Развод. Дама non-stop. Когда тебе 40 плюс - Натали Лав

- Кость... Может, не стоит так много? Возраст уже...

- Ах, возраст? Ты на что тут намекаешь, женщина?

Я от наших препирательств снова готов. Не успевает Лида пикнуть, как я переворачиваю её на живот и ставлю в коленно-локтевую.

- Давай так попробуем? - то ли спрашиваю, то ли... Уже ничего не спрашиваю.

Меняю презерватив, и снова пускаюсь в неистовый галоп. Лида открытая, доступная, откликающаяся на каждый мой толчок, требующая жадно:

- Еще, еще...

В это раз всё дольше и острее. До исчезновения разума. Затем взрыв. Сначала её. Её реально потряхивает, она кричит, но потом закусывает собственную руку, не желая шуметь. Но это зря.

- Здесь шумоизоляция отличная...

После того, как я выхожу из неё, сразу распластывается на кровати.

А я хочу тоже брякнуться рядом, но...

- Лид... Презерватив порвался...

- Северцев... Вечно с тобой во что-то влипнешь! - переворачивается, - Надеюсь, мне не грозит ЗППП?

- Вот еще! - наваливаюсь на неё, - Я тебе справку могу принести! А беременности не боишься?

- Слезь с меня! Насчет беременности - это вряд ли. У меня с этим проблемы.

- Ну, значит, переживать не о чем.

- Ага...

Начинаю её целовать.

- В душ надо...

- Потом.

В итоге сплетаемся в клубок и просто вырубаемся.

Лидия

Просыпаюсь резко. Не могу понять, где я, и почему на мне лежит мужская нога. И рука. Костина нога... Костина рука... Память возвращается, увеличивая сумбур в голове.

Я всё-таки отведала запретный плод... И что теперь?

Костя мирно сопит рядом. И начинает бухтеть на меня даже во сне, потому что я стараюсь выбраться из его хватки.

Я высвобождаюсь и достаю с тумбочки свой телефон. Пять утра...

- Тебе чего не спится, Лид? Рано еще, - Костя открывает один глаз.

- Рано-то рано, но шли бы вы, Константин Батькович к себе, а то что детям объяснять будешь?

- Хм, - Костя усаживается на постели, хмурится, а потом падает обратно на подушку, - Объяснюсь уж как-нибудь. Спи, кому сказал.

Он действительно засыпает, а я чувствую себя сильно не в своей тарелке. Неловко. Хотя... меня вроде никто и ни в чем не упрекает. Однако заснуть не получается, поэтому иду в душ. По поводу порвавшегося презерватива действительно не переживаю - после первых родов забеременеть мне не удалось ни разу. Не думаю, что с возрастом такая вероятность увеличивается.

Моюсь. Вода освежает и тело, и голову.

Чего я паникую? Совершенно не из-за чего. Мне было хорошо. Я этой ночью себя живой наконец-то почувствовала. Желанной. Так что - не о чем переживать. А что дальше будет - увижу, когда Костя проснется. Тогда всё будет понятно.

После душа убираю улики. Хозяина дома решаю не трогать. Просто поправляю на нем одеяло. Сама иду на кухню, делаю кофе, а затем, когда выпиваю, пробираюсь к Лизе в комнату.

Очень вовремя. Лиза стоит возле бумажного листа с куклой. Рядом на столе лежат ножницы.

- Я вырезать хотела. Но боюсь испортить. Очень красивая кукла! Ни у кого такой нет! - шепотом говорит мне девочка.

Кукла и правда получилась на загляденье.

- А давай вместе? - предлагаю я, - Раз уж ты не спишь, я тоже не сплю. Может, и успеем доделать.

- Давай, - соглашается Костина дочка.

И мы принимаемся вырезать куклу из листа бумаги, а затем наклеивать её на картон.

За этим занятием нас и застает Костя, который врывается в комнату. Весь взлохмаченный и с ненормально сверкающими глазами.

Останавливается, оглядывает нас с Лизой.

- Язык не прикуси, - советует мне.

А я и правда кончик языка от усердия между зубами слегка просунула.

- Вот же... Вредный какой! Промолчать не мог?

- Я вообще думал, что тебя ловить придется по окрестностям, а вы тут бумагу мучаете.

Еще внимательней всматриваюсь в мужское лицо. Выглядит встревоженным. Неужели действительно переживал из-за того, что я могла задать стрекоча?

- И не думала я никуда сбегать!

Лиза хитро на нас посматривает.

- И не надо от нас сбегать! - решает заявить своё веское слово, - У нас тебе будет хорошо. Папа на тебе женится!

Закашливаюсь как-то. Я, честно, на предложение руки и сердца не особо рассчитывала.

- Пап! - поворачивается к отцу эта неугомонная девочка, - ты ведь на Лиде женишься? А то её какой-нибудь другой дядя себе заберет.

- Я это другому дяде... - Костя начинает хмурится и посматривать на меня так, как будто прикидывает, где меня лучше запереть - в комнате или в подвале, что наверняка никуда не делась.

- Вот что... Давайте пойдемте завтракать? - решаю я перевести разговор в безопасное русло, - А то я что-то такая голодная...

- А давай омлет с грибами сделаем? - оживляется Лиза.

- Легко! - одобряю я.

Костя смотрит на нас и улыбается.

Глава 41

Спустя 2 месяца

Павел

- Повтори, чё сказал?! - от услышанного только что я забыл правильную речь и то, что с врачом мы на брудершафт точно не пили.

- У вас си-фи-лис, - как для дебила медленно и по слогам повторяет венеролог, к которому на консультацию меня отправил уролог, когда однажды утром я обнаружил, что у меня в трусах вместо привычного огурца вырос настоящий кабачок.

И он увеличивается в размерах... А еще болит и чешется. И перестал выполнять свою основную производственную функцию.

- Быть такого не может! - у меня глаза вылезают из орбит и того и гляди слюна начнет капать изо рта.

- Почему не может? - врач - щуплый задохлик в очках и с прыщавым лицом, которому если и дадут, то только за деньги - причем за большие, сдвигает очки на кончик носа и осуждающе меня рассматривает. Но рассматривать меня ему не нравится.

У меня ощущение, что я вообще ему не нравлюсь. Он, наверняка, из личной неприязни мне такой диагноз поставил. Мне срочно нужно к другому врачу - хорошему.

- Очень даже может! - он задирает указательный палец правой руки вверх и продолжает меня препарировать словесно, - При беспорядочных половых связях с не вызывающими доверия партнершами... Или...

Мне достается еще один скептический взгляд поверх очков.

- Или партнерами...

Я подскакиваю с места.