Только не это! - Ольга Смышляева

Ректор Ливси восседал за столом посреди ярких красок кабинета, покуривал ароматную трубку и что-то увлечённо строчил на пергаменте. Он был расслаблен, поэтому аура его силы, не сдерживаемая рамками разума, «просвечивала» сквозь материальную оболочку тела и давала лёгкое сияние вокруг головы. На вид серьёзен, на лице никакой улыбки шутника-самодура.

— Почёта и процветания, ректор Ливси. Вы... вы... зывали? — заикаясь пробормотал Лёва.

— Верно, вызывал. — Ректор пристально посмотрел на него пробирающим взглядом бездонных синих глаз, а затем подвинул вазочку с леденцами к краю стола. — Угостишься конфеткой?

Неженка кивнул только потому, что просто побоялся ответить отказом могущественному магу. На негнущихся ногах преодолел оставшиеся метры до стола, послушно взял леденец и засунул его в рот.

— Ты ведь знаешь, зачем я тебя пригласил?

Кто бы сомневался, что Лёва подавится!

— Кхе-кха... Я... Такое дело... Декан Дарси отказалась помочь с превращениями, и я...

— И ты? — в голосе Ливси послышалось торжество. Ещё секунда, и Лёва выложит ему все свои страшные тайны, но пауза затянулась. — Что ты хочешь мне рассказать, мальчик?

— А что вы хотите услышать? «Ты типа сам не знаешь, ну-ну, продолжай косить под дурачка».

Вот теперь подавился Ливси. Дымом из трубки, но это не смертельно. Даже мы с Майло после восемнадцати лет жизни с Лёвой не всегда отличаем интонации его альтер-эго, а ректору даже в голову не пришло, будто последняя фраза была не в его адрес.

— Извините, — Неженка догадался исправить ситуацию без намёков и наводящих вопросов. — Я только сегодня выписался из лечебницы. «Сам сбежал». Прекрати всё портить! «Мы с тобой в ссоре, что хочу, то и говорю».

Мне стало дурно. Сейчас альтер-эго сдаст нас всех, и «привет, костёр!» Уж лучше быть убитыми Варлоу, по крайней мере — патриотичнее.

Пока ситуация не зашла слишком далеко, с силой рванула на себя дверь.

— Почёта и процветания, господин ректор, — смущённо затараторила, пользуясь внезапностью момента. — Извиняюсь за вторжение, но дело крайне срочное. Тадеуш забыл сдать книгу в библиотеку, и теперь его ищут. Разве он не говорил вам, что зашёл только на минутку, которая, между прочим, давно истекла. Нам пора. Ещё раз извините.

Я подошла к другу, взяла его за руку и беспардонно вывела из кабинета, оставив ректора сидеть с открытым ртом в крайне обалделом состоянии. Его подозрительность мы никоим образом не усыпили, быть может, сделали только хуже...

К сожалению, на этом неприятности не закончились, по возвращении в столовую нас ждал ещё один неприятный сюрприз. Наш столик пустовал, Майло куда-то исчез, а стакан с любовным эликсиром преспокойно стоит где стоял — по центру среди других стаканов и тарелок с недоеденной едой.

Да что такое нашло на Халявщика?! Ему доверили не самое трудное в мире дело, так сложно было посидеть на месте жалкие десять минут? И ладно бы с этим, врата ада не разверзлись, но к столику прямым курсом направлялись Ингрэй и Нейл.

Предчувствие скорых неприятностей сжало желудок. Со мной так постоянно, когда вижу наглого сынка Эрси.

Мы с Лёвой подбежали к своим местам, но было поздно. Парни преградили нам путь.

— Надо же какие вы голодные, — протянул Нейл, хватанув с нашего стола пирожок.

— По всей видимости, не мы одни, — ответила ему, стараясь глядеть куда угодно, только не на стакан с эликсиром. Не получалось. — Удачный выбор, этот пирожок Майло ещё не успел заплевать. Чего вам надо?

— Для начала обсудить маленькое утреннее происшествие, — беспечно заявил Ингрэй. Повернувшись к столу в желании угоститься, по нелепой вселенской подлости из всех объедков он выбрал именно «меченый» стакан. — Я, знаешь ли, привык к определённостям во всём, особенно в таком интересном вопросе, как отношения. В оранжерее я каким-то действием дал тебе повод думать, будто заинтересован в нашем более тесном общении?

Он говорил, говорил, а я неотрывно следила за стаканом в его руке, как кобра за дудочкой, до последнего надеясь, что он не станет пить. А уж Лёва-то как надеялся! Любовный эликсир подействует в любом случае. Не важно, кто его выпьет: девушка, парень, собака или болотный слизень — результат будет один.

Как выяснилось — надеялись зря. Едва Ингрэй поднёс стакан ко рту, мои нервы сдали:

— Нет! — завопила я. — Не смей пить!

Светлый удивлённо вздёрнул бровь:

— Моя девушка зажала для меня клубничного сока?

Если он задумал позлить меня, ему это удалось на славу.

— Конан твоя девушка! А ну отдай!

— На аллее роз ты говорила по-другому, Огонёк. И не только говорила.

— Правда? — Лёва заинтересованно уставился на меня.

— Это было в состоянии аффекта, — быстро объяснила ему и повернула лицо к Ингрэю: — А что касается тебя, придурок, ты должен понимать, что там, на аллее, я действовала в интересах своего друга. Он должен выиграть пари. Сам по себе ты меня заинтересуешь, лишь когда окажешься в гробу!

Нейл сдавленно кашлянул, правильно уловив в моих словах намёк на некромантию. О таких вещах в обществе светлых не говорят вслух, но мне было плевать.

— Вряд ли твоему другу что-то светит с Фелисити, уж прости, — сказал Ингрэй, коротко глянув на перепуганного грядущей перспективой Лёву. — Твоё здоровье, Огонёк!

— Не пей!!

Я предприняла попытку отобрать пойло, но потерпела неудачу.

Только теперь Ингрэй внял моим приказам, насторожился и, опустив стакан, с интересом заглянул внутрь. Сейчас я могла бы кинуть маленькую руну разрушения и разбить стекло, но вместе с эликсиром мы потеряем последнюю надежду на выигрыш. Да, я хорошо постаралась утром, избавляя Фелисити от желания поцеловать Ингрэя в ближайшем будущем, но Лёве от этого мало пользы. Не будем врать: добровольно на него она даже не взглянет.

— Сок отравлен? — Нейл забрал стакан из руки друга.

— Глупости...

— Кого же ты вздумала отравить, Огонёк? — весело осведомился Ингрэй. Его глазища разглядывали меня с головы до ног, словно занятный экспонат в музее. В ответ мои щёки вспыхнули, а в желудке поселилась странная пустота. Да что ж такое-то, это всего лишь взгляд! На меня и покруче смотрели.

— Никого. Там вовсе не отрава, это обычный клубничный сок, — я постаралась