Когда придет весна - Джулия Гарвуд

— Мой Том обычно так же делает, — сказала Джози.

Она вытерла стол, потом поднесла стакан к губам ребенка.

Наконец Калеб спустился на пол и стал обследовать кухню. Джессика шла за ним по пятам, закрывала ящики, чтобы он не выкидывал оттуда все, что попадется на глаза.

— Посадите его на пол. Пускай поиграет, — предложила Джози.

— Да он перевернет вам всю кухню, — предупредила Джессика. — Очень любопытный мальчик.

Джози открыла дверцу под стойкой.

— Мои племянники и племянницы очень любят играть горшками и сковородками. Вот так-то, — сказала Джози, когда Калеб сел на корточки и потянулся к деревянной ложке.

Джессика снова села рядом с Джози, и под грохот сковородок, кастрюль и горшков они продолжили беседу. Малыш устроил на кухне настоящий хаос. Ему хватило десяти минут, чтобы завоевать сердце Джози. Он охотно пошел к ней на руки и великодушно разрешил себя поцеловать.

В этот момент Коул с Томом вошли на кухню. Коул незаметно кивнул Джессике.

— Джози, мы с тобой подержим у себя этого чертенка, — объявил Том.

Джози похлопала ребенка по спине и посмотрела на Джессику.

— Тогда ясно, почему вы мне задавали все эти вопросы. Я с радостью присмотрю за ним. Мы с Томом будем следить, чтобы с ним ничего не случилось.

— Джессика — свидетель ограбления, ей надо дать показания в Техасе, — сказал жене Том. — Коул решил, что не очень разумно везти с собой ребенка.

— Когда вы вернетесь? — спросила Джози Коула.

— Не знаю. Недели через две… а может, и больше.

— Он меня совсем забудет!

Все повернулись к Джессике.

— Конечно, нет, — пылко возразила Джози. — Мы не позволим ему.

Том предложил Джессике и Коулу переночевать у них, чтобы Калеб привык к дому. Джессика дала Джози искупать Калеба, но сама, как наседка, вертелась рядом. Джози прекрасно обращалась с малышом. Она наполнила корыто водой и разрешила Калебу поплескаться, потом вымыла его.

— У вас здорово получается! — похвалила Джессика.

Потом она пошла за Джози вверх по лестнице, в комнату для гостей. Калеб, завернутый в толстое полотенце, смотрел на мать через плечо Джози.

— Он всегда спит с куклой. Она в сумке, — объяснила Джессика. — Да, еще он ненавидит морковку, он ее выплевывает.

— Я не дам ему морковки, — пообещала Джози. — Я сама ее терпеть не могу. Я знаю, вы все равно будете беспокоиться, как бы я вас ни успокаивала, но обещаю: я буду любить мальчика, как своего собственного. Почему бы вам не пойти вниз.

Пускай Калеб немножко привыкнет ко мне. Если надо будет, я позову вас.

— Да, конечно, — сказала Джессика.

Чтобы уложить Калеба спать, надо иметь твердый характер и терпение. Иногда он устраивал целое представление, а сейчас ребенок взвинчен, похоже, Джози придется нелегко. Джессика оставила сумку на кровати и закрыла за собой дверь. Спустившись вниз, она увидела Коула у окна. Девушка посмотрела на него и тут же отвернулась.

— В чем дело?

Джессика принялась расхаживать по комнате.

— Это ты виноват, — прошептала она. — Неужели не видишь, что у меня разрывается сердце?

Он хотел подойти к ней, но она, вытянув вперед руки, остановила его.

— Я не могу оставить его. Извини, не могу! Он пропадет без меня. Он испугается, будет плакать и…

Сверху раздался веселый смех Калеба. Коул покачал головой:

— Он не кажется несчастным.

— Я не могу этого вынести. Я решила… — Она повернулась к лестнице, но Коул схватил ее за руку и притянул к себе.

— Том, — окликнул он. — Мы с Джессикой хотим прогуляться.

Он сильно сжал ее руку, и она поняла, что спорить бесполезно. Она позволила ему увлечь себя через заднюю дверь во дворик. Там они оказались под густыми деревьями, скрывавшими их от улицы.

— А теперь выслушай меня… — начал Коул.

— Не смей говорить со мной таким тоном! — оборвала она его. — Я не оставлю своего ребенка незнакомых людей. Извини, Коул. Но будет так.

Она пыталась вырвать руку, но он крепко держал ее и притягивал ближе к себе, пока ее грудь не уперлась в его грудь. Их лица разделяли всего несколько дюймов. Он хотел как следует отчитать ее за упрямство, но, увидев заблестевшие слезы, смягчился. Сейчас не время делать выговор.

— Я знаю, как трудно…

— Нет, не знаешь! Ты не мать.

— Конечно, нет. Но будь разумной. Я знаю Тома Нортона и говорю тебе: ему можно доверять. Когда убили Люка Макфарланда и его жену, Том и Джози хотели взять на воспитание их детей.

— А почему не взяли?

— Родственники Люка не дали, забрали детей и разделили между собой.

— Как? Разделили братьев? — с ужасом прошептала Джессика.

— Да, но Том хотел взять всех. Он очень хороший человек, как и Джози. Она выхаживала меня, когда я заболел, а ведь я ей совершенно чужой. Джози поставила меня на ноги. Нортоны ничего плохого не допустят. Калебу будет хорошо у них. Ведь мы не можем взять с собой малыша. Понимаешь?

— Я не поеду в Техас.

— Какая же ты упрямая! Это уже не зависит от тебя. Ты должна поехать. А Калебу придется остаться.

— Мне это не нравится! — воскликнула она.

Он крепко обнял ее.

— Вижу, что не нравится.

— Я начинаю тебя ненавидеть, Коул Клейборн. Это все из-за тебя!

— Хорошо, из-за меня. — Он прижался подбородком к ее макушке и стал гладить Джессику по спине, пока девушка не успокоилась. Как приятно держать ее в объятиях!..

Она же в зтот миг вспомнила об опасности, которая угрожала Калебу, когда палач убил их охранника. Ее сын мог тоже умереть!

У Нортонов ему ничего не грозит. В глубине души Джессика понимала, что малыша надо оставить здесь. Она отстранилась от Коула.

— Ты ни в чем не виноват, ты делаешь свое дело. И ты, конечно, прав. Калеб должен остаться, чтобы не попасть в беду.

Она расправила плечи, повернулась и пошла обратно в дом.

Джози ждала у кухонного стола. Она хотела обрадовать Джессику, что Калеб уже спит, но, увидев отражавшуюся на ее лице боль, подошла к девушке.

— Я позабочусь о твоем малыше, поверь, Джессика. Мы будем относиться к нему как к родному.

— Я хочу поблагодарить вас за то, что согласились его приютить. У меня нет права просить…

— Ты имеешь право просить все, что хочешь. Я сделаю все, что смогу.