Нежно - Ава Рид

Никогда бы не подумал, что этот вечер превратится в то, во что он превратился. Я даже не представлял себе, что Зоуи расскажет мне об этом. Что она произнесет это вслух. Покажет мне…

Я не хотел ничего говорить по этому поводу, собирался просто готовить с ней и приятно провести вечер, особенно после того, как днем мы вместе увлеченно посмотрели четыре эпизода сериала, который она начала утром.

А потом? Потом случился тот момент… Как идиот я тру лицо руками, покрытыми луковым соком, который адски жжет глаза, и все выходит из-под контроля. Черт. Я не хотел. Не хотел ставить ее в такое положение. Не хотел, чтобы она испугалась, почувствовала дискомфорт – чтобы ей пришлось мне об этом рассказать. Но я, эгоист, не сдержался. Тем более после ее реакции на мое прикосновение.

Сейчас она это рассказала, выпустила все и доверилась мне, а я желаю снова все это стереть. Опять довольно эгоистично, но, черт побери, это причиняет боль, и я хочу, чтобы она прекратилась. Главным образом, для Зоуи, которая в эту секунду смотрит на меня своими огромными красивыми глазами, словно я для нее все.

Если честно, есть еще кое-что. Чувство вины. Она показала мне свою беду, пересилила себя, а я… я не могу. Пока нет. Что, если Зоуи увидит мою ногу и это просто разрушит все, что возникло между нами. Чем бы оно ни было.

Теперь я понимаю ее реакции. И в клубе, и на кухне, она показала мне, почему так случилось. Нельзя подходить к ней со спины, потому что так она этого не видит. Наверное, из-за того, что так ее держали и придавливали. Слишком жесткое сжатие, слишком сильное давление на спину и на затылок напоминают ей об этом. Отсюда и запах ковра.

Вот же мерзкие трусливые свиньи. Я не хочу больше напугать Зоуи, поэтому сдерживаю себя, но с удовольствием бы сейчас что-нибудь ударил. Лучше всего – поехать к Эллиотту и хорошенько поколотить боксерскую грушу.

– Надо проверить болоньезе, – вдруг произносит она, как будто ничего и не было, а я просто не могу иначе и еще раз прижимаю ее к себе, втягиваю в себя ее аромат и лишь затем отпускаю.

– Мы же не хотим, чтобы наш соус сгорел.

Мы улыбаемся друг другу, и пусть так много всего произошло, для меня ничего не изменилось. Ничего, кроме того, что Зоуи стала нравиться мне еще больше.

Болоньезе, к счастью, выжил, и сейчас мы выкладываем листы лазаньи с соусом и моцареллой в форму для запекания. Под конец посыпаем сверху пармезаном и на двадцать минут отправляем в духовку.

А когда вытаскиваем, она пахнет так вкусно, что у меня тут же начинают течь слюнки. И Зоуи была права, все оказалось не так тяжело, как я боялся.

– Видишь эту корочку? М-м-м… – Зоуи показывает на коричневый пармезан. – Она идеальна.

Мы оба отпустили случившееся, и теперь сказано все, что должно быть сказано.

Я восхищаюсь Зоуи за ее веселую манеру поведения, ее мужество и за то, что она сохранила свою надежду и уверенность. За ее силу. Надеюсь, однажды она появится и у меня. Чтобы я тоже сумел показать часть себя, которая больше всего меня пугает.

Зоуи кладет на тарелки две порции лазаньи идеальной формы, которые я забираю в гостиную, где нас уже поджидает готовый попрошайничать Носок. Приборы приносит Зоуи, и мы опять садимся на диван.

Я отправляю в рот первый кусочек и тут же чертыхаюсь.

– Черт, горячо! – жалуюсь я, а Зоуи надо мной смеется. Есть за что. Почему со мной постоянно происходит одно и то же? Со временем я вроде как должен был бы усвоить урок.

– Ты слишком быстро ешь.

– Но это же дико вкусно.

– Ты вообще еще хоть что-нибудь чувствуешь, если обжег язык?

– Он уже привык, – с довольным видом бормочу я между двумя укусами, что заставляет Зоуи с улыбкой покачать головой. – Мне бы в голову не пришло, что лазанью можно приготовить без соуса бешамель и вместо него наполнить слои моцареллой. Не говоря уже о том, чтобы один сделать овощным.

– Ты раньше никогда не ел лазанью с овощами?

– Только с томатным соусом и фаршем, самую простую. Эта лучше.

– Спасибо. На самом деле я люблю есть ее именно так. И это был прекрасный вечер. Мне очень понравилось готовить и… остальное… – На секунду она замолкает. – Я рада, что ты знаешь. Что мы сегодня это сделали.

Зоуи смотрит на меня своими глазами, похожими на окна в глубокие пещеры и открытые моря, и меня охватывает ощущение тепла, причина которого определенно не в слишком горячей лазанье. Желудок сводит, пульс ускоряется, а в голове формируется мысль, что я не хочу держаться от нее на расстоянии. Что в этом отношении Купер меня не волнует. Мне нравится Зоуи. Очень. Думаю, я начинаю влюбляться в эту женщину передо мной, с красивыми глазами, очаровательной улыбкой и сильным характером.

Черт.

– Аналогично. Я действительно благодарен за то, что ты мне доверилась.

– Можно мне тоже кое о чем тебя спросить?

– Конечно. – Носок в этот момент ставит лапу на мою ступню, потому что тоже хочет кусочек. Сейчас дам ему собачью косточку, они для него полезней.

– Шрам у тебя на лице. Как ты его получил? Надеюсь, это не слишком личный вопрос.

Словно окаменев, я просто сижу и с трудом могу сглотнуть. Этот вопрос останавливает всю мою вселенную, застает врасплох. Но не потому, что кто-то его задал, – а потому, что его задала Зоуи. Разумеется, я понимал, что рано или поздно он последует, но… я не ожидал, что мне окажется настолько тяжело на него ответить. Не думал, что Зоуи так мне понравится. Это все усложняет, запутывает. И в конечном итоге превращает полуправду в полуложь.

– Шрам старый, – начинаю я, замешкавшись на мгновение. – Подростком я попал в автомобильную аварию и получил травму. Причиной посчитали осколки старого стекла.

Пожалуйста, не спрашивай, как это произошло. Умоляю тебя. Я не хочу тебя обманывать и не могу рассказать тебе правду. Не сегодня. Не сейчас.

– Мне жаль.

– Мне тоже. – И это правда. Но не из-за того, о чем она, вероятно, думает.

– Он мне нравится. По-моему, он тебе идет. – Я удивленно вскидываю брови. – Прежде всего в комбинации с бородой. – Она пожимает плечами. – Мел говорит, что ты единственный симпатичный парень на нашем общем занятии и что тем самым ты спасаешь ей жизнь.

– А ты что скажешь? – Почему я такой идиот и спрашиваю об этом?

Зоуи становится серьезной, ее улыбка угасает, но она все равно ласково смотрит на меня.

– Меня ты на занятии спас по-другому, не своей внешностью, Дилан.

На это я не нахожусь что ответить, кладу в рот следующую вилку с лазаньей и наблюдаю за Зоуи, которая продолжает есть со слегка покрасневшими щеками.