Идем, не бойся, — он подхватывает меня под локоть и заставляет встать.

Ноги ватные. Идти туда не хочу… Да у меня на лице все написано, но Роман уверенно направляется к лестнице.

— Я босиком! — выпаливаю, когда вижу дверь на улицу.

Снег не лежит, но там же холодно, черт возьми!

— Нам не туда.

Мы спускаемся дальше, в подвал, а оттуда идем по длинному подземному переходу, стены обшиты деревянными панелями. Он заканчивается сосновыми дверями, из-за которых доносится мужской смех.

Сердце бьется, как ненормальное.

Над столом, за которым собрались все, кого видела наверху, повисает пауза.

Это комната отдыха — за прозрачной ширмой бассейн, а дальше дверь в сауну. Стол заставлен алкоголем и жареным мясом. Бедная косуля. Теперь к столу подали новое «мясо».

— Красавица, — усмехается тот, что резал косулю, размазывая по мне похотливый взгляд. — Почему в купальнике?

— Не лезь, — советует Роман, садясь к столу.

Я сажусь рядом, умирая от их взглядов. Они жуют, пьют виски и пялятся. Гадают, какой будет программа на вечер.

Я смотрю в стол.

— Какие планы? — здоровяк кивает на меня, наливая виски в бокал. Интересуется, будут меня сегодня иметь или нет.

— Своими делами займись, — советует Роман, загребая на тарелку пару кусков косули.

Один кладет мне. Наливает виски.

— Она здесь три дня будет, девок сюда не вызовешь, — продолжает тот. — Что делать предлагаешь?

— Предлагаю… — цедит Роман, — успокоиться и отдохнуть, ок? Она не будет вас обслуживать.

Он хочет решить дело миром. Здоровяк усмехается. Еще один масляный взгляд и он отвлекается на еду. Чтоб ты подавился этой косулей… Я слишком часто и испуганно дышу под их взглядами. Три дня. Мне предлагается держать оборону три дня?!

Здоровяк выпивает до дна, сбрасывает халат и идет к бассейну, раздвинув прозрачную завесу. Тело мускулистое и пластика, как у льва. Опасный человек. Я уже чувствую, что он станет основной моей проблемой. Остальные тоже смотрят. Но только он пытался оспорить право Романа на