Причина смерти - Элен Лин

Но он продолжает идти, стряхивая мои руки с себя.

-Саша, подожди, не надо! Саша, да постой! Не надо! – Слёзы горячими горошинами наворачиваются на глаза, хватаю его за запястье, но он одним движением выдергивает руку.

Воронин и Лисовский вскочили с мест, глядя на эту картину, и я уже не успеваю ничего сделать. Одним движением запрыгнув на стол, Саша кидается сверху на Сергея, падая с ним на пол. Звенит битая посуда. Теперь и другие посетители вскакивают с мест, крича и зовя персонал. Кузнецов садится сверху и яростно ударяет кулаком Воронина, потом второй раз. Бросаюсь к ним, падаю на колени и хватаю Сашу за руку, повиснув не нем.

-Саша, стой! Не надо! Хватит! – Пытается высвободить руку, но я всем весом наваливаюсь на его руку. – Хватит, Саша!

В этот момент двери ресторана распахиваются и внутрь залетает группа оперативников. Вижу, как скручивают Лисовского, который собирался убежать, прижимая к груди дипломат с деньгами. В следующий миг меня хватают за талию и оттаскивают от Саши. Его хватают за воротник, тянут назад и валят на пол, застегивая на руках наручники. Следующим вяжут еле соображающего Воронина, лицо которого измазано кровью.

-Её не трогать. – Отдает распоряжение мужчина в форме следственного комитета.

Меня отпускают, и он помогает мне подняться. Видимо, это друг Маши, который руководил расследованием.

-Надо ехать в отделение для дачи показаний. – Говорит мне, утягивая за локоть к выходу.

-Ринат, там лишний человек! Он не замешан! Отпустите его! – Резко дергаюсь, чтобы догнать Сашу, но следователь сильно сжимает мою руку, не давая сбежать.

-Успокойтесь, в отделение приедем и там разберемся. – Жёсткий взгляд заставляет меня остановиться и послушно опустить плечи. – Теперь поехали.

Саша.

Мне не впервые сидеть в полицейском «бобике». Всякое было в юности с моим-то характером, хотя обошлось без судимостей. Но удивляет, как быстро они приехали на драку в ресторане. Напротив сидит мужик, который был за столом с Ворониным и всю дорогу хнычет, причитая о том, что не хочет в тюрьму, что он ни в чем не виноват, что его обязательно вытащат. Не слушаю его, погруженный в свои мысли. Ужас на лице Софьи, её крики и мольбы – всё это перед глазами. И Воронин. Испуганный, с кровью на роже. Что ж, если мне предстоит сесть за это, то я готов. От мысли, что она с этим уродом…жаль, что быстро разняли.

Машина остановилась у дежурной части, нас загнали в коридор, где начали оформлять, выясняя наши данные. Всё это время я смотрел на потерянного Воронина, который, кажется, не очень понимал, что вообще происходит и избегал взглядов в мою сторону. Ему любезно помогли вытереть кровь с лица, после чего он осмелел и начал требовать звонка отцу, но его просто игнорировали, что вызывало в нем агрессию. За свою смелость он поплатился тем, что первым отправился на допрос.

Я сидел молча, фоном выслушивая тихие причитания моего товарища по «бобику». В отделение заходили люди, все они смотрели на меня, как на закоренелого преступника, готового порешать любого. Невольно ухмыльнулся этой мысли. Уже два часа торчал в проклятом коридоре, пока дружок Воронина то просился в туалет, то упрашивал кого-нибудь позвонить каким-то людям. Коротко посмотрел в маленькое окошко и увидел, что на улице уже стемнело. Похоже, торчать мне тут не меньше, чем до утра.

-Кузнецов, подъем. – Приказал парень чуть старше меня в форме следователя.

Ну, что ж, видимо, моя очередь. Послушно поднялся на ноги. Следователь подошёл ко мне, и я готовился пойти следом, но вместо этого, он достал ключ и отстегнул наручники.

-Свободен. – Произнес он, указывая мне рукой на дверь.

Я ничего не понял. Неужели Воронин решил не катать на меня заявление? Только не этот фанат гестапо.

-Че встал? Свободен, говорю. – Второй рукой следак подтолкнул меня к выходу.

-Спасибо…до свидания. – Всё ещё не веря в происходящее, попятился к двери, словно ожидая, что на меня снова кинутся и повяжут.

Но парень повернулся к моему бывшему соседу по лавочке и приказал ему идти за ним. Убедившись, что никто за мной не идёт и не останавливает, спешно покинул здание. Оказавшись на улице, сразу увидел белокурую голову Софьи, склонившуюся вниз. Носком сапога она разгоняла воду в луже, обняв себя руками. Выдохнув, сделал пару шагов к ней, и она подняла голову. Фонарь над входом в отделение освещал её, придавая ещё больше одиночества её виду.

-Слава Богу, тебя освободили. – Она облегченно закрыла глаза, глубоко вдохнув.

-Да, освободили. – Всё, что я смог ответить, давя щемящую боль в груди.

Оба молчали, не осмеливаясь смотреть друг-другу в глаза. Пошёл мелкий дождь, и я думал только о том, как она замерзла, ожидая у дверей Воронина. Отпустят его не скоро, надо бы ей сказать.

-Ну…я тогда пойду… - Неуверенно сказала Софья. – Пока. – Крепче обняла себя руками и развернулась, шагая к выходу за ворота.

Слушал стук её каблуков и понимал, что она уходит. Уходит опять. Обиды, злость – всё это отступило.

-Соф, подожди! – Окликнул её, догоняя.

И она остановилась. Повернулась ко мне, дрожа от холода. Замер в метре от неё, теперь видя заплаканное, измученное лицо. Царапнуло по сердцу. Она так переживает из-за этого гоблина, а по моей вине он сейчас в полиции.

-Прошу, выслушай меня. – Сглотнул ком, переступая через гордость. – Знаю, я вел себя как скотина и наговорил тебе гадостей, но я не могу без тебя, Соф. Не могу. – Опускаю взгляд, не в силах смотреть ей в глаза. – Я придурок, я всё испортил, знаю. И ты теперь с этим вурдалаком встречаешься, а я ещё и избил твоего…парня… Но я не могу отпустить тебя. – Разжимаю руки, безвольно опустив их. – Прошу, прости меня. Скажи, что не всё кончено.

-Саш… - Хочет перебить меня, но я не позволяю.

-Просто скажи, что у меня есть шанс, и я весь мир переверну, чтобы ты меня простила, я всё сделаю. Я люблю тебя. И должен был сказать это давно. И если у тебя тоже есть какие-то чувства, скажи, у меня больше нет сил быть без тебя, Соф. – Слова иссякли, и я закрываю глаза, в ожидании вердикта.

-Да не встречалась я с этим петухом, я его в тюрьму засадила. – Слышу её возмущённый голос и поднимаю глаза. – Больше он не помешает твоей работе. – Делает шаг ко мне, и моё сердце переворачивается в груди. – А на счёт остального… - Протягивает замёрзшие руки, обхватывая моё лицо окоченевшими пальцами.

Холодные губы касаются моих, и я сразу же сжимаю её в объятьях, жадно целуя в ответ. Каждый осколок разума ликует и признаёт Софью, всё, кроме неё становится глупым и незначительным. Весь мой мир, вся моя жизнь сейчас здесь – в этой женщине.

-Я тоже тебя люблю. – Шепчет, цепляясь за мои плечи, когда я начинаю покрывать поцелуями её лицо и шею.

-Поехали домой, ты замерзла. – В этот момент к воротам подъезжает машина и сигналит.