Закон страсти - Марина Андерсон

Патти помолчала немного, а потом сказала уже почти совсем спокойно:

— Думаю, что после возвращения тебе предстоит принять кое-какие важные решения.

— Это какие же?

— Я не хотела бы говорить о них при Тане.

— Ты слишком торопишься, Патти. Подожди, когда я вернусь, тогда обо всем и поговорим. А сейчас, прости, я хотел бы сосредоточиться на работе. Извини и ты меня, Таня.

— Другими словами, — недовольно сказала Патти, — ты намерен все утро заниматься своими делами, а мы здесь лишние?

— Примерно так.

Он кивнул обеим женщинам и вышел из столовой. Но направился не в кабинет, а к входной двери. И через несколько минут уже нервно нажимал кнопку звонка коттеджа Дейвины.

Она открыла дверь и с недоверием посмотрела на неожиданного гостя.

— Я думала, что полностью погасила свою задолженность по ренте, — холодно сказала Дейвина.

— Да, это так. Но я пришел совершенно по другому поводу. Точнее — сказать о том, что уезжаю в США.

Дейвина никак не реагировала на эти слова, что вызвало у Джея острое чувство разочарования, чего он никак не ожидал от себя.

— Навсегда? — все так же спокойно спросила Дейвина.

— Нет. Всего лишь на неделю. Может быть, чуть дольше.

— Зачем же мне об этом столь торжественно сообщать? Или хотите получить плату за те дни, когда вас здесь не будет?

— С этим можно повременить и до моего возвращения.

— Тогда, простите, что вас ко мне привело? Ведь не только намерение сообщить об отъезде в Бостон?

— Вот и ошиблись! Как раз это! Видите ли, я посчитал это своим долгом вежливости.

— Очень приятно такое услышать! К тому же теперь я знаю, что какое-то время вас здесь не будет.

Всем своим тоном Дейвина старалась показать Джею нежелательность его пребывания в коттедже. Он видел это, но не мог понять причин, а потому не подавал и виду, что уязвлен. Джей всегда умел держать себя в руках. Даже в суде, когда приходилось проводить труднейшие перекрестные допросы.

— И как вы намерены жить все это время? — спросил он.

— А вам что до того? — ледяным тоном ответила Дейвина.

— Знаете, все это выглядит в высшей степени глупо! Зачем разговаривать со мной в подобном тоне? Ведь я просто хотел сказать, что если вам что-то понадобится, то моментально будет доставлено или сделано. Стоит только дать знать Тодду. Именно ему, а не Патти. Она, к сожалению, сейчас к вам относится не лучшим образом, ибо считает, что этой ночью мы с вами провели слишком много времени наедине.

— Я не хотела бы сейчас говорить о прошлой ночи! — отрезала Дейвина.

— Мне тоже это представляется излишним.

Дейвина отступила на шаг с явным намерением закрыть дверь.

— Завтра сюда приедет Фил на весь уик-энд, — с иронией сказала она. — Так что не беспокойтесь, я не останусь одна. Вряд ли понадобится еще чья-нибудь помощь.

— Право, я и сам не знаю, почему сюда пришел, — вздохнул Джей, с каждой минутой все больше себя чувствуя не в своей тарелке.

— Я тоже этого не понимаю, — вновь усмехнулась Дейвина. — Вы едете в США развлекаться или работать?

— Работать. Все игры и развлечения я оставляю здесь. Понятно?

— Может быть, и понятно, хотя я практически ничего о вас не знаю.

И Дейвина закрыла дверь, оставив смущенного Джея стоять на ступеньках коттеджа.

…К себе в кабинет он вернулся крайне раздраженным. Ему уже не терпелось поскорее уехать в Америку и постараться забыть Дейвину. В жизни Джея всегда главным была работа. Появление же Дейвины серьезно грозило изменить годами сложившийся уклад. Там же, по другую сторону Атлантики, он надеялся вновь попасть в привычную среду и стать самим собой…

— Мы не можем заниматься этим здесь! — воскликнул Фил, когда Патти проворно перебралась с переднего сиденья машины на заднее, напоминавшее мягкий диван.

— Почему же?

— Нас могут увидеть!

— Но ведь заднее сиденье почти полностью скрыто от посторонних взглядов. К тому же нигде поблизости нет ни одной другой машины. Чего вы боитесь?

— Так или иначе, но для меня это невозможно! Еще и потому, что через пятнадцать минут я должен встретиться с Дейвиной.

Фил замолчал, поняв, что сказал лишнее. Но было уже поздно.

— Ах вот откуда ветер дует! — змеей прошипела Патти. — Но кто тянет вас за язык рассказывать ей обо всем этом? И неужели вы так и не поняли, как я тосковала в последние дни? Как хотела вас поскорее увидеть?

Фил тоже скучал без Патти, но не желал в этом признаться, потому что боялся, как бы Патти не рассказала об этом Джею. А это грозило Филу большими неприятностями.

— Ну, решайтесь же! — настаивала Патти. — Или вы меня уже не хотите?

— Хочу!

— Тогда чего же медлите? Посмотрите, у меня нет ничего под юбкой. — И Патти демонстративно задрала то, что скорее можно было назвать макси-поясом, призванным лишь слегка прикрыть промежность. — Ну что же вы? Идите ко мне!

Вздохнув, Фил открыл переднюю дверцу, вылез из машины и сел на заднее сиденье. Тут же пальцы Патти принялись расстегивать его пояс и молнию на джинсах.

Незамедлительно мужская плоть Фила восстала, окрепла и вынырнула наружу через ширинку боксерских трусов. Патти громко вскрикнула, предвкушая удовольствие:

— Ну а теперь не пытайтесь скрыть, что хотите меня так же, как я вас!

Нагнувшись, она взяла головку члена в рот, одновременно крепко зажав в кулак всю остальную часть.

— Осторожнее! — прошептал Фил. — Или же я сразу взорвусь!

Патти отдернула руку и, откинувшись на спинку сиденья, широко раздвинула ноги.

— Не соблаговолите ли войти? — игриво пропела она.

Ответом стал громкий стон Фила, который уже в следующую секунду очутился на Патти и ввел разгоряченный твердый член в ее повлажневшую половую щель.

— Извините меня, — прошептал он, — я чувствую, что вот-вот кончу.

— Я тоже! — так же шепотом ответила Патти.

Фил почувствовал, как мышцы ее женской плоти крепко обхватили его член. Не в силах подавить новый стон, рвущийся из груди, Фил прохрипел, задыхаясь:

— Мне бы хотелось, чтобы у нас было больше места и времени для этого…

— Но ведь и здесь все было великолепно! Или вы не согласны?

— Согласен, но я хочу проводить с вами больше времени.

— Обещаю вам такую возможность! Джей на несколько дней уехал в Америку. Так что в нашем распоряжении по меньшей мере полный уик-энд.

— Но как быть с Дейвиной?