В объятиях страсти - Кэрол Финч

– Трейгер оставил вас одну? Я начинаю сомневаться в его рассудке. – Роджер заразительно улыбнулся, и Сирена заметила, что отвечает ему тем же без всяких уси­лий со своей стороны; он предложил ей руку и указал на окружающую их местность: – Если позволите, я покажу вам лагерь.

«Почему бы и нет?» – спросила себя Сирена и, не найдя причин для отказа, взяла его под руку. Если Трей­гер способен прохлаждаться со своей любовницей накануне свадьбы, то и невеста имеет полное право прогуляться по лагерю с этим лихим офицером. Когда она взглянула на его загорелое лицо, в ее глазах мелькнул вопрос, и Роджер понимающе улыбнулся:

– Ничего удивительного, если я кажусь вам знако­мым. Трейгер – мой старший брат. Я видел вас в хижине, перед тем как мы отправились в Уайт-Плейнс, но вы тогда отсыпались после снадобья Эгана.

Вглядевшись в его красивое лицо, Сирена отметила явное сходство с Трейгером, но черты Роджера не казались вы­тесанными из гранита. Время и цинизм не стерли мягкое выражение с его лица, а карие глаза хранили тепло в отли­чие от предгрозового серого оттенка глаз Трейгера. Она так увлеклась сравнением братьев, что наступила на подол юбки и неловко упала прямо в руки Роджера.

Он усмехнулся, крепко удерживая девушку, мгновенно возбудившись от прикосновения к ней.

– Я не позволю себе слишком много, если скажу, как сожалею, что не встретил вас первым?

– Уверена, Трейгер тоже сожалеет об этом, – отве­тила Сирена, отстранившись от него.

– Вот как? – Насмешливо приподняв брови, Род­жер окинул ее жадным взглядом, задержавшись на высо­кой груди. – Тогда зачем он велел мне найти священника для свадебной церемонии?

– Это всего лишь способ обеспечить мне защиту и не более того, – вымолвила Сирена нарочито равнодушным тоном.

– Если бы я знал, что таковы его намерения, то пред­ложил бы свои услуги, милая леди, – заверил ее Роджер.

Сирена остановилась и пристально посмотрела в его бронзовое лицо.

– Но мы же только что познакомились. Зачем вам…

Он взял ее руку и поднес к губам, убедив Сирену в том, что и Грейсон-младший обладает магнетическим обая­нием, перед которым трудно устоять.

– Разве вы никогда не слышали о любви с первого взгляда, Сирена? Если вы считаете брак с моим братом ужасным, подумайте о более приятной альтернативе. Я го­тов предложить вам не только защиту. – Лицо его было в опасной близости от ее, губы пересохли, а взгляд не отрывался от ее глаз.

Подперев кулаком подбородок, Трейгер лениво ковы­рял вилкой в стоявшей перед ним тарелке, рассеянно при­слушиваясь к болтовне и кивая время от времени, когда Кларисса обращалась с вопросом. Какого дьявола он со­гласился сопровождать ее, оставив Сирену одну? Непрос­тительная глупость! Невозможно предсказать, что его невеста выкинет без надлежащего присмотра. Ему ли не знать, насколько она импульсивна, порывиста и склонна бездумно следовать своим капризам.

Чем дольше Трейгер сидел в гостинице, тем беспокой­нее становился, гадая, какой сюрприз ждет его по возвра­щении в штаб-квартиру. Он отправился с Клариссой, надеясь заставить Сирену ревновать, однако не испытывал ни ма­лейшего удовлетворения, досадив ей, ибо все его мысли были заняты несносной девчонкой, которой удавалось брать над ним верх с завидным постоянством.

– Трейгер? Мы не виделись почти три месяца, а ты так невнимателен, – пожурила его Кларисса. – Что с тобой? Раньше ты не витал в облаках, встречаясь со мной.

– Есть кое-какие проблемы.

С кокетливой улыбкой любовница погладила его руку.

– Может, тебе нужно отвлечься от всех проблем?

Трейгер убрал руку и встал из-за стола.

– Пожалуй, но сегодня вечером мне предстоит важ­ное дело.

Кларисса обиделась, раздраженная отказом разделить с ней постель. Однако не оставила мысли заполучить его любым путем.

– Почему бы тебе не прийти в гостиницу позже? – настаивала она. – Мы могли бы провести вместе всю ночь. Папа снова уезжает.

Он посмотрел на ее хорошенькое личико с извиняю­щейся улыбкой.

– В другой раз, Кларисса.

Не в силах больше сдерживаться, она дала волю свое­му отнюдь не кроткому нраву.

– Не увиливай, Трейгер. Ты знаешь, как я к тебе отношусь. Мог бы по крайней мере проявить уважение к моей верности.

Верности? У этой девицы было больше любовников, чем добровольцев во всей армии. Трейгер фыркнул, забав­ляясь и ее негодованием, и ее возмутительной ложью.

– Ты забываешь о войне, любовь моя. Если бы ты не была так избалованна и не думала исключительно о соб­ственных удовольствиях, то поняла бы, что дела важнее развлечений.

Кларисса прикусила язык, с которого чуть не сорвалось саркастическое замечание. Однако вспомнила, что путь к сердцу Трейгера лежал через терпение и понимание; им нельзя управлять, он не поддается давлению. Если не опе­режать события, этот мужчина сам придет к ней, и тогда уж Кларисса позаботится о том, чтобы Трейгер понял: они просто предназначены друг для друга.

– Ну что ж, – покорно вздохнула Кларисса, уступая из тактических соображений. – Буду ждать, пока ты вер­нешься… с нетерпением. – Она привстала на цыпочки и прижалась к его плотно сжатым губам, изобразив печаль­ную улыбку. – Прощай, любовь моя.

Трейгер забыл о Клариссе в ту же секунду, как поста­вил ногу на ступеньку кареты. Дел полно, а времени в обрез.

С хмурой гримасой на лице он проследовал в холл, надеясь найти там Сирену, но на пути его перехватил Ан­гус Болдуин.

– Где вы пропадали последние месяцы, капитан? Дочь уверяла, что вы пробудете здесь до августа, но вы словно сквозь землю провалились.

– Вашингтон нашел для меня занятие, – ответил Трейгер, не вдаваясь в подробности.

– Где? – не отставал майор.

– Не хотел бы показаться грубым, но я спешу. Ангус выпустил его руку.

– Я думал, вам будет интересно узнать, кто выдал Хейла. Вы ведь дружили, верно?

– Кто? – Трейгер уставился на него тяжелым взглядом. Ироничная усмешка оттянула уголок рта майора.

– Может, мы посидим и спокойно поговорим, когда у вас найдется для меня время.

Трейгер понял, что постоянно вынюхивавший все и у каждого Болдуин поделится известными ему фактами только в обмен на информацию.

– Отличная идея, майор. А теперь, прошу прощения, я опаздываю на встречу. – Трейгер откланялся, не без оснований полагая, что сведения Болдуина окажутся горой, которая родила мышь.

Увидев Трейгера, спешащего к зданию штаб-квартиры, Сирена подумала, что капитан не откажется от удоволь­ствий независимо от того, холост он или женат. Может, ему и угодно издеваться над брачными узами, но не ей. Сирена любит его и потому готова освободить от всех обя­зательств, даже если это разобьет ей сердце. «Со време­нем заживет», – уверяла она себя, расхаживая по комнате.