Сломанный лёд - Мария Карташева

Ксения молча смотрела на него.

– Вижу, дорогая, вижу! Вы в недоумении? – мужчина в широком жесте развёл руки. – Ах кто же этот незнакомец?! Спешу представиться, я Семён Николаевич Санатовский, новый заведующий офтальмологией. Ну что? Умею произвести впечатление?

– Видимо, да. – она встала из-за стола и протянула ему навстречу слегка подрагивающие кончики пальцев. – Добро пожаловать в коллектив.

– Да, есть где разгуляться. Я в Волгограде трудился, но так случилось, что получилось переехать в столицу. – последние слова он пропел. – Это, кстати, вам, – он подвинул пакет и покровительственно махнул рукой – так, всякая мелочь за знакомство.

– Не стоило. – Ксения подвинула пакет обратно. – Я и так буду рада с вами общаться и без подарков.

– Милая моя, – Санатовский перехватил чуть подрагивающую руку Ксении, – ну как же за вами здесь не смотрят? У вас такой сильный тремор конечностей, ведь это может быть предшественником довольно серьёзных проблем. Я понимаю, что медик вы чисто номинальный, но коллеги должны были заметить. Ладно дорогая, теперь вы под моей защитой! А Санатовский – это сила в квадрате! – мужчина подскочил и направился к выходу, но потом остановился. – Ах да, Ксюша, дорогая, – он развернулся на пороге, с лёгкостью перейдя «на ты», – голова моя садовая, подпиши мне бумажку, а. Мне сказали у тебя надо визировать. – он положил перед женщиной бланк. – Вот здесь чиркни своей красивой ручкой закорючку, и я больше не буду отвлекать твою милую головку по пустякам. – Санатовский сунул лист бумаги и протянул ручку.

Женщина, выдохнув, села в кресло и воззрилась на него.

– Прежде чем подписывать, я хотела бы уточнить, что это за документ.

– Ксюха, ну ладно тебе. Мы же свои люди! Ты вон конфетки трескай и шампусиком лакируй, а взрослые дядьки сами подумают, как жизнь твою легче сделать. Это, милочка, заявочка на лекарственные препараты в моё новое отделение.

– Семён Николаевич, – Ксения отодвинула заявку, – отделение офтальмологии полностью обеспечено всеми препаратами на два месяца вперёд, я лично проверяла неделю назад. А в этом месяце все мероприятия плановые, так что перерасхода быть не могло. С чем связана ваша заявка на препарат, который не указан в номенклатуре больницы.

– Ух ты, какая въедливая, – улыбаясь, покачал головой Санатовский. – Хочу заменить некоторые препараты, на более совершенные.

– В связи с чем? Все лекарства проверенные и менять их на более дорогостоящие аналоги я смысла не вижу, потому что спектр воздействия у них одинаковый, да и действующий компонент один. – Ксения внутренне начинала закипать.

– Ксюха, ну чего ты такая? Ну хочешь, в ресторан сегодня сходим, а? – Санатовский понизил голос. – Я понимаю, ты тоже должна быть полезной, но не надо вот так новых людей обижать.

– Значит так, – голос Ксения окрасился металлическими нотками, – вы спрашивали, как у нас заведено? Для начала заведено называть меня Ксения Сергеевна. Это, во-первых! Во-вторых, преподнесение всех презентов я фиксирую на камеру видеонаблюдения, о чём висит предупреждение прямо при входе. В-третьих, в нашей больнице внедрена новая экспериментальная программа, суть которой заключается в том, что заказ препаратов и расходных материалов, а уж тем более внедрение новых медикаментозных средств производится централизованно. И я, как вы выразились, не подписываю бумажки, а собираю информацию, а затем мы коллегиально решаем стоит ли такой препарат вводить в перечень необходимых больнице лекарственных средств или не стоит. Всё понятно?

– Более чем! – Санатовский встал из-за стола. – А ты не такая простая как кажешься.

– А вы мою простоту прямо с порога разглядеть успели? Всего доброго, у вас и у меня уже напрасно упущено двадцать минут рабочего времени.

– Ну, до свиданья. – прицыкнув языком, мужчина взял со стола пакет и, развернувшись на носках, вышел из помещения.

Через минуту дверь снова распахнулась, и в кабинет зашла высокая девица.

– Привет! – она присела на краешке стола Ксеньи. – Ты ещё не видела, какого клоуна к нам в офтальмологию подселили! Это полный абзац.

– Элеонора, если ты не начнёшь выражаться более или менее корректно, то жалобы на тебя не прекратятся! – Ксения улыбнулась. – Ладно со мной, но ты же с пациентами так разговариваешь! Привет. Слезь со стола. Кофе будешь?

– Да-а-а-а. – Девица утонула в стоя́щем поодаль кожаном кресле. – Спала плохо! Опять Тёмка всю ночь плакал.

– Когда твоя сестра уже съедет от тебя. – Ксения поставила перед подругой дымящуюся чашку с кофе.

– Это я съеду от неё! В Италию! Помнишь Романа? Он предложил с ним покататься!

– Да, кто-то в Италию, а кто-то в Подмосковье. – проворчала Ксения.

***

– Санатовского ко мне! – рыкнул главный врач в переговорное устройство и откинулся на спинку стула, просматривая запись.

Через минут пятнадцать в кабинет суетливой походкой забежал новый заведующий офтальмологией.

– Здрасьте. Вызывали? – заискивающая улыбка блуждала по лицу.

– Садись. – Лысенков долго созерцал явно нервничающего врача. – Так, я объясняю один раз. Запомни это! – Лысенков развернул к Санатовскому экран монитора, на котором уже шла постановка в главной роли с оппонентом. – Вот такие визиты попадают моментально на стол не только ко мне. Так мы решили, когда создавали программу. Ты человек в коллективе новый, и у тебя есть шанс в него влиться, но он уже начал ускользать. Ты понял?

– Предельно!

– И ещё. – Лысенков постучал пальцами по столу. – Ксения Сергеевна, или как ты называл её Ксюха, это высококлассный хирург с золотыми руками. Но несколько лет назад она ездила в район боевых действий по программе Красного креста и тот тремор, который ты любезно заметил в столь отвратительной форме, это последствие поездки. Но Ксения Сергеевна не опустилась, как твой бывший начальник Семенихин, которого ты щедро угощал и двигал к пропасти. Она преподаёт, работает в больнице и продолжает трудиться в научной сфере, хотя сама оперировать больше не может. – Лысенков отпил из чашки, стоя́щей на столе. – Это я тебе так для справки сказал. Свободен.

– Я, видимо, вынужден извиниться? И правда, некрасиво получилось. Может мне её пригласить куда?

– Ты теперь лучше обходи её кабинет стороной. – твёрдо сказал Лысенков. – Это ещё один совет. В её жизни хватало таких клоунов. Поверь, тебе возле неё делать нечего.

***

Надсадная трель телефона особенно раздражала как раз в ту минуту, когда снились самые сладкие утренние сны. Разглядев на часах, висевших напротив кровати, что сейчас чересчур раннее утро, Ксения посмотрела на веселящуюся модным переливом телефонную трубку.

– Алиса, я надеюсь, у тебя что-то случилось. – хриплым ото сна голосом сказала Ксения.

– Привет, моя дорогая подруга.

– Обычно после этого тебе что-то нужно. Выкладывай быстрее и без прелюдий, я спать хочу. – Ксения даже не открывала глаза.

– Обожаю, когда ты умница! Слушай, дай мне телефон