Каникулы с чертёнком - Ольга Коротаева

– Марго, – тихо позвала я и, избегая пристального взгляда насторожившегося официанта, прошептала: – У тебя карточка с собой? У меня денежек не хватает.

Девочка кивнула и вытащила кредитку из маленькой детской сумочки. Жалея, что приходится платить за то, что мы больше испортили, чем съели, я протянула карточку Лаврентьева. После того как платеж прошел, официант от нас отстал, и мы с девочками и собаками направились за рассеянной женщиной, которая пригласила нас в кафе. Видимо, так сильно переживает встречу с дочерью, что даже расплатиться за заказ забыла.

Марго, нежно прижимая щенка к груди, топала за мной, Настя удерживала рвущуюся на свободу Белку, пока мы приближались к шикарному черному автомобилю. Света, нетерпеливо постукивая носком туфельки, ожидала нас у раскрытого багажника. Когда мы подошли, кивнула на машину:

– Животных сюда.

Я растерянно посмотрела на багажник.

– Что?

– Это, – медленно, четко печатая звуки, будто разговаривала с плохослышащим, повторила Света и указала пальцем на щенка Марго, а затем на багажник, – сюда положи!

– Это, – с вызовом вскинулась Марго, – собака, а не багаж. Зачем ее в багажник?

– Она грязная, – поморщилась женщина. – Ничего с ней не случится, тут недалеко ехать.

– Сама туда лезь! – громко велела девочка.

– Марго, – покачала я головой. – Будь повежливее.

– Ой, извини, – тут же мило улыбнулась девочка и посмотрела на мать. – Полезайте в багажник, пожалуйста, сами!

Я с трудом сдержала улыбку, а Света лишь хватала ртом воздух. Марго же, откровенно смеясь, отпустила проснувшегося щенка на землю и, удерживая поводок, побежала вперед. Настя вприпрыжку поскакала за подругой. Под заливистый лай собак они неслись к большой луже. Я понимала, что сейчас будет, но остановить не могла. Светлана заявила, что собака грязная, и теперь Марго сделает все, чтобы стать такой же. Если не хуже.

Проследив, как девочки с хохотом плещутся в луже, Света с силой захлопнула багажник. Посмотрела на меня полными вселенской тоски глазами.

– Что я не так сделала? Почему эта девочка так меня ненавидит?

– Э, – я не знала, плакать мне или смеяться, – она не ненавидит, уж поверьте. Это протест. Я бы не советовала приказывать дочери, будто она прислуга. Попробуйте общаться с ней на равных.

– На равных? – нахмурилась Света. – Она ребенок, должна слушаться. Это все пробелы воспитания. Видимо, не такая вы умная, как нахваливал Павел, раз не донесли до девочки эту простую истину. Как вы умудрились получить работу? У вас ведь и диплома нет?

– Пока нет, – процедила я, сдерживаясь изо всех сил. Да, мне эта женщина не нравилась, но она мама Марго, значит, все будет хорошо. А то, что я готова ее ненавидеть, простая ревность. – Меня приняли на работу и без диплома.

– Ну понятно, – окинув меня до дрожи противным взглядом, скривилась Света. – Подбирал для себя, а не для дочери. Но я в доме любовниц не потерплю, так что вы уволены.

Захотелось развернуться и уйти, но я не могла себе позволить бегство. Да, эта женщина мать Марго и жена моего босса, но она мне никто, и я не обязана выслушивать о себе гадости.

– Опоздали, Светлана, – сухо ответила я, – ваш муж меня уже уволил этим утром.

Она, казалось, облегченно выдохнула и усмехнулась:

– Почему же тогда вы все еще здесь? Дополнительный бонус?

– День еще не закончился, – объяснила я. – Я не могу бросить ребенка. Передам родителю и уйду. Не переживайте.

– Переживать? – пожала она плечами и снова окинула меня насмешливым взглядом. – Тут не о чем. Вы можете оставить Маргариту мне и уйти прямо сейчас.

– Вам ее тоже в багажник засунуть? – не сдержала я колкости и тут же взяла себя в руки, холодно добавив: – Мой работодатель Лаврентьев Лев Сергеевич, а не вы. Кстати, вы не показали ни единого документа, как вы подтвердите, что Маргарита ваша дочь?

Светлана переменилась в лице, взгляд ее стал злым, а я лишь усмехнулась:

– Вы просто незнакомка с улицы и для меня, и для Марго. Так что извините, мне надо следить за ребенком.

И побежала вытаскивать мою упрямицу из лужи, как мимо пролетела вырвавшаяся из рук Насти Белка, а за спиной раздался дикий крик – будто белая собачка внезапно превратилась в монстра и загрызла Светлану. Я резко развернулась и, увидев, как веселая, но мокрая собака скачет у ног белой от ужаса женщины, бросилась спасать несчастную…

Собаку, разумеется! Ведь Света отмахивалась от Белки дорогущей сумкой с таким энтузиазмом, что могла запросто выбить псине глаз, пока та думала, что с ней играют. Я с трудом поймала поводок и оттащила животное от разъяренной женщины. Светлана осматривала темные пятна на своем подоле с такой брезгливостью, будто ее зомби слизью обмазали. Девочки подбежали к нам и, прыгая вокруг, радостно смеялись.

– Один, два, три… – звонко считала Марго. – Двенадцать… даже с половиной… почти тринадцать следов. Это больше баллов, чем у нас. Тетя победила!

– Платье от «Диор», – зло причитала Светлана. – Чулки… А туфли?! Вы хоть знаете, сколько стоят эти туфли? – Она вскинула голову и прошипела: – Мерзавки!

– Эй! – перебила я и миролюбиво улыбнулась: – Это лишь игра.

Но внутри я ликовала и ничего не могла с собой поделать. Было приятно, что эта женщина не понравилась Марго. И в то же время я осознавала, что это неправильно. От раздирающих меня противоречивых чувств не знала, что сказать, поэтому просто передала поводок Насте и взяла свою подопечную за руку. Светлана, безуспешно попытавшись отряхнуть подол, гордо выпрямилась и, открыв дверцу автомобиля, высокомерно заявила:

– Я была доброй и хотела вас подвезти, но передумала. Ноги вашей в моей машине не будет!

– Вообще-то будет, – вдруг хмыкнула Марго и, вырвав ладошку из моей руки, шагнула к ней.

Я с ужасом поняла, что девочка хочет сделать, но не успела остановить, как Марго подняла ногу и оставила четкий след от туфельки на светлой обивке сиденья.

– Ах ты!..

Светлана замахнулась, а я поспешно бросилась между ней и девочкой. Ощутив удар, сжала челюсти, желая защитить подопечную, стерпела боль и, не останавливаясь, увела Марго на несколько шагов. За спиной взревел мотор, а передо мной, удерживая свою собаку, растерянно оглядывалась Настя.

– А где щенок?

И тут раздался визг, такой пронзительный, что у меня в ушах зазвенело. Я оглянулась и проследила взглядом за удаляющейся машиной Светланы. А на том месте, где только что стоял автомобиль, собирались люди. Марго вырвалась и бросилась туда, а я, похолодев, кинулась следом, но не успела перехватить девочку прежде, чем она увидела то, что я бы предпочла Марго никогда не показывать.

Судорожно вдохнув, я развернула Маргариту, отворачивая от ужасающего зрелища, и, прижав к себе, соображала, как поступить. Марго рыдала в мой живот, и хрупкие плечики ее подрагивали под моими пальцами, а я так ничего и не придумала, лишь прижимала к себе расстроенного ребенка еще сильнее.