Обмани меня снова - Маргарита Аркадьевна Климова

— Похоже на то, — оскалился, ведя ладонью по моей скуле и заправляя прядь волос за ухо.

— Кому я помешала? Твой отец? — сглотнула, вспомнив то давление, что размазало меня десять лет назад.

— Вряд ли, — уткнулся своим лбом в мой, пачкая кровью. — Отец не в состояние даже команду отдать, не то, что спланировать твоё устранение. И действовать он предпочитает по-другому. Снайпер на крыше был бы в его духе.

— Тогда кто? Балицкий? — сама не верила своим выводам, но зачем-то озвучила. Нет, Саша не мог. Мы нехорошо расстались, но пытаться задавить меня на машине…

— У него кишка тонка, — рыкнул, прижимая к себе. — Он слишком труслив, чтобы так подставляться.

— Не понимаю, — всхлипнула, чувствуя, как накрывает отходняк и подкатывает истерика. — Я же никуда не лезу, ни с кем серьёзно не конкурирую. У меня не тот бизнес, чтобы так кардинально решать проблемы.

— Ты не при чём, Вит, — стиснул крепче и отстранился, заглядывая в глаза. — Это удар по мне. Тебя пытаются вывести из игры, чтобы подтолкнуть меня к нужному решению.

— Что за решение? В какую передрягу ты влез?

— Мы дома поговорим, Виталин. Тут неподходящее место, — обхватил меня за талию и развернул к парковке.

— А полиция? — окликнул нас парень.

— Без неё обойдёмся, — перехватил протянутые пакеты. — Спасибо за помощь.

До автомобиля мы доковыляли как побитые собаки. Наверное, я должна была радоваться, что отделались лёгкими ушибами, но меня не отпускали последние слова Макара. Чего такого ценного требовали с него, что моя жизнь на фоне этого так обесценилась?

— Тебе надо к врачу, — трясущимися пальцами выудила из сумки влажные салфетки и принялась тереть его шею и лицо. Плохо контролировала хаотичность и силу нажатий, но мне просто нужно было отвлечься. Меня так сильно колбасило, что притупился болевой аффект. — Необходимо обработать и зашить рану. Иначе останется некрасивый шрам.

— Ерунда, — приластился щекой к моей ладони, мешая оттирать кровь. — Сами обработаем и заклеим. Ты полечишь меня, я тебя. Как те котики.

— Дурачок, — откинулась на пинку сидения, позволяя Макару завести мотор и тронуться к дому.

Постаралась выбросить всё из головы, уставившись на дорогу. Правда, не видела ничего, проносящегося мимо окон. Смотрела в пустоту, выискивая внутри якорь приземления. Вроде цепь оборвалась, но в реальность было сложно вернуться. В неё потянуло уже во дворе, когда Холмогоров припарковался напротив подъезда.

— Что происходит, Макар? — настойчиво задала вопрос, сидя в одном белье на кухне. Мар поливал мои ссадины перекисью и промакивал ватными дисками. — Чего ты должен сделать?

— Помнишь Торжеву Брониславу? — медленно кивнула, поощряя продолжать рассказ. — Её отец всё ещё бредит мечтой породниться с Холмогоровыми. Я отказал, а он требует от меня сперму для оплодотворения сурмамы.

Глава 49

Макар

— Как это? Зачем ему ребёнок таким способом? — округлился в удивление рот Виты, как и голубые глаза, сравнявшиеся по цвету с грозовым небом от боли.

Кожу на колене, локте, ладошках и бедре прилично стесало об асфальт, и пузырящаяся перекись с жжением впивалась в кровавое месиво. В груди до сих пор жгло огнём от страха. Если бы я не успел и последствия были непоправимы? Если бы я потерял её…

— Понял, что другими методами не получится, а без моего ребёнка он лишится больших денег. Дед Броньки завещал предприятие по добыче и обработке алмазов отпрыску Холмогоровых.

— С ума сошёл на старости лет? Кто ему позволил играть с людьми как с фигурами на шахматной доске? Боженькой себя почувствовал от безграничных богатства и власти? — возмущённо воскликнула Вита, взмахивая рукой.

— На самом деле он нормальный мужик, — встал на защиту старика. В юности только он из всего семейства Торжевых вызывал у меня уважение. — Жёсткий суровый, не склонный к необдуманным поступкам. Думаю, у него какая-то договорённость с моим отцом. Другого варианта не вижу.

— Выяснить это можно? — перехватила у меня пузырёк перекиси и отставила его подальше на стол.

— У отца вряд ли. Он лишь мычит и кипит от поднимающегося давления.

Задумался, потирая подбородок. Может мать в курсе всех тонкостей или документ какой есть в доме родителей? Собрал использованные диски, протёр столешницу, бережно накинул на плечи Витки халат. Не холодно, но на нервах её тело подрагивало от дрожи.

— Так обратись напрямую к деду этому, — поднялась со стула, печально вздохнула, глядя на погром в раковине. — Кран так и не поменяли.

— Машину не забрали, а там инструменты, — машинально кивнул, уплывая мыслями в Виткино предложение. В нём был резон. Главное, пробиться к Марку Иосифовичу. Пробьюсь. Нет дверей, которые не открыла бы фамилия Холмогоров.

— Я, наверное, в ванной посуду помою, — достала из-под мойки тазик и принялась загружать туда чашки с тарелками.

— Подожди, — остановил её за руку. — Чего я разводной ключ не добуду?

Усадил Виталину на стул, в коридоре обулся и вышел на лестницу. Первую соседскую дверь не открыли, за второй бабуля-одуванчик устроила ментовской допрос. Третья попытка увенчалась успехом — попался добродушный мужик.

— Слышь, сосед, — вынес мне ящик с инструментами. — Ты приходи потом на пивко. Футбол посмотрим.

— За помощь спасибо, — перехватил у него ящик. — А с пивом не получится.

— Закодирован что ли? — перешёл на шёпот, опасливо оглядываясь.

— Ну да, — кивнул. — Жена настояла.

Развернулся, слыша чертыханье соседа. Щёлкнул замком, отсекая его ругательный бубнёж.

На замену крана ушло минут двадцать. Всё это время Виталина сидела тихо, как мышка, и с интересом наблюдала за мной. А я красовался перед ней, сняв рубашку и красиво работая мышцами плеч и спины. Отлично слышал её участившееся дыхание и нетерпеливое елозинье на стуле.

— Надо же, — мурлыкнула Витка с придыханием. — Действительно руки растут откуда надо.

— Я ими ещё и не такое могу творить, — подмигнул ей, поигрывая бровями. Покраснела, правильно считав мой отсыл к ночи.

Открыл краны, проверил на протечки трубы, захлопнул дверцу мойки и кошачьей поступью двинулся на Витку. Оскалился, практически урча от предвкушения. Добрался до неё, обвёл пальцами линию подбородка, склонился, собираясь впиться в манящие губки. Рингтон, выставленный на мать, противно резанул по ушам, отвлекая от приятного дела.

— Да, — не глядя, принял вызов.

— Макар, сынок, — всхлипнула она в трубку. — Приезжай срочно в больницу. Владик... Повторный инсульт. Врач говорит…

Дальше в динамик полился поток рыданий, несвязной речи и причитаний.

— Сейчас приеду, — отрезал истерику и отключился. Растерянно обвёл взглядом стены кухни. — Отцу хуже. Мне надо к нему.

— Поезжай конечно, — сжала прохладными пальчиками мою ладонь. — А я пока приберусь и приготовлю ужин.

Жадно поцеловал