Порочный наследник - Элизабет Мичелс

– Интересная, должно быть, получится беседа, учитывая, что всего лишь на прошлой неделе ты оказался замешан в драке в музее, – перебил его Хардеуэй.

Фэллон проигнорировал напоминание о своем импульсивном поведении и продолжил:

– Копии письма, которое мы ищем… это подделки. Скольких умельцев, подделывающих документы, мы знаем?

– Пятерых, включая Симса и Гордона.

– На данный момент неизвестно местонахождение трех копий этого письма. Нам нужно найти все и убедиться, что не будут изготовлены новые.

– О чем это письмо? Какая-то мелочь вряд ли покажется важной в свете сложившихся обстоятельств. Грейплинг, травмированная леди и кража – а ты хочешь, чтобы я провел день, разыскивая копии какого-то письма?

Было несколько вещей, которые Фэллон мог скрывать от всех, и еще было кое-что, что Фэллон мог скрывать от всех, кроме Хардеуэя. Брайс должен быть в курсе с самого начала. Тот факт, что он не может рассказать Изабель или ее отцу о Грейплинге, не означает, что он должен скрыть это и от Хардеуэя. Кому-то надо рассказать все, а Хардеуэй просто должен это знать. Если Фэллон отправит своего друга на поиски доказательств против Изабель, Хардеуэй все равно узнает правду.

– Это слова Грейплинга, а не леди Изабель, – сказал он, протягивая письмо другу.

– Слова Грейплинга… леди Изабель? Сестра моей бывшей невесты? – Хардеуэй схватил записку и развернул ее. На его лице отразились смешанные чувства, когда он читал эти слова, но последнее выражение соответствовало чувству самого Фэллона, и это была решимость. Он бросил записку на стол и присвистнул.

– Наслаждайтесь результатами ваших эгоистичных поступков… это же последние слова судей в его адрес при вынесении приговора, перед самым заключением в тюрьму. Коварный ублюдок! Мы должны его найти. Кражи картин вполне достаточно. А это… – Он кивком указал на записку. – Это еще и личное.

– Ты прав. – Теперь это было для Фэллона более личным, чем несколькими днями ранее, хотя он никогда бы этого не признал.

– Она почти стала членом моей семьи, Сент-Джеймс. А ее отец… Я уверен, он не обрадовался всему этому.

– Он не знает, что в этом виноват Грейплинг, и мы должны держать это в тайне. Сейчас мы распространяем информацию, что леди Изабель вчера покинула город. Семья утверждает, что она поехала навестить больную тетушку. Но нам нужно найти другие копии записки, где бы они ни находились.

– Никто не будет с подозрением воспринимать новость о ее внезапном исчезновении, пока все только и говорят о катастрофе, которой обернулась моя проклятая свадьба, – проворчал Хардеуэй.

– Хорошо.

– Хорошо? Имей совесть, приятель!

– Это хорошо, если предметом сплетен останется ее больная тетя и твоя свадьба, а не истинное положение вещей.

Истина приведет к тюремному заключению Изабель или ее браку с Фэллоном, а ни одного из этих вариантов допустить нельзя.

– Значит она не сидит где-нибудь, утешая сестру, не так ли? Она сильно ранена? Не говори, что смертельно. Грейплинг – самый что ни на есть гнусный подлец и сукин сын. Она все еще может быть в опасности, если он доберется до нее, не говоря уже о возможности отправиться в тюрьму за кражу.

– Леди Изабель в безопасном месте.

Хардеуэй с прищуром посмотрел на него.

– Что ты с ней сделал? Надеюсь, не разместил в каком-то затхлом «безопасном доме»? Мне пришлось останавливаться в таком в Бате в прошлом году, помнишь? О чем я до сих пытаюсь забыть. Там были крысы, Сент-Джеймс, крысы! Большие. Кажется, одна даже заползла на меня, пока я спал. Эти маленькие когти… Такое место не подходит для дамы. Хоть свадьба и расстроилась, но она почти стала членом моей семьи. Я против того, чтобы она сидела где-то одна или, еще хуже, с кем-то вроде одного из наших парней, пока мы расследуем этот бардак.

– Она в порядке.

Хардеуэй посмотрел на него пристальным взглядом давнего друга.

– Нет, ты не мог!

– Что?

– Ты привез ее сюда, так ведь? Ты никогда не доверял нашим ребятам делать такую работу. Черт! Сент-Джеймс, ты же знаешь, что не можешь делать все сам.

– Я не могу допустить, чтобы Грейплинг снова подобрался так близко, чтобы убить ее, – честно признался он.

– Тогда нам лучше найти этого ублюдка. Она не может оставаться в гостевой комнате вечно. Парни увидят ее там. В этом доме полно холостых мужчин, и не все они так благородны, как ты.

Фэллон не отвечал. А что тут скажешь?

– Сент-Джеймс, скажи мне, что ты поселил ее в одной из комнат для гостей.

– В отличие от…

– В подземелье под кухней, о котором ты никогда нам не рассказывал, с решетками на дверях, защищающих от врагов?

– За ней хорошо присматривают, Хардеуэй.

– Неважно, сколько херувимчиков ты нарисовал на потолке, это все равно подземелье. Она же женщина! Я знаю, что тебе нет дела до таких нюансов, но…

– Прекрати орать. Я лично за всем проследил. Она отлично устроилась на верхнем этаже.

– О… – Глаза Брайса расширились. – О-о-ох! Она и сейчас там? – Хардеуэй откровенно рассмеялся.

Фэллон строго посмотрел на друга:

– Нам нужно найти эти записки, Брайс.

– Хорошо. Я знаю, что ты помешан на своих секретах. Ну, по крайней мере, она не томится по мне, своей потерянной любви.

– Я тебя сейчас ударю.

– Гм-м… деликатный вопрос, как я погляжу. – Он снова засмеялся и встал, оставив пустой стакан на столе. – Я достану эти записки с признанием, а затем мы окончательно разберемся с Грейплингом, – пообещал он, уходя.

Фэллон проводил его взглядом и вернулся к работе. Изабель – просто еще одно дело для организации, которое нужно выполнить. Его друг неправильно все понял, а потому и хихикал, одаривая его «понимающим» взглядом. Через пять минут, когда он прочитал одну и ту же строчку текста раз семь, так и не поняв ее смысла, он вздохнул и встал из-за стола.

– Черт тебя побери, Хардеуэй! Какого черта ты понимаешь во всем этом!

Он подошел к углу библиотеки и поднял с пола чемодан Изабель. Если в данный момент он не может сосредоточиться на работе, то лучше воспользоваться возможностью, чтобы накормить и одеть свою новую подопечную. Он медленно вышел из библиотеки и поднялся по лестнице туда, где она ждала его.

Поставив чемодан на пол возле двери спальни, он пощупал его крышку. Что это Ноттсби передал для Изабель – ящик с камнями? После трех лестничных пролетов ему понадобилась минута, чтобы отдышаться. Было не совсем ясно: ему нужен отдых после подъема по лестнице с тяжелым чемоданом или перед тем, как войти с ним в комнату, перед дверью которой он стоял.

– Она – всего лишь работа, и ничего больше, – прошептал он в темноту коридора.