Уроки правильной ориентации - Александра Ермакова

Всё происходит быстро. И то что это Вампир я чувствую сразу, так же как в танце с Великим — тело узнаёт «хозяина» и реагирует раньше, чем его останавливает более рациональный мозг. Оно тянется к господину, хочет его и вся обида, и злость что копились неделю, улетучиваются.

Падла! Что ж со мной такое?!

Меня глючит на этих двоих. Сейчас острее чем когда бы то ни было понимаю эти безумные романы МЖМ, когда выбор так неочевиден, что героиня заявляет: «Дайте два».

Жесть какая-то!

Но гадко другое — то ли оттого, что обещания я никому не давала, то ли оттого, как мне оба искренне стали небезразличны, я не ощущаю ни грамма стыда.

Вообще!

И прекрасно понимаю, что будь тут не Вампир, а Великий, я бы так же извивалась и прижималась, и целовала эти губы.

М-м-м, как же он целуется…

Это просто небо и даже чуток повыше.

Как же. знакомо! Жарко, волнующе он целуется.

Неужели так скучала, что уже клинит?

Всё смешалось… люди, кони. И мне уже кажется, что тот пьяный поцелуй с Сашей был таким же.

Вот почему он мне понравился. Я подсознательно приняла одного за другого. Желаемое за действительное. Так сильно хотела этих губ, что идеализировала Сашу. или нет?

Сомнений много. Приходится всё отбросить подальше, потому что в чём я уверена точно, так это в том, что с меня вероломно сдёргивают топик.

И я не то чтобы не сопротивляюсь, просто нет мотивации сказать «нет». Вообще никаких оправданий отказу.

Вместо этого со стоном прижимаюсь к Вампиру снова. Он алчно мнёт моё тело, точно хочет напрочь сорвать кожу со скелета.

Целуемся дико, громко, и так от этого сладко, что приторный вкус пробирает до нутра. Хочу всегда быть в этом пьяном экстазе, как подсевшая наркоманка.

Для этого сумасшествия и алкоголь не нужен. Только эту губы, руки, и электричество между нами!

Великий. нет, стоп, Вампир. целует крепко, жарко и когда понимаю, что и от бюстгальтера он меня избавляет, зажмуриваюсь.

Нет.

Никто меня вот так не. трогал и не видел. И пусть тут темно, может и к лучшему, что я понятия не имею, кто тот самый «первый».

Мне же хорошо. И я сейчас этому незнакомцу доверяю.

С головой в эту черноту, и поменьше думать!

Я, блин, заслужила.

И это красиво. Это то, чего хотела. Вот такая умница Вера, прочитавшая сотню романтичных книжек! Она получит свою заслуженную кладовку! Зато как в этой кладовке хорошо. только Вера и знает.

Никому не скажет, это её история!

И её Вампир!

И её ночь, которая и так пошла наперекосяк.

Ничего уже ровным счётом не понимаю, просто вслепую окунаюсь во всё происходящее, и радостно отдаюсь течению.

И Вампиру, который избавляя и меня, и себя от остатков одежды, что — то с жаром шепчет, но ничего не обещает. Хочется сказать ему “спасибо”, самой хочется обещать ему всё на свете, лишь бы продолжал.

Завтра — будет завтра.

Тогда и буду себя корить и ненавидеть!

Но это будет потом и, чёрт с ним!

— Как же я тебя ревную… Как же я. Тебя. Ревную… Знала бы ты.

Шепчет Вампир.

— И ненавижу всех, кто может касаться тебя, когда я этого не могу! — упрекает в том, в чём я, между прочим, не виновата!