Огненное прикосновение - Линда Ховард

Единственное их преимущество – никто не знал, что они вместе. Этуотер ищет одинокого мужчину, а не путешеству-ющих вместе мужчину и женщину. Это могло оказаться хо-рошей маскировкой.

Энни об этом не подумала – она все еще была в шоке.

Никто не знает, что она была с Рейфом, как ее могут заподорить. Она окажется в опасности, только если признается сама. Но все равно решат, что это Маккей убил Трэйгерна И тем не менее ей придется поехать с ним.

От этой мысли у Рейфа закружилась голова, и через секунду он понял, что испытывает облегчение. Он долго собирался с духом, чтобы отвезти Энни в Серебряную Гору, попрощаться и уехать, а теперь ему уже не надо этого делать. Энни принадлежит ему.

Он снова присел перед ней на корточки и сжал своими большими руками ее лицо, заставив взглянуть на него. Ее огромные карие глаза смотрели так потерянно, непонимающе, что он не мог сдержаться и крепко поцеловал ее. Это помогло. Энни заморгала и попыталась отвернуться, будто не могла понять, почему он это делает в такой момент, когда нужно думать о более важных вещах.

Рейф снова поцеловал ее.

– Я не повезу тебя обратно в Серебряную Гору, – сказал он. – Тебе придется остаться со мной.

Энни не возразила. Просто с минуту внимательно смотрела на него, потом кивнула.

– Хорошо. – Она помолчала, на лицо набежала тень беспокойства. – Надеюсь, я не помешаю тебе двигаться быстро.

Помешает, но это не имеет значения. Он не может оставить ее. Рейф потянул ее за руки и заставил встать.

– Поехали. Нам необходимо убраться отсюда.

Энни послушно взобралась в седло.

– Почему мы не берем с собой лошадь Трэйгерна?

– Потому что кто-нибудь может ее узнать.

– С ней ничего не случится?

– Я ее расседлал. Когда она достаточно проголодается, начнет искать траву. Либо кто-то ее найдет, либо она одичает.

Она взглянула на хижину и подумала о Трэйгерне, который лежал там мертвый. Ей очень не хотелось оставлять его непогребенным, но она понимала, что это невозможно.

– Перестань думать об этом, – приказал Рейф. – Ты не могла поступить иначе, и сейчас ты тоже ничего не можешь сделать.

Это был очень дельный совет, Энни оставалось лишь надеяться, что у нее хватит силы воли ему последовать.

Солнечный свет на снегу играл ослепительно ярко, а небо было таким голубым, что у Рейфа сжалось сердце. Свежий, нежный аромат провозглашал зарождение под снегом новой жизни: весна наконец-то пришла. Одна жизнь кончилась, но время шло вперед. Две недели назад ее заставили совершить кошмарное путешествие ночью в горы, верхом, в темноте, замерзшую и перепуганную, обессилевшую до предела и сверх предела. Тогда зима все еще держала землю мертвой хваткой. Теперь Энни покидает те же горы с чувством, похожим на сожаление, охотно следуя за человеком, который ее похитил, и на этот раз ее окружает красота, настолько дикая и яркая, что ее почти невозможно воспринять. За эти две недели она вылечила раненого преступника и влюбилась в него. Теперь он – ее возлюбленный: этот высокий жесткий мужчина с ледяными глазами, и, чтобы защитить его, она убила человека. Всего две недели, но за этот промежуток времени и земля вокруг, и ее жизнь изменились до неузнаваемости.

Рейф пускал коней по снегу, где только мог. Это замедляло движение и оставляло очень заметные следы. Энни было открыла рот, чтобы сказать ему об этом, но тут же поняла, что снег тает и вскоре все их следы исчезнут.

– Куда мы едем? – спросила она, когда они проехали уже часа два.

– В Серебряную Гору.

Она натянула поводья.

– Нет, – произнесла она бледнея. – Ты сказал, что я могу остаться с тобой.

– Не отставай, – резко бросил Рейф. – Ты останешься со мной. Я же не сказал, что оставлю тебя в Серебряной Горе. Я сказал, что мы едем в Серебряную Гору.

– Но зачем?

– Тебе нужна одежда. Я бы не стал рисковать, но твой дом так далеко стоит от остальных в городе, что я смогу войти и выйти незамеченным.

Эни посмотрела на свою юбку, на которой сбоку зияла большая дыра там, где раньше был карман. Она чуть было не сгорела заживо, и при одной мысли об этом она содрогнулась, но тогда она даже не осознала грозящей ей опасности.

– Я хочу пойти с тобой.

– Нет.

Тон его ответа показывал, что он принял решение и не собирается его менять, но она все же попыталась.

– Почему, если нас никто не увидит?

– Случай, – ответил Рейф. Однажды он уже пренебрег им – этого больше не повторится. – Если меня случайно увидят, я не хочу, чтобы они смогли догадаться о связи между нами. Для твоей собственной безопасности. Просто скажи, что тебе нужно, а я попытаюсь это найти.

Энни с сожалением подумала, что придется оставить все травы, которые выращивала в маленьких горшочках, а также все книги. Некоторые из них принадлежали еще ее отцу и были невероятно дороги ей. Если она вернется домой, если увидит знакомые вещи, если вынуждена будет решать, что взять, а что оставить, – это будет гораздо больнее, чем просто никогда больше их не видеть и примириться с их потерей. Рейф соберет для нее немного одежды, и дело с концом. Медицинская сумка все еще при ней – самое дорогое из всего ее имущества.

Двигаясь очень медленно, они, однако, добрались до подножия гор задолго до наступления ночи. Рейф настоял сделать остановку, пока они находятся под прикрытием деревьев, и подождать темноты. Энни была рада отдыху. События дня измотали ее, и разум все еще пытался справиться с переменами в жизни. Среди всех возможных поворотов событий, которые она когда-либо воображала себе, такого не было.

Заход солнца красочно расписал небо, затем пурпурные тени поползли по земле. Под деревьями воцарилась почти полная тьма.

– Теперь пойду, – сказал Рейф, его низкий голос был едва слышен. Он закутал Энни в одеяло. – Оставайся на этом месте.

– Хорошо. – Ей было немного не по себе от необходимости остаться здесь совершенно одной, в темноте, но она справится. – Когда ты вернешься?

– Это зависит от того, что я там найду. – Он помолчал. – Если не вернусь к утру, значит, меня поймали.

Ее сердце больно сжалось.

– Тогда не ходи!

Рейф опустился на колени и поцеловал ее.

– Думаю, все будет хорошо, но всегда может не повезти Просто на тот случай, если меня поймают...

– Я не позволю, чтобы тебя повесили за то, что сделала я, – сказала Энни дрожащим голосом.

Он прикоснулся к ее щеке.

– Мертвых не вешают, – сказал он и вскочил в седло. Вскоре глухие удары копыт стихли вдали.

Энни устало закрыла глаза. Охотник за наградой не станет заботиться о том, чтобы доставить Маккея в суд живым, – его убьют сразу же. Только в том случае, если Рейфа захватит представитель закона, у него появится возможность дожить до суда, и, скорее всего, он предпочтет быструю пулю долгим месяцам тюремного заключения, которое неминуемо закончится петлей.