Злой лжец - Фейт Саммерс

— Давай выпьем вина, — предлагает Хелен, заметив, какое внимание мы привлекаем. Она берет два бокала красного вина и протягивает один мне.

— Спасибо.

— Не волнуйся. Предлагаю тебе выпить несколько, чтобы снять напряжение. Ты выглядишь нервной. Похоже, что сегодня сучки вышли на улицу с дополнительными когтями. — Она бросает кинжалы в рыжеволосую девушку, которая смотрит на меня с другого конца комнаты. Женщина отворачивается и продолжает разговаривать со своей подругой.

— Боже мой, посмотри, какой переполох я вызвала. — Я морщусь с нервной улыбкой.

— К черту их, они хотели бы быть тобой.

Я смеюсь. Не могу представить, чтобы кто-то хотел быть мной. — Боже, спасибо. И еще раз спасибо за то, что делаешь это для меня и идешь со мной.

— Конечно, как будто я собиралась это пропустить. К тому же Адам будет в отъезде на все выходные. Мне нужно было чем-то развлечься. — Она усмехается.

Мне нравится, когда она говорит об Адаме. Забавно наблюдать, как она пытается скрыть серьезность их отношений друг к другу.

— Он просто сказал мне убедиться, что на сцене буду не я, — усмехается она.

— Нет, это я.

— Это ты, и ты выглядишь потрясающе. — Она оглядывает мое платье и одобрительно кивает.

Я чувствую себя элегантной и красивой в этом платье. Это золотое платье с открытой спиной и очень глубоким V-образным вырезом. Разрезы по бокам демонстрируют мои длинные золотые ноги. Остальное демонстрирует все остальное. Это все, чем я не являюсь. Созданное, чтобы отвлекать и демонстрировать мои лучшие достоинства, это беспроигрышный вариант, и я знаю, что оно будет выигрышным с Жаком.

— Спасибо.

— Просто постарайся не выглядеть такой нервной. Эти девушки просто боятся конкуренции. Некоторые из них живут ради таких аукционов и зарабатывают свой годовой доход, работая всего один месяц, — утверждает Хелен, подчеркивая слово — работа.

— Правда? — Я не могу не смотреть и не чувствовать удивления.

— Да, — булькает она.

Она собирается сказать что-то еще, когда мы обе видим, как в комнату входит женщина в прозрачном платье. Наши рты открываются. Господи, она на самом деле голая.

Без трусиков или бюстгальтера под прозрачным материалом, она выставляет напоказ все. Все, как и массивные груди размера — три D, которые, очевидно, были увеличены хирургическим путем, и ее задница тоже.

Ее тело напоминает нечто среднее между Ким Кардашьян и Памелой Андерсон, и она намеренно собрала свои платиновые светлые волосы на макушке в небрежный пучок, чтобы сосредоточить внимание на своем теле.

Награда за то, что она привлекла всеобщее внимание, без сомнения достается ей.

— Это Джиджи Метростов, номер три, — шепчет Хелен.

— Номер три? — хриплю я. Паника сжимает мою грудь.

— Да.

— Номер три, это как до меня? — Я четыре.

— Ага.

Как по команде в этом моем ебаном плане я бросаю взгляд в другой зал и вижу Жака, разговаривающего с другим джентльменом, одетым в смокинг. Глаза Жака устремлены на Джиджи, и она тоже его видит.

Если она передо мной и выглядит так, мне придется придумать способ улучшить свою игру. Но насколько низко я готова пасть?

— Вот это ты называешь отчаянием или королевой, — усмехается Хелен.

Я выбираю последнее из-за грязного взгляда, который Джиджи бросает на меня, когда смотрит в мою сторону, и ее ледяные голубые глаза скользят по моему золотому браслету. Она окидывает меня взглядом, оценивает, а затем задирает нос, словно я дерьмо, в которое она пытается не вступить.

Господи Иисусе… ух ты. Ох, как бы я хотела свернуться калачиком на диване и смотреть фильм. Эти женщины здесь не просто стервы, они акулы. Золотоискательницы.

Когда я снова сосредоточилась на Жаке, его уже нет. Он даже не узнал меня.

— Не обращай на нее внимания, — бормочет Хелен, явно пытаясь подбодрить меня. Она увидела, что Жак тоже смотрит на Джиджи. — Он охотился за тобой неделями. Не волнуйся.

— Я постараюсь.

Я знаю, что не продумала это, и это безумие, потому что Жак мог решить быть придурком и пойти к голой женщине. Это могло бы оставить меня на милость кого-то другого.

Боже мой, что, черт возьми, я буду делать, если это произойдет?

Хелен начинает говорить об Адаме, чтобы отвлечь меня. Она рассказывает о своих планах на отпуск на ближайшие две недели, и я пытаюсь слушать, но едва слышу ее слова. Мое сердце колотится в груди, а нервы гудят от беспокойства о том, что сегодняшняя ночь пойдет к черту.

В моей голове проносятся самые разные мысли, и начинается паника.

Но у меня едва ли есть время как следует напугаться, потому что через пятнадцать минут элегантная дама, которая напоминает мне Долли Партон, вызывает меня и других аукционистов. Пожелав удачи, я оставляю Хелен и следую за женщиной, которая ведет нас в комнату в задней части, похожую на примерочную.

— Привет всем, — сияет она ослепительной улыбкой. — Я Синтия. Ведущая сегодняшнего аукциона. Мы собираемся начать, и я хотела пожелать вам удачи. Помните, сегодня вечером — веселье. Также не будет лишним подзаработать мелочи по пути.

Пока все смеются над шуткой, я улыбаюсь.

— Если ни у кого нет вопросов, давайте готовиться. Мне нужны номера от одного до пяти, чтобы выйти на сцену через пять минут, так что сделайте последние приготовления сейчас. — Она хлопает в ладоши от восторга.

Женщины передо мной начинают приводить себя в порядок. Номер один распускает волосы. Номер два снимает бюстгальтер, чтобы лучше продемонстрировать грудь, и собирает свои длинные черные волосы в пучок, чтобы продемонстрировать заднюю часть платья и задницу. Номер пять приподнимает грудь в бюстгальтере с эффектом пуш-ап, чтобы привлечь внимание к своему глубокому декольте.

Джиджи, однако, бросает на меня еще один грязный взгляд, а я просто смотрю на нее в ответ. Ни одному из нас не нужно ничего исправлять.

— Ладно, пойдем, — кричит Синтия, и мы следуем за ней.

Мы поднимаемся по лестнице, ведущей на сцену. С того места, где мы стоим, мы видим зал, заполненный до краев мужчинами в первых рядах сидений, у всех есть таблички для ставок.

Остальные места сзади заняты мужчинами и женщинами, которые пришли поддержать мероприятие и пообщаться на вечеринке после него.

Я вижу Хелен в заднем ряду, но она меня не видит. Потом я вижу Жака. Он в первом ряду и смотрит