Отомстить демону, или Ведьма выходит на тропу войны - Валентина Гордова

Так что пришлось мне самой ситуацию в свои руки брать.

– Ты мне не указывай, демон, – велела ему крайне серьёзно, почти даже угрожающе.

Подбородком дёрнула, взгляд мрачный на него направила, предупреждающий, но…

Не проникся маг. Совсем не проникся и угрозы, от меня исходящей, не почувствовал, а следовало бы.

– Я метку активировал, – протянул он тихо, но так, что каждое его слово в костях моих задрожало, – ты без моего разрешения больше никуда не уйдёшь, ведьма.

Зря он так. Вот просто зря.

– Тебе мама не говорила, что злить чёрных ведьм для здоровья опасно? – Прошипела я гневно.

И прежде, чем маг успел рот открыть, вскинула руку и яростно бросила:

– Та э, акхомо!

Маг не даром в академии учился, успел перед собой щит выставить, намереваясь атаку мою отразить, да только не придумали ещё такого щита, который от проклятья ведьминского убережёт. Не придумали просто.

Вот и слова мои, магией и энергией напитанные, сквозь все преграды пролетели.

Демон побледнел. Впервые вижу, чтобы так стремительно бледнели…

Но я на этом останавливаться не собиралась. Помню, чем прошлый раз закончился, как легко он от проклятья моего избавился, поэтому и добавила:

– Мид вэйт ироумо, каамиэн.

Проклятье вечной немоты? А, может, пожизненное невезение? Я никогда жадной не была, поэтому к этим двум проклятьям исключительно по доброте душевной добавила парочку кожных заболеваний, тройку болезней на тот орган, который мужчины главным считают и берегут сильнее прочего, икоту, чиханье, чесотку, выпадение волос, ещё с десяток мелких, но неприятных пакостей, а ещё отворот, только этот уже не на себе замкнула, а на маге так, что на него без слёз теперь вообще никто не взглянет.

И вот пусть попробует всё это снять, пусть попробует! Тьма у него получится. Тьма, и Бездна, и Мрак.

Потому что снять это всё попросту невозможно.

– Не скучай, – пожелала мрачно и метлу призвала, а когда та радостно примчалась, на неё запрыгнула и улетела.

Вот прямо в окно и улетела, чувствуя, как кровь от злости кипит.

Глава 14

Лес встретил, как родную.

Зелёные ветви расступились, позволяя мне на метле безопасно с неба спуститься, зверьё мелкое, по норам забившееся из-за обилия магов, с любопытством выглядывать начало, вдалеке речка журчала, в волосах ветер шалил, а в трёх шагах передо мной откуда ни возьмись древо появилось.

Дух лесной не стал времени на пустые разговоры тратить и сразу сказал:

– Маг в ловушку попал.

И не нужно мне было иных слов. Поклонилась быстро, на метлу запрыгнула и рванула в направлении, которое точно знала, всей душой ощущала, каждой клеточкой своего тела определяла.

И пронеслась я через берёзовую рощу, через мелкий ручеёк, через старый ельник, через озеро зеркально гладкое и приземлилась прямо перед группой магов, как раз планирующий в дремучий лес ступить.

– Веля? – Удивился маг, эту группу и возглавляющий. – Ты что здесь делаешь, ведьма безголовая?!

Нет, я бы, быть может, и оскорбилась, да не до этого было.

И, сжав одной ладонью метлу, я обе руки перед собой вытянула, чувствуя, как сила лесная невидимыми живыми нитями оплетает, и медленно их в стороны развела, окидывая взором то, о чём ещё вчера и подумать не могла.

Лес меня за свою принял. Плохо, это так плохо… в целом, конкретно для чёрной ведьмы – это крайне плохо, но если брать конкретно данную ситуацию, то я для магов была единственной надеждой.

– Льюис Ирвейнт, – назвала имя, которое, определённо точно, впервые в жизни в моей голове появилось.

Но появилось, как и образ: невысокий, худощавый юноша со светлыми кудрями, явно адепт местной академии. Он был красивым – до того, как в этот лес вошёл и в ловушку демоническую угодил. Сейчас же… нити, нити, нити – столько много магических нитей, что они натурально создавали кокон вокруг бедного, лежащего на дне ямы парня, не позволяя ему не то что колдовать – говорить!

И ни одного демона вокруг, но я точно знала, где находится каждый из них.

И мне бы тропу волшебную создать, коротким путём магов к парню вывести, но… силу лесную использовать – значит, хранительницей лесной себя назвать, ведьмой, эту территорию оберегающей.

А мне нельзя, мне совсем нельзя. Я чёрная, с рождения чёрная, и в едином списке живущих ныне ведьм я именно как чёрная занесена. Но ладно на список этот, не в нём дело, а в том, что меня и обучали как чёрную. И источник, под сердцем теплеющий, у меня тоже напрочь чёрный.

Не могу я лесной стать. Это то же самое, что из некроманта травника сделать – в теории возможно, но крайне глупо, неправильно и болезненно.

Так что другой дорогой я пошла.

– Пятьсот шагов строго в том направлении, – произнесла, рукой на заросли указывая, – используете заклинание проявления истинности. Маг в яме.

Тишина. Никто и не пошевелился.

Ведьма мгновенно начала в ярость приходить, уже хотела обернуться и кого-нибудь метлой побить, но тут папа тихо велел:

– Аор, Глент, Эах.

И трое от отряда мгновенно отделились и в зарослях затерялись, а папа, не дожидаясь, пока производимый его людьми шум стихнет, ко мне подступил и совсем тихо, напряжённо вопросил:

– Ты что творишь, Веля?

Ответила честно:

– Ох, если бы я знала…

И первой шагнула на один из семи путей, что должен был к демонам вывести.

Да как шагнула, так и замерла, всем телом, всей душой чувствуя: что-то здесь не так.

Не то я делаю, не туда иду.

Не здесь мне быть нужно.

И не одна я это поняла.

– Демоны уходят, – журчанием ручья молодого сообщил Эарх.

– Все? – Не поверила я.

Куда? Почему? Весь день в засаде сидели, а теперь уходят?

– Веля, что