Лайф не в Кайф - Лия Роач

И торжественное открытие, и банкет по случаю, к счастью, уже подходят к своему логическому завершению. Еще чуть-чуть потерпеть, и можно будет сбежать ото всех, расслабить мышцы лица, которые уже сводило от улыбки, и спину, которая тоже уже затекла и мечтала уютно сгорбиться в мягком кресле.

Все эти несколько часов мы с Марселем постоянно мозолили глаза друг другу. Каким-то непостижимым образом мы всё время оказывались рядом - нас определили в одну группу гостей на официальной церемонии, обоих находили и вытаскивали из толпы, чтобы сделать фото для репортажа и портфолио отеля, и на банкете посадили за один стол.

Он был подчеркнуто вежлив и холоден со мной. Я отвечала ему тем же, хоть и понимала, что со стороны это может показаться подозрительным - мы же давно не подростки, которым свойственно воевать за любовь и внимание родителей, а следовательно и новая родня априори воспринимается в штыки. Как конкурент, как враг на своей территории. Мы же взрослые и между нами не должно быть подобных распрей.

Но от этих мыслей я отмахивалась - кому, собственно, есть до нас дело? Разве что Алексе, но её, казалось, ничего, кроме Марса, не интересует.

Пару раз я с удивлением ловила на себе задумчивые взгляды Софии, но когда наши взгляды встречались, она тепло мне улыбалась, и я поняла, что так она меня поддерживает. Видимо, папа ей сказал или она сама догадалась, что я не частая гостья таких тусовок, и чувствовала себя ответственной за то, что уже в который раз по ее вине я вынуждена через это проходить. Я тоже улыбалась ей, и на какое-то время мне становилось легче.

Но все равно я отчаянно жаждала, чтобы этот день закончился.

Особенно тяжким испытанием для меня стало очное знакомство с братьями Разумовскими. Заочно я, благодаря Дарьяне, уже была с ними знакома. И даже знала кое-какие факты из впечатляющей биографии.

Они подошли к нам с папой сразу после символического разрезания белой - определенно, подобранной под стиль отеля - ленточки, которую они держали с обеих сторон.

Высокие, атлетичные, а еще сероглазые, загорелые, белозубые, идеальные - не парни, а ожившие боги. Со слегка рыжеватой шевелюрой. Пока они, широко улыбаясь, шли к нам, я разрывалась между двумя всплывшими в голове ассоциациями - лондонские денди или братья Тарлтоны.

- А вот и наша новая сестричка! - чуточку картаво пропел один из них.

- И ваша тоже? - раскрыла я глаза в крайнем удивлении, мысленно сделав выбор в пользу кавалеров Скарлетт.

- Конечно, - еще шире улыбнулся второй, более загорелый, близнец, - все знают, что мы с Марселем почти братья. Значит, ты нам почти сестра.

- Почти сводная почти сестра? Сомнительное родство. Но если вы настаиваете…

- Мы настаиваем, - уверенно пробасил первый. - А еще очень хотим познакомиться поближе. Кстати, я Марк. А это мой брат Макс.

Я натуженно улыбнулась и бросила взгляд на папу, ища поддержки. Но он же не испытывал никакой неловкости или раздражения от их нахального вторжения в нашу семейную идиллию. И я быстро сообразила почему: эти парни - наш новый круг общения, и бизнес, и “почти” семья. И папа, конечно же, хотел, чтобы я вошла в этот узкий междусобойчик, а не осталась за бортом. Это бы усложнило процесс слияния - или поглощения - и для него самого.

Я не сомневалась, что папа выбрал бы меня, но он точно не хотел бы делать этот выбор. Да и я не хотела его перед ним ставить.

Поэтому, соревнуясь с братьями в широте улыбки, сказала с легкой игривостью в голосе, в тон им:

- Я не против познакомиться. Я Агата, кстати.

И быстро пожалела об этом, потому что далее последовало предложение не откладывать сближение в долгий ящик, а сразу после банкета продолжить знакомство в более приватной обстановке. Не наедине, разумеется, на такую близость они не посягали, а пойти куда-нибудь вместе. И Марселя, конечно же, не забыть. Я выразила принципиальное и весьма охотное - внешне - согласие, но, какая жалость, не нашла для них времени в своем плотном расписании. Занятость и на остаток сегодняшнего вечера, и на завтрашний день я придумала на удивление легко, обычно я испытываю трудности с враньём, если оно не подготовлено заранее. Но, видимо, я совершенствуюсь…