Двойня в подарок - Виктория Волкова

– Когда ты это понял? – настороженно спрашивает Лера. Чувствую а себе ее взгляд. Но не могу повернуться. Дорога скользкая. Опасно.

Неспешно выруливаю на главную площадь. Медленно проезжаю мимо городской елки, которую в этот поздний час разбирают рабочие.

– Всегда знал, – замечаю, на светофоре косясь на Лерину коленку, выпирающую из-под толстого флиса. Так и хочется положить на нее руку. Чуть продвинуться вверх. Но нельзя. Пока нельзя.

Можно облажаться.

Воробушек у меня боевой, но очень пугливый.

Знать бы какая тварь напела Лере в уши, поквитался бы. Мои детективы быстро найдут слабое место. А я ударю. Суд вынесет нужное решение…

Идеальный план! Но нам сих пор не удалось найти эту сволочь.

Ясен пень, предатель в моем окружении! Но кто? Сколько не вычислял, ничего не сходится.

Невзначай бросаю взгляд на Леру, с неприкрытой грустью рассматривающую елку.

– Жалко ее, – вздыхает печально.

– Пора, – пожимаю плечами. И не понимаю, почему Лера так расстроилась.

Из-за елки? Серьезно?

– Я на нее смотрела, когда девчонок носила, – вздыхает она. – Уговаривала их подождать. Объясняла, как мы на елку пойдем в следующем году.

– А они? – спрашиваю, снова выворачивая на площадь. Паркуюсь напротив дурацкой елки. Но если она так дорога Лере, почему бы и нет.

– Они слушали, толкались, – улыбается она сквозь слезы. – Я как дурочка на елку смотрела. Успокаивала она меня. А теперь ее разбирают.

– Хочешь, давай возьмем сувенирчик? – предлагаю заговорщицки.

– Наверное нельзя… Ты же сам понимаешь. Это муниципальная собственность.

– Пойдем? – беру Леру за руку. Несильно сжимаю тонкую ладошку. И снова повторяю как мантру. – Пойдем!

Где-то в глубине души по-мальчишечьи загадываю. Если сейчас Лера согласится, и мне удастся добыть трофей, то все у нас с ней получится.

А если вырвет руку, не захочет идти…

«Глупости все это! – обрываю сам себя. – Когда ты в последний раз что-то загадывал, Морозов? Лера откажется, сам к работягам сгоняешь».

Тут же приходит на ум идея как выдурить у мужиков игрушку. Дело техники!

– Пойдем, – тихо шепчет мать моих детей. Смотрит на меня с неприкрытой надеждой.

«Не оплошай, Морозов», – прошу сам себя.

– Подожди. Тут скользко, – останавливаю Леру, готовую выпрыгнуть из тачки.

Выскакиваю на расчищенную от снега парковку. Обойдя машину, распахиваю дверцу со стороны Леры. Помогаю спуститься с высокой подножки. И лишь на минуту прижимаю к себе. Уткнувшись носом в макушку, вдыхаю ставший родным запах.

Лера, девочка… Знала бы ты, что со мной делаешь!

По-хозяйски беру за руку и решительно веду через площадь к полуголой елке.

Внизу копошатся рабочие. Сворачивают гирлянды. Убирают в ящики большие золотые шары, размером похожие на мячи для боулинга.

– Ты что хочешь, – мимоходом уточняю у Леры. – Шар или гирлянду?

– Ой, нет! – охает она. – Мне и веточки хватит. А гирлянда огромная… Куда ее…

– Во дворе повесим, – усмехаюсь весело и услышав стон негодования, сдаю позиции. – Ну я понял, Лера… Шара будет достаточно…

– Тима, пожалуйста… Давай вернемся, – теребит меня за руку.

– Не боись, Лерочка, – усмехаюсь довольно. А в груди аж трепещет все от азарта. Обычное состояние перед процессом.

Но сейчас?

– Здравствуйте! – восклицаю чуть громче обычного. Покрепче перехватываю Лерину ладошку. Не даю ни единого шанса удрать.

– Здравствуйте, – смотрят настороженно. Ни одного знакомого лица. Разве такое бывает? Особенно в Шанске.

– Ребят, а эти игрушки из чего сделаны? Они не бьются?

– Как же не бьются! – вздыхает один из рабочих. Молодой парнишка с бородкой. – Вон несколько штук уронили, когда снимали…

– А вы их как-то списываете? Документы оформляете?

– В мусор сметем и ладно, – смеясь, отмахивается крупная женщина в оранжевой жилетке и добавляет с укором. – Да кому они нужны.

– Тогда может продадите один золотой шар? – предлагаю, доставая из кармана наличку.

– Да берите так, – охает женщина и внимательно смотрит на Леру. – Возьми, какой понравился, детка.

Лера в нерешительности смотрит на меня. Затем на елочные игрушки. Выбирает самый маленький шарик. Но и он размером с крупное яблоко.

– Спасибо, – удерживая шар обеими руками, шепчет смущенно. А я, выудив из кошелька три тысячи, протягиваю работягам.

– Да ты что, мужик? – охает молчавший до этого мужчина в годах.

– Держите, – отдаю купюры женщине. – Разделите между собой…

И вернувшись к Лере, беру ее за руку.

– Ты сошел с ума, – вздыхает она, крепко вцепившись в свой трофей. – Три тысячи за кусок пыльного пластика…

– Наша первая реликвия, – замечаю довольно. Рука плавно с Лериных пальцев перемещается на ее плечи. Стискиваю чуть заметно. И не встречаю сопротивления. И уже усевшись в машину, притягиваю к себе.

Уложив руку на затылок, впиваюсь в губы ненасытным поцелуем. И чуть с ума не схожу, когда Лерина рука обвивает мою шею.

– Выходи за меня, – выдыхаю чуть отстраняясь.

– Ты правда этого хочешь? – тихонько спрашивает Лера.

– Мечтаю, – признаюсь как на духу и добавляю вполне серьезно. – Давай детей пойдем регистрировать и сразу распишемся. А летом устроим торжественную церемонию. Анечка с Аленкой будут свидетельницами…

– Ну если так…то я не против, – улыбается мне Лера. Одной рукой держит дурацкий золотой шар, а другая лежит на моем предплечье.

Я даже дышать забываю от счастья.

Радостно чмокаю в нос и заявляю довольно.

– Ну вот и договорились! Едем домой. Дочки ждут.