Возможно мы… - Надежда Скай

– Я могу её сейчас увидеть?

– Да, только недолго.

И врач скрылся за дверьми. Валера сразу направился в палату, беспокойство давило, и он не хотел терять время.

– Как ты, мелкая?

Валера вошёл в палату и сразу двинулся к кровати. Маша лежала и смотрела в потолок, но сразу улыбнулась, когда он вошёл.

– Мелкая?

– Ну, да. Такая мелкая, что мой карман станет твоим домом.

Маша лишь шире улыбнулась и протянула ему руку.

– Спасибо, Валера.

– За что? – удивился тот и взялся за руку.

– Что был рядом. Ты настоящий друг, спасибо.

– Ты это…прекращай. Я ведь не мог по-другому. Друзья для меня святое. Удобно?

Медведь впервые не знал, как себя сейчас вести, и что говорить.

– Да. Валера, он… жив?

– Да, жив этот сукин сын. Надо тебя научить бить в нужные места.

Маша расширила глаза в ужасе.

– Чёрт, прости. Пускай это будет шутка. Вылечат его и посадят, теперь он так просто не выйдет. Похищение человека тянет на хороший срок.

– Я надеюсь. Я больше не переживу такого.

– Больше и не надо. Расскажи мне всё, что случилось в доме.

Валера хотел знать все подробности, всё, что произошло, и хоть как-то помочь. Он по прошлой своей военной жизни прекрасно знал, что неподготовленным людям очень тяжело психологически такое принять, а особенно пережить.

Маша тяжело вздохнула и закрыла глаза, сдерживая слезы. Медведь уже подумал, что она закроется и не расскажет, но прошла минута и Маша, как на духу, всё ему выложила.

В конце своего рассказа она уже не сдерживала слёз, а Валера крепче сжимал её за руку и угрюмо молчал, боясь её прервать. Всё в нем бушевало, как в ядерном котле: гнев, ярость, желание растерзать этого подонка голыми руками.

– Я…не боялась за себя, Валер. За ребёнка. Боже…я не знала, что мне делать, только одна мысль стучала в голове – не дать ему ничего со мной сделать…

– Ты всё правильно сделала, ты настоящий боец.

Медведь погладил руку девушки и продолжил.

– Сейчас ты должна успокоиться и постараться уснуть. Завтра тебя выпишут, и я тебя заберу.

– Я постараюсь, но не обещаю…

Маша повернула к нему голову и слабо улыбнулась, а Медведя снова накрыла бешеная ярость от вида проступающего на её щеке синяка.

– Больно?

Медведь кивнул на проявляющийся синяк.

– Не особо. Валер, ещё раз спасибо.

Маша слабо пожала его руку, Медведь лишь кивнул.

– Я пойду, а ты отдыхай, бледная, как поганка. Завтра будет лучше.

– Лучше будет, когда Серёжа вернётся.

– Это да. Но ты сейчас не должна ни о чём больше думать, только о нём.

Медведь показал взглядом на живот и, отпустив её руку, направился к двери. Маша погладила живот, махнула Медведю, и тот, подмигнув, вышел из палаты.

Теперь она осталась одна и могла бы спокойно отдыхать, но перенесенные страх и шок не отпускали. Она боялась уснуть, зная наверняка, что и во сне Скворцов будет её преследовать. В конце концов, пролежав без сна почти до рассвета, моля Всевышнего только о том, чтобы любимый скорее к ней вернулся, она уснула.