Тень луны - Вирджиния Спайс

Перье указал на один из углов зала.

— Там, похоже, лестница. И можно смело утверждать, что здесь есть еще один уровень.

Он направился в угол, на который указывал. Жоан поспешила за ним.

— Ты слышишь что-нибудь?

— Похоже на звук воды. Бурлящего потока. Это осложняет дело.

— Давай спустимся и посмотрим.

— Нет. Мы не имеем представления, что там. К тому же нужно больше света. Наших ламп не хватает даже в этом зале. А если нижний окажется больших размеров?

Луис достал из кармана часы.

— Скоро четыре. Пора подниматься. Завтра поутру продолжим. Еще предстоит работа с книгами.

— Легенды теряют подробности, а суть остается. Судя по всему, мы имеем дело с чем-то очень значительным. Луис, у меня странное впечатление от этого места.

— Да? Какое же?

— Здесь как-то тяжело. Словно вокруг — смерть.

— Милая, так оно и есть. Это — гробница.

— Я слышала древнюю египетскую легенду о фараоне, который совершил страшное злодеяние. В наказание его похоронили заживо и окружили богами и воинами, чтобы он больше не вернулся в этот мир.

— Фараон Танке Амон-Ра.

— Ты тоже знаешь эту легенду?

— Слышал.

— Здесь почти то же самое.

— Божества над нами.

— Они окружают входы и выходы. Тринадцать воинов защищают мир от спрятанной здесь души.

— Я спрошу твоего отца о том, что ему известно о казненном фараоне.

— И знает ли он что-нибудь о тринадцатом короле или тринадцатом сыне.

— Или тринадцатой дочери, — улыбнулся Луис.

Они вышли на поверхность. Послеполуденное солнце палило не так яростно. Было приятно после холода и тьмы подземелья подставить лицо его горячим золотым лучам. Мендрано и Ланнек продолжали сортировать и подсчитывать содержимое кувшинов. Сами кувшины лежали на одеяле, которое Луис специально расстелил.

Ужин был готов. Луис и Жоан проголодались так, что принялись за еду, даже не рассказав о том, что нашли внизу. Но потом, когда пили чер-ный горький кофе из жестяных кружек, Перье спросил:

— Виктор, что вы знаете о фараоне Танке Амон-Ра?

— Танке Амон-Ра? Гммм Амон-Ра. Какое странное имя. Оно ни о чем мне не говорит. А что? Разве это имеет какое-то значение здесь?

Жоан взглянула на отца с величайшим удивлением. Она не верила своим ушам. Ведь он всемирно известный ученый, эксперт по истории Египта.

— У фараона была крайне дурная репутация. Настолько дурная, что его заживо погребли, — пояснил Луис. — Жоан думает, что мы имеем дело с чем-то похожим.

— Танке Амон-Ра, отец, был похоронен со всеми своими сокровищами. Когда открыли его гробницу, то нашли несметные богатства. Согласно легенде, вместе с фараоном была похоронена духовная охрана — воины, уложенные кругом, дабы охранять душу фараона, чтобы она не могла вновь вернуться в этот мир.

— Взглянув на изумруды в этой гробнице, Жоан стала ясновидящей, — шутливо заметил Луис.

— Изумруды? — воскликнул Ланнек. По его голосу было понятно, что он очень заинтересован. — Как? Вы нашли там изумруды? Вы принесли сюда хоть что-нибудь?

— Нет Мы ничего с собой не принесли, — ответила Жоан и замолчала.

Ей стало неприятно, что отец так живо заинтересовался сокровищами.

Молчавший до этого момента Мендрано, вдруг сказал:

— Я знаю эту легенду.

— Ты? — Луис в волнении взъерошил волосы.

— Более того, я даже знаю, чью гробницу вы нашли.

— О Мендрано! — выдохнула Жоан. — Расскажи, прошу!

— Некогда жил юный царь. Он взошел на трон, когда ему не было и двадцати. Звали его Хуансахуа. Он воспитывался в строгости и готовился стать правителем, хорошим правителем. Он был еще совсем молод, но правил гораздо мудрее прежнего владыки. Подданные его уважали за храбрость и ум. Но он совершил большой грех. Юный царь воспылал страстью к своей сестре, считавшейся самой красивой женщиной страны. Он тайно обвенчался с ней. Легенда говорит, что жрец сначала спросил девушку, будет ли она любить богов больше, чем мужа, мужа — больше, чем детей, а детей больше себя. Девушка поклялась в этом. Затем ее спросили, обещает ли она, что никогда не притронется к пище, если ее муж голоден, и та снова ответила «да». Потом жрец спрашивал у мужчины, хочет ли он в жены эту женщину и будет ли делить только с ней свою жизнь? Тот ответил «да». Обряд состоялся.

— И что же дальше? — Луис весь напрягся в ожидании.

— А дальше, — продолжал Мендрано, — влюбленные вернулись домой, никому не говоря о том, что совершили. Но материнское сердце не обманешь. Прошло время, и их мать разгадала тайну. Его судили. Ведь даже царю не дозволено нарушать установленные им же законы. Он пытался купить правосудие. В своей сокровищнице царь хранил сосуд с «зеленым огнем».

— Изумрудами, — тихо прошептал Ланнек. — О боже! Гора изумрудов.

— Да, он пытался подкупить судей. Но ему не удалось. Тогда государь проклял Небеса. Проклятие испугало судей и народ. Было решено царя и царицу похоронить вместе. Но люди боялись проклятия. И тогда поставили воинов и богов охранять их и все богатства, которыми владел правитель.

— Значит, это может быть гробница молодого царя и его сестры-жены, — заключил Луис.

— Какие, должно быть, сокровища похоронены вместе с ними! — добавил Ланнек.

— Представляете, как много артефактов находится в гробнице, — воскликнула Жоан.

— Если вы их найдете, — добавил Мендрано.

— Но ведь мы нашли гробницу, — начал было Луис, но Мендрано прервал его.

— Да, но если это именно та гробница, то внутри нас ждет другая загадка. По легенде, король и королева были заперты даже от сторожей, поставленных охранять их. Когда вы окажетесь на самом нижнем уровне, неизвестно, что ждет вас там и что так и останется тайной.

— Секрет или нет, легенда или нет, но завтра я спущусь на следующий, и может быть, последний уровень. Посмотрим, какие тайны он хранит, — решительно заявил Перье.

— Луис, может, в книгах мы найдем что-нибудь об этой легенде? Любая информация может оказаться полезной, — сказала Жоан.

— Не будем терять времени. Дойдем до лагеря, а там возьмем лошадей. Мы будем у моего дома еще до темноты.

— Пошли.

— Виктор, не хотите ли с нами? — спросил Луис.

— Нет, спасибо. Это далеко, и я не уверен, что ноги донесут меня. Мне лучше пораньше лечь. За последние дни я крайне устал.

Молодые археологи пошли в свои палатки переодеться и вернулись через несколько минут. Жоан надела куртку, повязала голову шелковым шарфом. Под мышкой девушка держала тетрадь. На плече Луиса висело ружье.