Малиновый запах надежды - Наталья Калинина

Я усмехнулась: Юлька оказалась права. И пусть мне не пришлось выживать в столице в буквальном смысле слова, я жила.

– Мам, а ты... ты видела Тима? Ну, после того, как все произошло? Была на его похоронах?

– Нет. О том, что он погиб, я узнала от Юлии. А после того, как ты уехала, связь с ней оборвалась. Я не ходила на могилу и не была на похоронах.

– Мам, а ты не думаешь, что Юля могла обмануть?

– Обмануть? – непонимающе подняла брови мама. – Как? Она мне казалась очень порядочной женщиной.

– Могла бы она сказать, что Тим погиб, когда на самом деле это было не так?

Мама отставила чашку, сцепила пальцы «в замок» и внимательно посмотрела на меня.

– Дочь, Сашенька... Я поняла, о чем ты. Тебе бы хотелось, чтобы Тим оказался жив. Поверь, мне этого тоже бы очень хотелось. Но его нет. Нельзя жить иллюзиями и воспоминаниями! Прошло уже четыре года!

– Да, да, я знаю, знаю! Но ведь ты только что сама сказала, что не была на похоронах, не видела его могилу, и вдруг Юля...

– Я видела ее глаза, Саша! Я видела ее в те дни. Да, она держалась. Но держалась лишь ради тебя. И если она тебя и обманывала, то лишь в том, что какое-то время скрывала от тебя, что ее брат погиб. Что еще, Саша? Давай оставим эту тему, мы уже и так достаточно поговорили.

И мне пришлось согласиться с ней.

Этот город, в котором я училась, уже больше не был моим. Он до сих пор оставался городом той двадцатилетней девочки, отчаянно влюбленной и безразмерно счастливой. Сейчас же он пил мои силы, будто вампир, и наполнял унынием. Мне хотелось поскорей уехать, вернуться в шумную сумасбродную Москву, с которой началась моя новая жизнь. Но мой поезд уходил поздно вечером, и ничего не оставалось, как шататься по улицам и напитываться грустью.

Я сходила в университет, в котором проучилась два года, но это уже был не мой университет. В нем учились другие, счастливые девчонки, с их надеждами, влюбленностями и ожиданиями. В общежитии тоже не осталось никого из старых знакомых: мой курс выпустился еще год назад, а с младшего я никого не знала.

Квартиру, в которой мы жили с Тимом, давно сдали другим жильцам. Счастливы ли они так, как были счастливы мы?

Я думала о людях, с которыми познакомилась в этом городе. Мне хотелось бы увидеться с Мариной, но я не знала, куда она уехала после окончания университета. Мне было бы интересно узнать, что стало с ребятами из Тимкиной группы. Остались ли они в этом городе? Или кто-то из них тоже, как и я, подался в столицу? И как жаль, что мне не удалось поговорить с Юлькой...

Мое одиночество нарушил звонок мобильного, и я обрадовалась ему, как лекарству от грусти.

– Саш, как ты? – услышала я в трубке голос Кирилла. И заботливые интонации в его голосе согрели меня, как накинутое на плечи одеяло.

– Так себе, – честно ответила я. – Гуляю в ожидании поезда по городу, в котором прожила два года и была счастлива.

– Грустишь? – понял он. – Мне хотелось бы быть с тобой, чтобы тебе не было так тоскливо, но ты не взяла меня с собой.

– Я вот... гуляю сейчас, слушая тебя. Будто с тобой. Расскажи мне что-нибудь, – попросила я.

И Кирилл не стал задавать ненужных вопросов, просто взял и начал рассказывать сочиняемую на ходу сказку. Про Принцессу, попавшую в Страну Минорных Воспоминаний, которой правила злобная старуха-волшебница по имени Хандра.

Я брела по вливающимся друг в друга, будто реки, улицам, прижимая к уху мобильник и слушая голос, чьи теплые интонации растапливали мою грусть. Мне уже не было так одиноко. Но еще сильней хотелось вернуться домой. В Москву.

– ... И вот так Принцесса с помощью доброй феи Новой Любви победила старуху Хандру и вырвалась из плена Страны Минорных Воспоминаний. Она вернулась к ожидающему ее Принцу. А страну переименовали в Страну Светлой Ностальгии.

– Сказочник, – засмеялась я.

– Отвлеклась немного?

– Да. Уже не грущу.

– Очень хорошо. Береги себя.

– Стараюсь.

– Так встретить тебя завтра?

Я замешкалась с ответом. С одной стороны, мне хотелось ответить «да» и ухватиться за протянутую руку помощи. С другой... С другой – понимала, что встретиться с Кириллом лучше после того, как освобожусь от облепившей меня паутины прошлого.

– Кирилл... Не надо.

– Почему?

Его вопрос поставил меня в тупик. Ну, как объяснить ему?..

– Мне нужно время, Кирилл. Я здесь для того, чтобы поставить точку, но город засасывает меня как трясина. Зовут воспоминания, понимаешь? И если я выберусь... Надеюсь, что выберусь. Но... Не надо нам встречаться сейчас, сразу после моего возвращения из этого города, как ты его назвал – Страны Минорных Воспоминаний. Дай мне время.

– Я понял, – тихо сказал он и попросил: – Позвони мне, когда будешь готова. Я буду ждать. Обещаю.

– Спасибо. Надеюсь, что позвоню.

Не знаю, как так получилось, что ноги сами привели меня к тому ночному клубу, в котором раньше давал концерты Тим. Но сейчас это был уже, если верить вывеске, не ночной клуб, а ресторан. До моего поезда оставалось время, к тому же я проголодалась и замерзла, поэтому толкнула тяжелую стеклянную дверь и вошла.

Внутри все поменялось. Пространство, бывшее танцполом, теперь заполняли расставленные по педантично выверенным линиям столики, накрытые накрахмаленными скатертями. Я вздохнула, мысленно тоскуя по авангардной обстановке бывшего клуба, уюту которой сильно проигрывали эти ровные линии, прямые углы и девственные скатерти без складок.

Клуб был очень популярен. Ресторан, судя по пустым столикам, популярностью не пользовался, даже несмотря на амбициозное название «Успех», хрустящие от крахмала салфетки и деловой костюм скучающе прогуливающегося по зеркальному вестибюлю охранника.

Я заняла свободный столик в интимно отгороженной от общего зала комнатке и заказала учтивому официанту салат, горячее мясное блюдо и бокал красного вина.

– Скажите, в этом здании раньше был ночной клуб «Янтарный шар», что с ним стало? – не удержалась я от вопроса.

– Закрылся два года назад. Теперь здесь ресторан, – равнодушно ответил официант, записывая заказ.

– А по вечерам тут выступают музыкальные группы? – продолжала допытываться я.

– Да, конечно, мы приглашаем музыкантов. Ни один вечер не проходит без живой музыки, – ответил мне официант таким учтивым тоном, будто ему специально доплачивали за рекламу живой музыки.

– А... группа «Клан» играет у вас?

– «Клан»? – на секунду задумался он и тут же уверенно ответил: – Не знаю такой.

И салат, и горячая отбивная оказались фантастическими на вкус. А вот вино – так себе. Терпкое и кислое. Но я маленькими глоточками отпивала его из бокала, довольная уже тем, что оно согревало меня. До поезда оставалось полтора часа, я еще успела бы заказать десерт и чашку чая. И вот, когда я уже увлеченно изучала карту десертов, меня неожиданно окликнули: