Тайная страсть леди Эстер - Энни Берроуз

– Как ты себя чувствуешь? – Сердце гулко колотилось в груди. Судя по ее взгляду, вряд ли она его ненавидит. Она первая потянулась к нему. И не отдернулась, когда он поцеловал ее руку.

– Хочу пить, – хрипло ответила она.

Не выпуская ее, свободной рукой он плеснул воды в стакан. Она хотела взять его, но у нее задрожала рука.

Воспользовавшись случаем, он обнял ее за плечи и поднес стакан к губам.

– Ты вся дрожишь, – проворчал он. – Еще прольешь воду.

– Как глупо, – прошептала Эстер, сделав несколько глотков. – Я как будто совершенно без сил. – Она положила ладонь ему на плечо. Вскоре он понял, что она молчит, потому что снова заснула. Ему не хотелось отрываться от нее, поэтому он присел на край кровати и притянул ее к себе. Когда ее голова легла ему на плечо, он поцеловал ее в макушку. Она зашевелилась. Теперь, когда она проснулась, он решил, что лучше пересесть в кресло, но, стоило ему отодвинуться, как Эстер обхватила его руками за талию.

– Пожалуйста, останься, – жалобно попросила она. – Не хочу, чтобы хороший сон заканчивался!

– Милая Эстер, это не сон. – Он наклонился к ней. – Ты в доме моей матери. Помнишь? Она вызвала к тебе врача.

Она порозовела, постепенно приходя в себя. Потом нахмурилась.

– Если я в самом деле на Брук-стрит, почему ты здесь, в постели со мной? Почему с нами больше никого нет?

Потрясенный, лорд Ленсборо огляделся и понял, что впервые за день их в самом деле оставили одних. Ему самому стало жарко, когда он спустил ноги на пол и пересел на стул.

Я… – Он откашлялся. – Ты меня простишь?

– За что? – Она прищурилась, хотя даже не попыталась накрыться одеялом. – Что случилось?

Он с трудом отвел взгляд от ее розовых грудей, которые просвечивали сквозь ночную рубашку.

– Этот… м-м-м… доктор… – невыносимо было рассказывать, что сделал врач, пока она лежала без сознания. Почти то же, что собирался сделать с ней Снелгроув. Он поправил галстук. – Нужно перевезти тебя в Чаллинор-Хаус, где я сам о тебе позабочусь. Я собираюсь получить особое разрешение и завтра же жениться на тебе.

– Завтра? Но как же… Твоя матушка расстроится. Она задумала пышную свадьбу.

– Мне все равно. Больше всего меня заботит твое благополучие.

– Ты считаешь, что я не справлюсь. Что я подведу тебя, – без выражения проговорила Эстер. – Наверное, ты прав.

– Ты меня подведешь?!

Она ухватилась за мятые простыни, которые соскользнули до талии, когда лорд Ленсборо усадил ее на подушках и поддерживал собственным телом.

– Прости за то, что случилось на постоялом дворе, и за то, как глупо я повела себя здесь. Пожалуйста, не отменяй все планы твоей матушки из-за меня. Мне здесь хорошо. Я выспалась, и мне стало гораздо лучше. Обещаю, что буду вести себя благоразумно. Больше я не стану тебя смущать.

– Смущать? Я не… ладно…

– Нет, ты смутился. Ты, по доброте своей, скрыл смущение, но я все поняла. Я устроила скандал на постоялом дворе.

Лорд Ленсборо закрыл глаза, она поняла, что он смущен, но не разгадала причину. Как он может все ей объяснить, не сделав все в десять раз хуже? Тем временем Эстер продолжала:

– Я как могла старалась, только бы не увидеть еще один кошмар. – Глаза у нее блестели от непролитых слез. – И задремала, сидя в кресле… в общем, Лайонел… – Она уронила голову на грудь. – Видишь ли… – Она посмотрела ему в глаза. – Не знаю, почему так происходит, но, когда ты обнимаешь меня, мне кажется, будто ничего плохого со мной не случится.

Со стоном он вытащил ее из постели вместе с одеялом и простынями и усадил к себе на колени.

– Я не до конца понимал, насколько тебе было трудно. – Он крепко обнял ее, а она… о, небо… она обвила его шею руками и прильнула к нему.

– Прости меня, Эстер! – прошептал он, уткнувшись ей в щеку. – Скажи, что ты прощаешь меня за то, что я подверг тебя такой пытке!

– Джаспер, – прошептала она ему в шею, – мне нечего прощать. Если бы не ты…

– Я говорю о том, что ты перенесла, когда ты попала сюда, – он стиснул зубы. – Проклятый доктор!

– А. – Она пожала плечами. – Он ничем не отличался от всех остальных. Не поверил ни единому моему слову. Хотя… – Она с горечью усмехнулась. – Кто поверил бы такой странной истории? Ты тоже мне не поверил. В тот день мне не поверили посетители общего зала на постоялом дворе. Перед всеми вами была женщина с диким взглядом, которая шатается и истерически вопит о том, что ее напоили и похитили. Конечно, доктору трудно было представить тебя в роли героя, который тут же бросился мне на помощь.

– Я? Я тебе не поверил? Когда?

– Помнишь, как я скорчилась на полу у твоих ног, умоляя тебя о помощи, а ты смотрел на меня так брезгливо, словно от меня неприятно пахнет… И только когда следом за мной в комнату ворвался Лайонел… – Она пожала плечами. – Что же удивительного в том, что доктор хотел увезти меня в сумасшедший дом?

– Как мне загладить свою вину?

Он чувствовал себя негодяем: столько раз подводил ее, столько раз делал неверные выводы о ее нравственности.

Когда он осмелился посмотреть ей в глаза, заметил в них лукавые огоньки.

– Пригласи меня покататься… нет… проехаться в парке галопом – возможно, с этого стоит начать!

– На галоп в парке смотрят неодобрительно.

– Как и на то, что ты обнимаешь свою невесту в спальне, когда на ней только ночная сорочка! – Когда он тут же попытался ее выпустить, Эстер еще крепче прижалась к нему. – Нет, не уходи, прошу тебя. Мне все равно, прилично это или нет. Не отпускай меня. Прошу тебя, побудь еще немного! – Она зарылась лицом ему в шею, чтобы не видеть его неодобрительного взгляда. – Я сделаю все, чего ты от меня ожидаешь. Буду наряжаться, позволю другим смотреть на меня и сплетничать обо мне и о нашей свадьбе, – ее передернуло. – Я даже могу оставаться в той ужасной комнате с окнами, выходящими на балкон, куда может влезть любой, – если ты будешь так же обнимать меня.

Он сидел молча, хотя дыхание у него стало учащенным и хриплым.

– Я вызываю у тебя отвращение? – продолжала она. – Мне неприлично так говорить о своих желаниях?

Лорд Ленсборо погладил ее по голове и поцеловал в лоб.

– Эстер, ты так невинна. Ты ведь ищешь от меня только утешения, да?

– Конечно. – Она вскинула на него ошеломленный взгляд.

– В таком случае твои желания не могут быть неприличными. Ты столько перенесла, но просишь от меня всего лишь, чтобы я время от времени обнимал тебя. Когда мы поженимся, – добавил он, – у тебя появится право требовать у меня объятий, когда тебе захочется.

Эстер задумчиво вздохнула. Для нее стало открытием то, что в замужнем положении есть и что-то привлекательное. Она может просить его вот так обнимать ее всякий раз, как ей захочется! Возможно, исполнение супружеского долга окажется вовсе не таким неприятным, как она боялась…