Сердца мира - Анна Александровна Цой

– Он хороший, мам, – ее щеки заалели, и она опустила взгляд, – и вы друг другу подходите.

Мамочка неожиданно села за стол, тут же открыла и отпила из бутылки, принесенной мной.

– Ты жениха обворовываешь? – и взгляд такой ехидный-ехидный.

Месть подается холодной, да? Кажется, я знаю в кого пошла кошмарным характером.  Как там папа говорил? Луна от матери недалеко взошла.

– Я хотя бы не коллекционирую побрякушки под кроватью, – хохотнула я и, откинув одеяло, села на стул с ней рядом.

Время шло, содержимое бутылки сокращалось. Наконец наступил момент, когда мы остались вдвоём, да и я хотела рассказать ей такую кучу всего! Но слов не осталось. Мне было просто приятно молчать с ней рядом. Все как всегда. Да только спустя час во мне будто что-то щелкнуло, и я неожиданно даже для самой себя спросила:

– Кто ты на самом деле?

Наверное, стоило сказать ей что-то другое, но у меня просто не было сил копаться в сознании и искать правильные формулировки. Я была уверена, что она меня поймет. Так же, как делала это всегда.

Но узнать очевидные вещи я должна была. Ведь, если смотреть со стороны логики, то в простых – не аристократических семьях маги рождались только если были бастардами знати. Фобос тоже следовал этим законам, только немного по другому параметру – те маги не могли посвящать обычных людей в тайны миров, потому старались искать себе в пару одаренных. Отсюда следует, что мама так или иначе, но аристократка. А если судить по тому, что ее сила превышает Вильгельмовскую, то она Высшая Леди.

То, что кто-нибудь бы узнал ее на Деймосе, пускай те же Лорды-морды, было очевидно. Значит Фобос.

– Твоя мама, – мне досталась добрая любящая и немного пьяная улыбка Раи, – я всегда ей была.

Ответ был… неоднозначным. Мне естественно он нравился с точки зрения дочери, однако совершенно не впечатлял с точки человека, желающего узнать правду.

– Почему ты ничего мне не рассказываешь? – вспылила я, подскочив на ноги и начав мерить шагами комнату, – я вижу, что ты знаешь если не все, то очень многое!

Мама грустно улыбнулась, так же встала и, поймав меня сначала за руку, притянула к себе. Обняла и уместила подбородок у меня на макушке. Она всегда делала так, когда я переживала или была взволнована. Именно это успокаивало мои эмоциональные порывы.

– Все очень сложно, Лесси, – меня погладили рукой по голове, – я не уверена, что смогу тебе объяснить.

Я нахмурилась. Фраза была поставлена так, будто проблема не во мне, но что-то мешает ей это сделать. Снова запутанный клубок и двусмысленные слова!

– Скажи хотя бы в чем причина, – я аккуратно высвободилась из объятий и, пройдя до кровати, вновь плюхнулась на нее.

Тихие шаги сменились шуршанием одеяла и Рая легла рядом, взглянув на меня с расстояния вытянутой руки. Я же не хотела смотреть ей в глаза, потому поворачиваться лицом не стала, все так же лежа на спине.

– Это все ради вашей безопасности, – я напряглась на слове «вашей», но решила не перебивать, – няня спрятала Алессу в тебе не случайно. Нельзя чтобы вы попали в руки плохих людей.

Меня не смутили ни отношение как к ребенку в этих словах, ни то же местоимение «вы», использованное ей совсем не случайно. «Няня спрятала Алессу…». Она имеет ввиду бабушку?

– Кажется я понимаю, почему я не смогла ничего о ней найти… Кто-то просто стер всю информацию! – я закусила губу и задумалась.

Очевидно, что Рая, бабушка и остальные, кто знает правду, пытались спрятать Алессу от «плохих людей». Я просто в этот момент попалась под руку. Значит, «вытащить» девочку не представляется возможным. Я просто сама этого не позволю. Что бы отец не говорил.

– Я в любом случае буду тебя любить, Лесси, – прошептала мама и взмахнула рукой, погасив свечи.

Смысла в этом правда не было совсем – на улице было светло. Деймос со всех сторон пугал и путал неопределенностью. Начиная от ночного образа жизни по непонятным причинам, заканчивая клубком тайн, распутать которые будет для меня сравнимо с развязыванием комка ядовитых змей.

Но что странно – в тихий спокойный Дом я не рвалась, удивительным образом желая раскрыть все секреты. Пускай и ценой собственных сил.

18

Новая ночь началась с теплых объятий мамы и ласкового чмока в лоб. Как давно мы последний раз так же беззаботно лежали в обнимку? Кажется, это было в другой жизни. Возможно даже не со мной.

А разве у меня не началась новая жизнь? Магия ворвалась в неё настолько резко, что существование без волшебного нового мира стало бы тусклым. Сейчас же я чувствовала себя полноценной, как бы жутко это не звучало. Так или иначе, но мне безумно этого не хватало. Хотя, само осознание, что мама жила в Доме только из-за меня, вселяло желание улыбаться постоянно.

– Ну, все! Мы и так с тобой пол дня… то есть ночи провалялись, – вскочила родительница и рванула в ванную.

В любом мире и в любое время Рая была самой собой. Я же, повалявшись еще немного, забралась с ногами на подоконник и вгляделась в закатное небо. Лучи солнца прорывались сквозь потемневшие облака и окрашивали их в багряно-красные тона.

Волосы идущей по центральной аллее Королевы Драконов тоже казались красными. И ей это неимоверно шло. Как сказала бы мама, подлецу все к лицу. Одета она была в голубое легкое платье с очень открытым лифом и полупрозрачной юбкой с цветочным орнаментом. Фигура кстати у нее тоже была идеальная.

Магистр, тащившийся рядом, казался намного старше, чем я видела его последний раз. Особенно в сравнении со своей спутницей. Волосы поседели уже полностью, трость в руке говорила о затруднительном передвижении, а вторая рука, придерживающая за локоть Корделию, клонила ее вниз. По виду последняя стоически терпела, пускай и была не особо довольна своим положением.

Насколько я помнила из уроков и рассказов друзей, Драконья Империя – равноправная для полов держава. Однако Деймос сам по себе – противник женской самостоятельности, а потому лишь в крайне редких ситуациях позволял нам делать что-то не под мужским наблюдением. То есть сама ситуация была странной, причем не учитывая того, что супруг Королевы, тот самый который отец Мао, отпускал её с неродственным мужчиной шататься по миру.

Парочка шла медленно, разглядывая все вокруг и мило беседуя. Королева улыбалась, иногда даже запрокидывала голову назад от смеха, но холод